Любовь зла, и козлы во все времена этим пользуются.
У проходной Служкин неожиданно увидел продрогшего, танцующего на месте Овечкина с сугробом на голове.– Какими судьбами? – задержавшись, поинтересовался Служкин.– Человека жду… одного… – проклацал зубами Овечкин.– В мае влюбляться надо, – посоветовал Служкин.
Почти все свободное время я теперь провожу в библиотеке, глотая и впитывая в себя книги. ...Мой голод из тех, что нельзя насытить.
Если так, то вы меня поймете. И не удивитесь, почему меня на протяжении всей жизни постоянно терзал один мучительный вопрос.
Не понимаете?
Хорошо, сейчас объясню.
Истину глаголет китайская народная мудрость: «Бойтесь ваших желаний, ибо они могут сбыться». Жаль, что она недоговаривает честно и прямо: «причем совсем не так, как вам того хотелось!»
Увлеченные своей идеей, они пренебрегают приличиями, ближними и жертвуют всем, лишь бы восторжествовала их мысль.
Всему свое время. Время разрушать и время строить. Время молчать и время говорить.
Не столько из-за Верочки избил эту тыловую амебу, сколько из-за того, что на подхалимских докладах делал карьеру на войне, стервец! Есть на войне, Ермаков, одна вещь, которую не прощаю: на чужой крови, на святом, брат, местечко делать!
Как бы лягушка ни переживала, скорпион останется скорпионом, такова его натура.
— Если вы когда-нибудь будете проходить мимо моего дома, — сказал Бильбо, — входите не стучась. Чай подается в четыре, но милости прошу во всякое время.
«На мне всё та же футболка Марка, но теперь я чувствую себя в ней ужасно некомфортно. Сколько ещё женщин носили её до меня? И скольким он вот так предлагал…»
Люди видят только то, что хотят видеть. И в большинстве случаев, им говорят то, что они должны видеть.
деньги – такой предмет, который всегда торопится не к тем, кому он необходим крайне.
«Оказавшись за пределами зоны комфорта, смертные очень быстро теряют способность отличать плохое от Очень плохого».
В любом случае, морем пахнет, где ему заблагорассудится, такой уж у него нрав. Хочет – здесь, хочет – за тысячу миль. Плевать оно хотело на расстояния. Такое молодец. Надо бы его попросить пахнуть тут у нас почаще.
Nullius jurare in verba magistri (не клянитесь в слепой верности одному господину )
«Скромность и умеренность в житейских нуждах и любовных страстях — вот те качества, что откроют дорогу пытливому уму, — нравоучительно сказал он. — Будь ненасытен только в двух вещах: в премудростях учёбы и благодати Божьей!»
(Кошка) Мамуся спокойно объясняла, что Олька давно уже совершеннолетняя и что папуся в возрасте Ольки…
– Как ты можешь сравнивать, – орал папуся, – я в этом возрасте уже работал!
– А она учится. Это тоже работа.
– Она еще ребенок!
– Да какой она ребенок? Ты посмотри на нее, она уже взрослая! Между прочим, я в ее возрасте уже беременная была.
Папуся в ужасе уставился на мамусю.
– Ты мне не говорила! – сказал он.
– Идиот! – сказала мамуся и ушла обратно на кухню.
— Дорогая, вот и ты наконец!
Торможу на месте, в шоке глядя на своего начальника и главного хирурга отделения. Какая ещё дорогая?!
— Что?!
— Быстро, подыграй мне! — яростное, очень тихое шипение на ухо; мою талию сжимают так, что я чуть не вскрикиваю.
— Вот, познакомься, — преувеличенно бодрым тоном сообщает Князев, развернув меня лицом к стоящей на несколько ступенек выше женщине, уперевшей руки в бока. — Это моя невеста!
Ещё не хватало! – от возмущения Орвуд завопил в голос. Он очень живо представил себе эту картину: идёт по белу свету почтенный, добропорядочный гном, а вместо главной его гордости от подбородка свисает длинный мешок из белого сехальского ситца в цветочек (того самого, что идёт на пошив бабьего исподнего), да ещё и завязанный на бантик шёлковой ленточкой!
— Один из нас спятил, — констатировал Баллок. — А так как ты за штурвалом, то, надеюсь, спятил я.
Усталость — это не позор.
В обморок я умела падать везде, всегда, при любых обстоятельствах, в максимально красивой позе, и с неизменной достоверностью...
– Думаешь, это плохо – быть смешной? – робко спросила она.
– Думаю, что плохо – быть не собой.
То, что произойдет потом, вырастает из того, что происходит сейчас...