- Эд, ты мой лучший друг, - помолчав, говорит Одри.
- Угу.
Вот такими словами женщина может убить мужчину.
Ни пистолета не надо, ни пули.
Лишь несколько слов. И женщина.
Если женщина говорит «нет», это значит «уговори меня».
Уважение подразумевает, что некоторых тем касаться нельзя.
В минуту, когда к нашему поведению кто-то приглядывается, мы волей-неволей приспосабливаемся к наблюдающим за нами глазам и уже все, что бы мы ни делали, перестает быть правдой. Иметь зрителей, думать о зрителях - значит жить во лжи.
Минувшим летом, когда я был у матери, я застал ее однажды в постели с такой безнадежностью на лице, что не решился подойти к ней. Передо мной, как в зоопарке, было воплощение звериного одиночества. Мучительно было видеть, как бесстыдно вывернулась она наизнанку: все в ней искорежилось, смялось, разверзлось, воспалилось, будто спутанный клубок кишок. Она посмотрела на меня точно откуда-то издалека, но так, будто я был ее РАСТЕРЗАННЫМ СЕРДЦЕМ -- каким Карл Росман был для всеми униженного истопника в романе Кафки. Испуганный и сердитый, я тотчас вышел из комнаты. Только с этих пор я по-настоящему обратил внимание на мать. До этого я часто забывал ее. Разве что изредка у меня больно сжималось сердце при мысли об идиотизме ее жизни. Теперь же она вошла в мою жизнь как некая реальность, обрела плоть и кровь, и ее состояние было столь убедительно понятным, что я в иные минуты полностью делил с ней ее беду.
Весь мир уносило от нее течением времени. И когда-нибудь – она знала, что так будет, - умрет Витя, и даже сын умрет, и дети его умрут, и на планету вернутся динозавры, а она всё так же будет молода и ничего не вспомнит из прошедшей тысячи лет, потому что тысяча лет пройдет мимо нее.Из рассказа "День рождения"
Одиночеством, в её понимании, являлась жажда общества других людей. Она не знала, что одиночество может быть незаметными спазмами человеческой души, вызванными нехваткой общения.
— Наше дело дрянь, — начал он слова утешения.
Любопытство не порок, если его прятать и другим не досаждать.
Таковы были доводы, которые моя воля смело предъявила совести под видом ходкой монеты, а совесть, как ворчливый лавочник, согласилась принять, чтоб не идти на открытый разрыв с покупателем, хоть и сильно подозревала, что деньги фальшивые.
Она так долго позволяла ему заканчивать свои фразы, что теперь он и начинает их.
Организм во время похмелья думает, что умирает! ... А потому инстинкт размножения рода в нём силён, как никогда!
- Что-то не так? - Все в порядке, - выдохнул я. - Все не так!
...иногда, глядя на дерево, которое растет под твоим окном тебе кажется, что оно скучное, невзрачное и ничем не примечательное, и только когда судьба отрывает тебя от дома и гонит скитаться по миру, это самое дерево сниться тебе каждую ночь. Ты помнишь каждый его листок и ветку, ощущаешь смолистый запах хвои и слышишь голоса птиц, вечно снующих в его кроне. Большое видится на расстоянии. И ты можешь сотни раз обманывать свои глаза, но никогда не сможешь обмануть свое сердце.
"Играй за, перед, вокруг стен концертных залов, - говорил мне отец, - но только не внутри, музыка там задыхается. Это все равно что держать инструмент в гробу!"
... страшнее проклятья ведьмы может быть лишь её благословение.
- Вот что я понял. Всё, что рождено в этом мире, не важно как, не важно зачем, всё рождено, чтобы умереть.
Ни при каких обстоятельствах в человеке не может проснуться кто-то другой, о ком он прежде ничего не подозревал. Жить - значит медленно рождаться. Это было бы чересчур легко - брать уже готовые души.
— Помнишь историю, как жена Хемингуэя забыла в поезде рукопись его романа, которую так и не удалось найти?
— И что он предпринял — развод или убийство?
Люся носила красивое имя Людмила,которое шло ей не больше чем корове седло,была полноватой,улыбчивой и влюбчивой.
Твердо знала,что ее судьба где-то рядом и не уставала это проверять.Она искала любовь и гарантировала взаимность каждому,кто решил проверить
ее на совместимость.
Ошибки, совершенные людьми, не восстанавливают меня против них.
Докладная записка № 34: «Книжная ярмарка в Майами; писатель закрылся в туалете книжного магазина, неоднократно выкрикивая озабоченным служащим:
«Вон!» Появившись час спустя, писатель снова стал «чудить». «По мне ползет змея, – кричал писатель, – она меня кусает! Она У МЕНЯ ВО РТУ!»
Когда писателя потащили в дежурную полицейскую машину, он ухватился за учащегося ешивы, пришедшего на чтения, и, пока не приехала «скорая», непрерывно ласкал и ощупывал смущенного юношу. Глаза его закатывались, и последним, что прокричал писатель, было: «Еврейчик едет со мной!»
Управляющий был из породы мужчин, для которых щегольство составляет смысл жизни
Нельзя на Санту руку поднимать! Это так неправильно, что не хватит времени даже перечислить почему.
Люди обычно оставляют тебя в покое либо из вежливости, либо из равнодушия.