Представить не могла, что он такой... у меня о нем свое мнение сложилось, и менять его сейчас было невероятно сложно. Иногда, оказывается, очень удобно повесить на кого-то ярлык и испытывать презрение и неприязнь – ведь есть причина, верно? Вот и у меня была причина...
– Вам удобно, Властелин? – наклонил голову управляющий. – Все в порядке?
– Да, все хорошо.
– Тогда примерьте корону и возьмите котика!
Бельзедор надел корону и озадаченно посмотрел на протянутого белого кота, которого управляющий извлек откуда-то из-под столика рядом с троном. Животное выглядело сонным и недовольно зевнуло, когда его взяли на руки.
– Зачем мне кот? – удивился Бельзедор.
– Как это зачем?! – поразился управляющий. – Белый кот – непременный атрибут Темного Властелина! Без белого кота нельзя! Конечно, некоторые используют змей или даже василисков… но между нами говоря, это дурной тон. Попахивает выпендрежем, если вы меня понимаете. Нет, хорошего белого кота никто не заменит!
честность - лучшая политика.
Жестокость не всегда является злом. Злом является одержимость жестокостью…
Джим Моррисон
Я тихо обнял ее и попытался успокоить. Ни она, ни я не произнесли ни единого слова. Слишком уж много слов было сказано раньше, и большая часть их, к сожалению, принадлежала мне. Пришло время, когда нужно было только прижаться, крепко обнять друг друга и уж если говорить, так без слов.
Ему не хватает жены. Он пишет, что американки никуда не годятся. Слишком независимые. Хотят замуж, а готовить не хотят. Хотят детей, а в голове одни развлечения.
Марк Твен однажды с присущей ему простотой заметил: «Верное слово отличается от подходящего, как светило от светляка». Схохмил он неплохо, но кое-что упустил. В те долгие месяцы на Небесных Вратах, когда я бился над началом своих «Песней», мне открылось, что находка верного слова отличается от монотонного перебора подходящих, как вспышка сверхновой от тусклого огонька Веги-Прим.
...за самыми щедрыми дарами часто скрываются самые коварные ловушки.
Не бойся неизведанного,ибо в нем скрыто твое величие.
Разрисуйте меня горошком!
– Приехали в другой дом. Зачем? И большая белая миска, в которой моются люди. Мне туда? Меня мыть? А разве моют когда выбрасывают? Может быть… Нет! Так не бывает!
судьба — дама со странным чувством юмора, и от ее шуток никому не скрыться.
От женщин зависит чистота крови рода, поэтому к нам такие строгие требования. А вы сеятели, бросаете семена на ветер.
- Ты никогда не построишь будущее, пока не примиришься с прошлым.
-Хотел бы я сказать, что рад вас сдесь видеть, Эск, но это будет лицемерием. Тем не менее добро пожаловать. Эля с дороги?
Как любил говаривать отец Аластара, откровенность- это наряд, который носит богатый и уверенный, а нищий вынужден таскать на себе лохмотья лицемерия. Кто приехал попрошайничать у сильного, тому не пристало огрызаться.
- Не откажусь,- буркнул Эск.
Но от злого взгляда не удержался, как ни пытался. Кто создан выпускать когти или скалить зубы, тому тяжко дается наука смирения.
Смерть - это просто бесконечный сон.
Они невольно вызывают в нас благоговейный трепет, эти яркие и холодные, удивительные звезды… Мы похожи на заблудившихся детей, попавших случайно в полуосвещенный храм божества, которое их учили почитать, но которое они до конца не познали; и они стоят под гулким сводом, затканным мириадами призрачных огней, и глядят вверх, надеясь и боясь увидеть некое страшное видение, парящее в вышине.
Я никогда не верила в героев, которые жертвуют собой ради всех. Всё — слишком непонятная и большая величина для одного маленького человека. Слишком туманная и необъятная. Слишком безликая. Нет, мы не умираем ради всех. Мы шагаем в пустоту ради тех, кого любим.
Нужная идея всегда появляется в результате правильной увязки фактов...
Молодость кончается вместе с эгоизмом, старость начинается с жизни для других.
Она нравилась мне, как теплый ветер в лицо...
«Сама Афродита разгневалась бы при виде её красоты, пожалев, что не родилась метиской. К ней можно было приревновать даже священника, давшего обет безбрачия».
— Ты… Ты не там спишь, — выдавила она, чувствуя, как жар разливается по щекам.
— Я где угодно сплю, — парировал он, делая шаг внутрь. Полотенце слегка дрогнуло. — Но, кажется, это моя комната. Ты просто опередила события.
Стянув с головы каску, он надевает ее на черенок лопаты и приподнимает над бруствером. Проходит несколько секунд выстрелы доносятся с того берега, и пули тонко посвистывают над головой.
Не имеет никакого значения, кто твой отец. Твои родители произвели тебя на свет, но человека из себя ты делаешь сам.