Цитаты

К сожалению, вы верите только в то, во что хотите верить. Ваше поведение вызывает подозрения, мадемуазель, и я не знаю, на что вы способны.
— Вы оскорбляете меня!
— Неужели? — удивился герцог. — Чем же? Наше недоверие взаимно, значит, не может оскорбить.

Милый враг мой

Алена Федотовская

Если ты — дочь опального герцога, а беззаботная жизнь с родителями в изгнании только радует… уверена, что ничего не изменится? Неожиданное предложение о замужестве, от которого ты хотела отказаться, но судьба решила иначе. На родной замок напали, и ты лишилась не только семьи, но даже памяти. Что делать, когда тени прошлого открыли страшную правду? А если в игру вступило собственное сердце?

Тео стоял в углу церкви Святой Розы рядом с Гейбом Фентоном, одетым в свою научную рубашку: полевую многоцелевую хаки со множеством карманов, прорезей, пуговиц, погонов, молний, петель на липучках, клапанов и вентиляционных сеточек; в ней можно потерять все, что имеешь, без всякой надежды на отыскание и до крови стереть соски, похлопывая себя по карманам и бормоча: «Где то оно у меня тут было, я же помню».

Я подозреваю, у тебя создалось представление, что жизнь, по мере того как человек взрослеет, становится всё проще, потому что взрослому ею легче управлять. Однако для большинства из нас это не так. Просто жизнь демонстрирует нам некую повторяющуюся модель, некую программу, а человек может предугадать лишь повторение программы. Вроде бы тебя при рождении ввели в компьютер. И тут уж ничего не поделаешь.

Дэниел Мартин

Джон Фаулз

«Дэниел Мартин», Книга, которую сам Фаулз (31.03.1926–05.11.2005) называл «примером непривычной, выходящей за рамки понимания обывателя философии» и одновременно «попыткой постичь, каково это — быть англичанином». Перед вами — британский «сад расходящихся тропок». Фаулз — величайший прозаик нашего времени У него удивительное чувство слова, мастерское владение литературным языком и поразительный дар создавать поистине волшебные строки. «Дэниел Мартин» — настоящий tour de force, взрыв...

– У меня сложилось впечатление, что Занд – это не просто кусок земли, где по какой-то причине вдруг решили поселиться самые странные и опасные существа нашего мира. Не просто часть леса, окружённая горами и водопадами. Не просто ничейная земля между Четырьмя Королевствами, которую не смогли поделить, а потому решили оставить бесхозной. Нет. Такое впечатление, что Занд что-то прячет внутри. Вернее, кто-то прячет в нём что-то такое, что очень не хотел бы видеть в руках посторонних. Особенно магов, потому что именно нас оттуда упорно отваживают и старательно не подпускают близко!

Последний спирит двадцатого века — вот кем была моя бабушка. В каждой ее вещи обитала бессмертная душа, напоминавшая о ком-то или чём-то из ее долгой жизни. Бабушкины пожитки были посредниками между нею и теми, кто пребывал во блаженном успении. По сути, ее маленький дом на южном берегу Сент-Лоренса являл собою огромный город, кишащий духами.

Роккаматио из Хельсинки

Янн Мартел

«Четыре рассказа этого сборника представляют собой лучшее из моей писательской юности, — пишет об этой книге сам автор. — Они имели успех. Получили всякие премии. Рассказ „Роккаматио“ был инсценирован и экранизирован, „Вариации смерти“ также имеет одну кино- и две театральные версии. Впервые опубликованный в 1993 году в Канаде, сборник был издан в шести зарубежных странах». «Роккаматио из Хельсинки» — блестящий дебют букеровского лауреата Янна Мартела. Книга, поражающая искренностью, накалом...

Знакомое с детства живет не в глазах, а в сердце.

И беда была даже не в том первом стакане, а в том, что стакан стал последним убежищем. Этому наверняка предшествовало крушение надежд, какое-то большое разочарование…

Это была женщина, которая не боится показать зубы, будь то в радости или в ярости.

Дар дождя

Тан Тван Энг

Этим романом, который сравнивают с книгами Соммерсета Моэма и Грэма Грина, Тан Тван Энг триумфально вошел в литературу. Главный герой, Филип Хаттон, сын англичанина и китаянки, чувствует себя одиноким – он чужак даже в собственной семье. Знакомство с японцем Эндо-саном переворачивает его жизнь. Эндо-сан становится ему наставником и учителем. Между тем начинается Вторая мировая война. Японцы, захватившие остров, на котором жила семья Филипа, жестоки и безжалостны. Их жертвами становятся в том...

