Шесть миль каждый вечер. Двадцать лет подряд. Джэнис Кэпшоу считала, что выглядит лет на десять моложе в свои тридцать пять именно благодаря этому.
Между государями всегда царит согласие, когда им надо поддержать друг друга в борьбе против своих народов.
...не стоит искать скрытых мотивов в поступках мужчины. Захочет — сделает, не захочет — не сделает. Банальная арифметика.
Это что же теперь, — мне год нельзя будет курить? Даже больше года, я же приличная женщина, желаю своему ребёнку добра и, конечно, буду кормить грудью, как положено. Ну, зато у меня вырастут сиськи, должно же быть хоть что-то хорошее!
А в жизни нашей нет ничего дороже времени, ибо это цена, за которую приобретается вечность.
Ложь - это гадко. Ложь во имя веселья - отвратительно. А ложь как средство для издевательства - непростительна.
Нельзя на страшные зрелища любоваться, это может отвлечь от главного - от спасения.
— Смотрится идеально, — сказала она.
Это слово меня пугало. Идеально – значит, слишком хорошо, чтобы быть на самом деле.
Найти клад? Отродясь не слышал, чтобы в Берёзове раскапывали что-то достойное. . Мне кажется, богатые люди уже много веков обходили Берёзов стороной, ибо нехрен тут было делать. Грабить некого, тратить не на что. Клады отпадают.
Праведность — для тех, кто ни черта не понимает в жизни.
Иногда решение, которое кажется плохим, на самом деле оказывается самым лучшим.
Она разбирается в политике. Если простой разговор с другой стороной конфликта воспринимается как предательство, значит, точка невозврата пройдена.
...только в противостоянии невзгодам в человеке прорастает, формируется и крепнет тот самый стержень, который не дает ему сломаться и позволяет принимать трудные, но верные решения. Когда противостоять нечему, когда не с чем бороться, то и стержень не появляется.
Ведь в конечном счете у любви не может быть никакой другой причины, кроме самой любви
– Если бы любил, то давно бы уже признался. А почему он не признался?
– Потому что дружба – это один из самых непреодолимых барьеров.
– Как страшно жить, – сказал Сергей. – Женщины вытворяют, что хотят. Курят, пьют и ругаются матом. Вот они плоды феминизма.
“в наше время никто не вспоминает о родителях. Жизнь слишком быстротечна.”
Сама наука - это предположения: удачные предположения, интуитивные предположения, обоснованные предположения.
— <...> Заставила себя думать о глупости вроде того, что близость с людьми приносит боль или что, чувствуя ответственность за кого-то, ты становишься слабой. Даже наверняка придумала для этого какую-то глупую метафору.
— Пустая скорлупа грецкого ореха, — еле слышно прошептала я. Мне хотелось провалиться под землю от стыда.
— Ну да. А на самом деле все, что отделяет тебя от человеческой жизни, — ты сама. Никакая трагедия прошлого не заставляет тебя наказывать себя. Раз за разом только собственное чувство вины, Лис, макает тебя головой в это болото. А там удобно, правда? Можно относиться к людям, как к вещам, и не переживать из-за пустяков. Жить без чувств намного удобнее, в этом и есть скрытый эгоизм.
(о национал-социалистах) ...Они вышагивали, точно хозяева улицы. Все они так ходили. Маршировали и выступали, как будто это геройство — сколотить миллионную банду, которая изводила запуганных людей. Больше всего меня бесило, что они мнили свою так называемую «революцию» каким-то подвигом. Будто вели долгую и славную борьбу. ...Какой подвиг? ...Все эти их еженедельные празднества, увековеченные «мученики», «годы борьбы»! Размахивали «окровавленными знаменами» и разглагольствовали о сражениях во спасение Германии. Боже мой, все их потери — десяток подонков, убитых в кабацких драках. Всякий нацист строил из себя спартанца, отстоявшего мост, хотя все геройство его в том, что спихивал еврейских старух с тротуара.
В беседах с социопатами выяснялось, что они способны выявлять потенциальную жертву даже по походке. По всей видимости, наши тела просто-таки телеграфируют обо всех наших слабостях и уязвимостях. Пишут, что супруги социопатов отличаются избыточной эмпатией. Вот этот факт мне было трудно осознать. Неужели действительно эмпатии может быть слишком много? В этом крылась определенная поэтическая ирония. Если у социопатов, по определению, эмпатии недостаточно, а у их жертв ее слишком много, то они должны составлять прекрасные пары. Но конечно же эмпатией поделиться невозможно. «Вот, возьми у меня немножко, у меня лишняя завалялась». К тому же социопаты и не способны обзавестись эмпатией – ее отсутствие для них в первую очередь и характерно. Думаю, психологи ошибаются. Дело не в избытке эмпатии, а в ее неверной направленности, в попытках спасти кого-то, кого спасти нельзя.
«Что нового?» -- интересный и просвещающий вечный вопрос, но если ему следовать исключительно точно, он может привести лишь к нескончаемому параду мелочей и мод, к илу завтрашнего дня. Вместо этого мне бы хотелось интересоваться другим: «Что лучшего?» -- вопросом, режущим не широко, а, скорее, глубоко
Таурониэлю показалось, что его ноги приросли к полу. Столько лет ненависти… Он помнил, как жена отца пыталась быть доброй к нему, а он устраивал ей пакости. Она ни разу не пожаловалась на него отцу, от чего он ненавидел ее еще больше. Как же так?! – Почему ты раньше не рассказал об этом? – Зачем? Мне было проще, когда ты ненавидел меня.
Дареному коню в зубы не смотрят
(Русская народная пословица)
Хочу, чтобы меня любили. Просто любили, не за что-то там, а просто так. Хочу быть счастливой и думать о том, как я могу порадовать шенге, а не о том, как заставить очередного лорда признать факт взятки или заставить гильдии согласиться на мои требования.