Зная, что за красотой притаилась смерть, он уже не испытывал к золоту прежнего вожделения.
В тот день странным Жени показалось отсутствие отметин на своём теле. Когда она перед зеркалом примеряла платья, то с удивлением обнаружила, что ни засосов на шее и груди, от влажных поцелуев щедрого любовника, ни синяков на боках и бёдрах от его пальцев, которыми он сжимал, заставляя выгибаться ему на встречу, на ней не было. Вот что значит профессионал своего дела! Море удовольствия и не одного следа, на случай если у партнёрши имеется внимательный мужчина.
— Так может он родственницу провожал?
— На прощание она его так засосала, будто пыталась своим языком ему гланды прощупать, а перед этим коробочку с часиками подарила.
Хочешь рассмешить дьявола, попробуй убетить его в том что, ты безгрешен.
Женя понимала, что злость разрушительное чувство и копить её не нужно. Но на данной стадии её жизни, это злоба ей помогала двигаться вперёд.
Вот же наглец! Я аж крякнул от восторга – врёт и не краснеет.
Мечтал. И ведь почти. Почти домечтался! Но нет, вновь судьба повернулась ко мне тем местом, на которое я только у симпатичных девчонок люблю пялиться, и наградила Колесом Фортуны и неведомой невестой в придачу.
- Какая ж из меня Золушка с такими габаритами? И лапа у меня 42 размера, в мужском отделе кроссовки покупаю! Где же мне туфельку хрустальную такого размера взять?
А вдруг ляпнет Аркаша, что он олигарх, начнет Маринка революцию незамедлительно. Схватится за скалку. И трындец капиталисту...
Я смотрю ему прямо в глаза, ожидая прочесть в них страх, гнев или стыд. Ничего. Глаза пустые, лицо бледное, невыразительное, как чистый лист бумаги.
Такое случается несколько раз в жизни: ты отрываешься от земли, и прошлое остается позади, а будущее, в котором ты планировал приземлиться, еще не подоспело, и на мгновение ты зависаешь в чистом неведении и не узнаешь даже сам себя.
Может, он и прав. Дело не в победе, а в том, чтобы найти в себе мужество бросить вызов.
А по логике вещей, если бы бог существовал, я бы кормил червей вместо твоего папы. Умирали бы не хорошие люди, а плохие.
ПЕРЛЫ ПРОИЗВЕДЕНИЯ:
Дракон разогнался не на шутку, теперь он почти бежал, я держалась за его шею и не закрывала глаз, чувствуя потребность запомнить путь, по которому попала сюда. Навстречу к нам иногда встречались какие-то люди, они немного отходили в сторону, пропуская моего нового бирюзового друга, но ни один из них не удивился — ну дракон и дракон, ну шагает себе по коридору, неся на спине всадницу с расширенными глазами.
– Купил? – задал новый вопрос Хамитяй Хамзяевич. – Нет, сам сделал, – внес ясность Николай Михайлович. – Я ведь скульптор. – И в живописи сечешь? – оживился Хамитяй Хамзяевич. – Ну! – подтвердил народный художник России. – Тогда консультировать меня будешь! – хлопнул его по плечу Ахметов-старший. – Я, понимаешь ли, тут…
– Права-то у предка хоть целы? – полюбопытствовал Олег. – Разумеется, нет, – угрюмо промямлил Темыч. – Как сказала ему моя мать, он вообще теперь почти бомж. – Как это? – удивился Олег. – Очень просто, – продолжал грустную историю Мартынова-старшего Темыч. – Предок все документы сложил в барсетку, а барсетку сунул в…
- Я же хотел как лучше, - оправдывался Пашков. - Ну, небольшая ошибка вышла. - У тебя вся жизнь - небольшая ошибка, - фыркнула катя.
– Есть только два способа, – по-военному четко оценил ситуацию заместитель директора. – Либо спинку у стула пилить, либо брюки резать. – Зачем брюки резать? – прогудел Роман Иванович. – У меня еще в других классах сегодня уроки. Что ж я, по-вашему, без штанов буду преподавать? – Без штанов не годится, – сказал Михаил…
– Спокойно, – улыбнулась Таня. – Сейчас Дуська Смирнова пойдет. Она вообще в литературе не рубит. – А вдруг рубит? – заволновался Женька, которому совсем не хотелось, чтобы кандидатка от группировки Богданова одержала верх над их Катькой. – Им ведь заранее список литературы давали. Дуська, однако, опозорилась больше всех,…
Однако дойти до батареи Алевтине Борисовне было не суждено. В классе раздался дикий свист. Затем в батарее словно бы что-то взорвалось. Из нее прямо в сторону двери ударил фонтан кипятка. Каким-то чудом упругая струя пронеслась мимо химички. Арсений Владимирович с криком: «Ложись!» – умудрился всего одним ловким движением…
— А вы, веселящийся очаровательный демон, с какого факультета?
Уже определился бы с формулировочкой, а то сначала ангел, потом демон. И как-то мне его непоследовательность сильно не понравилась. Попыталась выдрать у него свою туфлю, но он, злобно прищурившись, прижал ее к впалой груди и ехидненько так опять спросил:
— Так с какого факультета?
Ржать вокруг все почему-то перестали, и даже куча принцев под деканом как-то разом прекратила жужжать и изображать разворошенное осиное гнездо.
— Экономического, — испуганно проблеяла я.
— За-ме-ча-тель-но, — как-то сильно подозрительно обрадовался он. — У вас оценки плохие были?
— Не-а, — а это он вообще, к чему спросил?
— Будут, — добил меня гражданин преподаватель откровенно хамоватой наружности.
— Ты кто такая?
— Странный вопрос от мужика, сидящего в женской гардеробной, — я перехватила покрепче свое оружие. — У меня есть подсвечник, а у тебя?
– Господа! – с неестественным задором крикнул Теор. – Не забывайте, за живых дают больше! – За меня тоже дают! – прохрипел Гром. – И побольше, чем за этих индюков. – За вас, мой друг, дают только по башке. – И то правда.
С лепреконами я сдружилась еще на втором курсе академии, когда помогла брату Джо, Патрику, написать курсовую – у того никак не получалось составить необходимое зелье от простуды. Как он ни пытался, получался прекрасный глинтвейн. Парня чуть не отчислили за спаивание экзаменационной комиссии, пришлось помочь.
– В конце концов, это совершенно недопустимо. Проблемы нельзя решать только насилием.
Мальчишки переглянулись.
Они явно думали, что Анна просто слишком наивна. Со взрослыми такое случается.