Чудно, что все забывают друг друга и то, с чем имели дело только вчера или днем раньше. Нас всех словно поразила неведомая болезнь.

Те, кто не живет будущим, попадут в западню и сгинут в прошлом. Равно, как и те, кто предает забвению историю, обречены пережить ее заново.

Мы — плотники незримого собора

Рэй Брэдбери

Каждая новая книга Брэдбери, великого мастера, классика американской литературы, – величайшее событие, тем более если речь идет о произведениях, до сих пор не издававшихся на русском языке. Человеколюбие, пылкая фантазия, своеобразие стиля, тематическая разноплановость – все, за что мы любим Брэдбери, можно найти в этом сборнике. С первых шагов он был универсальнее и глубже тех жанровых границ, куда его загоняли. Певец детства, романтик-гуманист, борец за свободу, знаток традиции, создатель...

Никто не говорил,что мечта должна быть разумной.

Человек, будь то джентльмен или леди, не получающий удовольствия от хорошего романа, должен быть безнадежно глуп.

Психологи и нейробиологи активно исследуют рабочую память,но до сих пор не пришли к соглашению относительно того, что конкретно они исследуют.

Мозг и душа: как нервная деятельность формирует наш внутренний мир

Крис Фрит

Знаменитый британский нейрофизиолог Крис Фрит хорошо известен умением говорить просто об очень сложных проблемах психологии – таких как психическая деятельность, социальное поведение, аутизм и шизофрения. Именно в этой сфере, наряду с изучением того, как мы воспринимаем окружающий мир, действуем, делаем выбор, помним и чувствуем, сегодня и происходит научная революция, связанная с внедрением методов нейровизуализации. В книге "Мозг и душа" Крис Фрит рассказывает обо всем этом самым доступным и...

Пацюк разинул рот, поглядел на вареники и еще сильнее разинул рот. В это время вареник выплеснул из миски, шлепнул в сметану, перевернулся на другую сторону, подскочил вверх и как раз попал ему в рот. Пацюк съел и снова разинул рот, и вареник таким же порядком отправился снова. На себя только принимал он труд жевать и проглатывать.

Ты уходила, Дама Бубен, будущая Рашка-Княгиня, неуклюже скрывая гордость — я! Дама! как Эсфирь Гедальевна! вровень! — ты уходила, а я оставался.
Смотрел тебе вслед.
Видя разницу между Дамой прошлой и Дамой настоящей; видя и больше всего на свете мечтая ослепнуть.
Но глупо — ибо вы уходите, а я остаюсь, уходя с каждым из вас; вы зрячие, вам так кажется, вы всегда отвечаете одно и то же, а значит, мне никогда не ослепнуть.
Шут ты гороховый…
Ты — это я. (c)

Маг в законе

Генри Лайон Олди

Этот роман Г. Л. Олди, написанный на стыке альтернативной истории, фэнтези и утопии-антиутопии, — прежде всего притча. Притча о Великой Державе и Маленьких Человеках, о том, как слепые ведут слепых, и том, что нет ничего нового — ни под солнцем, ни под луной. Но маги и Российская Империя начала века? Жандармы, чей служебный «профиль» — эфирные воздействия?! Колдуны-каторжане?! Впрочем, Олди, как всегда, не ищут легких путей — а намеренно усложняют свою задачу, чтобы потом постепенно выходить из...

"Уходи. Если ты останешься, я могу проснуться..."

Идеальный роман

Макс Фрай

Широко известный в российском Интернете `Идеальный роман` Макса Фрая впервые публикуется отдельным изданием в значительно расширенной редакции. «Идеальный роман» написан специально для тех азартных читателей, которые не могут удержаться от искушения раньше времени открыть книгу на последней странице, чтобы поскорей узнать, чем все закончилось. «Идеальный роман» – отличная возможность узнать, чем закончилось великое множество интересных историй, которые, сказать по правде, и не начинались-то...

Когда власти страшно, она никого не жалеет.

Статский советник

Борис Акунин

«Статский советник» (политический детектив) — седьмая книга Бориса Акунина из серии «Приключения Эраста Фандорина». 1891 год. Брожение в умах, революционные идеи популярны среди молодёжи, повсюду возникают революционные кружки. Но не для всех это только мода. Группа, называющая себя «Б. Г.», работает точно и дерзко. Убит сибирский генерал-губернатор, убийца — человек, предъявивший документы Эраста Фандорина. Эраст Петрович принимает вызов, и берется за расследование. Кто стоит за буквами «Б....

