Цитаты
284779
Как велосипед, как колесо, раз покатившись, устойчивы только в движении, а без движения валятся, так и игра между женщиной и мужчиной, раз начавшись, способна существовать только в развитии. Если же сегодня нисколько не сдвинулось от вчера, игры уже нет.
Александр Исаевич Солженицын (род. 1918) - русский писатель, лауреат Нобелевской премии (1970). Его произведения повлияли на изменение общественного сознания во всем мире и принесли писателю международную славу. Повесть "Раковый корпус", одно из центральных произведений автора, была впервые опубликована в 1968 году за рубежом. Впоследствии переведена практически на все европейские языки. На родине "Раковый корпус" был напечатан в 1990 году. Повесть, основанная на личном опыте автора,...
- Короче, мне нужен интернет, - повторил он. - Включай комп.
- А его нет, - сказала Милослава.
- Компа?
- Интернета.
- До сих пор нет? Обещали через сутки дать.
- Вообще нет. Мы его отключили. Еще в сентябре.
...
- И в телефоне тоже нет интернета?
- Нет.
Матвей не мог прийти в себя от изумления.
- А как же ты общаешься с людьми?
- Вживую! - сказала Милослава...
«Назад в будущее», говорите? «Назад в свою вероятность» – задача куда сложнее! И решать ее Матвею предстоит в одиночку – ведь все началось поздним вечером, когда он на минуту вышел из дома и наткнулся на местных хулиганов… Тот понедельник вообще не заладился: утром отключили интернет, в школе оставили после уроков, а потом мама огорошила ужасной новостью – с ними теперь будет жить чужая девчонка! Как мог закончиться такой день? Бегством от трех бандитов, мечтающих отобрать у Матвея телефон;...
Никогда не поздно начать сначала, и никогда не поздно быть счастливой. Да, порой для этого требуется болезненная ампутация остатков прошлого, но оно того стоит.
— Я хочу твоего мужа, — произносит стерва, глядя мне в глаза, — насовсем.
От такой наглости я теряюсь.
— Он мне нравится, — хищно продолжает она, — я чувствую, что это мой человек.
— Вообще-то он женат. На мне!
— Не стена, подвинешься.
— Зря стараешься, — цежу сквозь зубы, — он любит меня.
— А это мы еще посмотрим…
Животные никогда не смеются, - сказал он. Нам это кажется странным, - сказал я. Что? - сказал он. Нам это кажется странным, - сказал я громко. Он задумался. Христос тоже никогда не смеялся, - сказал он, - насколько нам известно. Он посмотрел на меня. Вас это удивляет?
Вошедший в сокровищницу мировой литературы роман «Моллой» (1951) принадлежит перу одного из самых знаменитых литераторов XX века, ирландского писателя, пишущего по-французски лауреата Нобелевской премии. Раздавленный судьбой герой Сэмюэля Беккета не бунтует и никого не винит. Этот слабоумный калека с яростным нетерпением ждет смерти как спасения, как избавления от страданий, чтобы в небытии спрятаться от ужасов жизни. И когда отчаяние кажется безграничным, выясняется, что и сострадание не имеет...
Я жалел род человеческий за его глупость и недостаток воображения.
«Тропик Козерога». Величайшая и скандальнейшая книга в творческом наследии Генри Миллера. Своеобразный «модернистский сиквел» легендарного «Тропика Рака» — и одновременно вполне самостоятельное произведение, отмеченное не только мощью, но и зрелостью таланта «позднего» Миллера. Роман, который читать нелегко — однако бесконечно интересно!
И не смотрите на меня так, детектив. Жанр женской литературы может считаться сомнительным, но без него у нас вовсе не было бы никакой прозы.
У всего есть две стороны. У города. У дара. У человека. Тихий провинциальный Гетценбург преображается под покровом ночи. Дар становится самым страшным проклятием. А люди…
Блестящий хирург. Детектив полиции. Взбалмошная аристократка.