Морально отвратительная, экономически разрушительная, социально губительная, преследовавшая малопонятные цели, бесчестная и фактически безрезультатная, эта война вошла в историю Европы как выдающийся пример бессмысленного кровопролития

Раньше, когда человек путешествовал, он понимал, что жизнь — это Путь, а теперь все будут думать, что жизнь — мягкое сиденье в вагоне. Прежде люди были крепкие, поджарые, а скоро все станут слабые и жирные. Жир — вот что такое этот ваш прогресс.

Любовник смерти

Борис Акунин

1900 год. Москва. Житель Хитровки Сенька Скорик  пытается добиться благосклонности очаровательной девушки со странным прозвищем Смерть. Она считается красивейшей женщиной города, но вот беда, все ее воздыхатели, умирали вскоре после того, как начинали  ухаживать за ней. Но Сеньку ничего не может остановить, он решается на самые безумные поступки, только чтобы завладеть ее вниманием. Да что там говорить, если даже сам Эраст Фандорин оказывается неравнодушен к чарам таинственной красавицы. А это...

- Расскажи мне о счастливой жизни. Что в ней счастливого? - Что ж, - задумчиво произнес Куатт. - Это иметь всё, о чем мечтал в детстве. Если в пятьдесят у тебя есть всё, о чём мечтал в пятнадцать, это счастье.

Тигр! Тигр!

Альфред Бестер

В открытом космосе терпит аварию обычный земной корабль «Номад». Единственный выживший, помощник механика Гулливер Фойл, почти полгода не предпринимал ничего, чтоб восстановить работоспособность корабля, пока дрейфующий «Номад» не повстречался с другим земным кораблём — «Воргой-Т». Но «Ворга» прошла мимо, даже не попытавшись помочь, и у Фойла появилась цель в жизни — найти того, кто бросил его на погибель в открытом космосе, и отомстить. Ухитрившись более-менее восстановить работоспособность...

Могу соврать, могу промолчать. Выбирай, что тебе больше нравится.

Лабиринт Мёнина

Макс Фрай

Это последняя книга про Ехо. История — длинная, как путь к Городу Мертвых; запутанная, как коридоры Лабиринта Мёнина; уютная, как сумерки в Тихом Городе, — завершена. Пришло время открыть карты, ответить на вопросы, расставить точки над i. И в финале читатель с удивлением узнает, что не кто-то, а он сам был главным героем книги.

«Брат мой, когда о каком-нибудь короле говорят, что он добр, значит царствование не удалось».

Ну, что ж, друзья мои, здесь, на этом берегу, наши пути расходятся окончательно. Ступайте с миром. Не стану говорить вам "не плачьте", ибо слезы это не всегда плохо.

От этого человека я хотела только одного: увидеть его. Как удивительно истончаются и истрёпываются желания… или нет, наоборот – как они скручиваются в тугой жгут. Поначалу хочешь всего – ухаживаний, заботы, близости, но когда долго не получается, выкристаллизовывается одна мучительная необходимость: посмотреть. Увидеть его живым, убедиться, что он точно существует, успокоиться рядом с ним, придержав своё сердце, попасть в его ритм

Хорошенькие не умирают

Марта Кетро

Новая книга Марты Кетро о путешествии, как внутреннем, так и физическом. Что чувствует человек, покидая одну страну и переселяясь в другую? Переходя в новый возраст? Теряя старую любовь и обретая новую? Здесь вы найдёте ответы на эти вопросы, а ещё — ароматы весны, манго и моря, много солнца, яркие переживания и свежий взгляд на самые обыденные вещи. Потому что человек, закончивший определённый этап жизни, открыт для мира и беззащитен перед ним, как новорожденный.

У домов, как у людей, есть своя репутация.

Святочные истории

Николай Лесков, Владимир Даль и др.

Святки — удивительный период времени: один год приходит на смену другому, и кажется, что возможно все. Эта необычная атмосфера праздника вселяет веру в возможность чуда. Святочные истории всегда пользовались успехом у читателей, к ним обращались и самые известные авторы. В сборнике публикуются рассказы и повести русских писателей XIX–XX вв. — А. А. Бестужева-Марлинского, В. И. Даля, Д. В. Григоровича, А. П. Чехова, И. А. Бунина, В. В. Набокова и др., объединенные темой Святок. Н. С. Лесков...