У каждого из них свои секреты. И своя темная сторона.
Кит, любить всем сердцем может только женщина. Мужчина на это неспособен. Поверьте мне - ведь я одновременно и то, и другое.
Готовится экранизация. В главных ролях Алисия Викандер и Джуд Лоу. Идеально для любителей романов Хилари Мантел и Филиппы Грегори. Понравится всем, кому по душе «Волчий зал», «Тюдоры» и «Еще одна из рода Болейн». «Гамбит королевы» — первая книга цикла Элизабет Фримантл о выдающихся женщинах английской истории. Она повествует о Екатерине Парр, последней жене своенравного Генриха VIII, о котором англичане придумали считалку, чтобы запомнить его жен: развелся, казнил, умерла, развелся,...
Кларисса искренна – вот. Питер сочтет ее сентиментальной. Она сентиментальна – действительно. Потому что она поняла: единственное, о чем надо говорить, – наши чувства. Все эти умничания – вздор. Просто что чувствуешь, то и надо говорить.
Мир романа словно соткан из мелочей, пустяков, взглядов, жестов, деталей - в нем неуловимо слиты прошлое и настоящее, "здесь и там", потому что это мир чувства, и именно чувство, а не сухая логика определяет, что важно, а что нет, превращая момент в вечность, а пустяк в событие.
— Вы мне не верите, так ведь? — Она закивала, будто говорила сама с собой, и отпила горячего напитка. — Что ж, ваше право.Девушка поставила чашу и отодвинула от себя.— Вы утверждаете, что все путешествие принц Атан плохо себя чувствовал. — Ордерион откинулся на спинку стула, и тот предательски заскрипел.— Совершенно верно, — не скрывая злобы, прошипела фрейлина.— Почему вы вообще отправились в путь, если принц Атан плохо себя чувствовал? И по какой причине не повернули назад, когда поняли, что не сможете засветло доехать до заставы?— Мы поняли это слишком поздно. — Фрейлина отвернулась.— И в чем же выражалось недомогание принца Атана? — Ордерион постучал пальцами по столу, ожидая услышать завуалированное определение похмелью.
Дилогия. Книга 1 Ее зовут Рубин. Ради защиты королевства девушку выдали замуж за принца соседней страны. Но не прекрасного, как в сказках, а жестокого и порочного. Счастливого замужества не получилось, и теперь Рубин в чужом королевстве притворяется фрейлиной, чтобы спасти свою жизнь. В спину дышит нечисть, что охотится за ней, а защиту предлагает загадочный воин-чужеземец, обладающий опасным даром. Таких, как он, принцессу учили остерегаться. Только Рубин не знала, что бояться следует не...
«What I want to do in writing novels is very much what you want to do when you play the piano, I expect,» he began, turning and speaking over his shoulder. «We want to find out what's behind things, don't we? – Look at the lights down there,» he continued, «scattered about anyhow. Things I feel come to me like lights. . . . I want to combine them. . .
Вирджиния Вулф (1882–1941) — всемирно известная писательница, критик и теоретик модернизма. «По морю прочь» — первый роман Вулф. Его персонажи отправляются за океан, чтобы отдохнуть на побережье Южной Америки. Главная героиня, юная Рэчел Винрэс, сталкивается с разными людьми — политиками, писателями, учеными. Она узнает жизнь, испытывает первое чувство, а потом и настоящую любовь и начинает понимать, что в человеческих отношениях ценно, а что — не более чем мишура. Перевод: Артем Осокин
admin
добавил цитату
из книги
«Асексуалы. Почему люди не хотят секса, когда сексуальность возведена в культ»
2 года назад
Как утверждает философ Мишель Фуко в своей «Истории сексуальности», социальный акцент на сексуальности является результатом исторических и политических сил. Я не думаю, что так будет всегда.
Американский научный журналист Анджела Чэнь исследует асексуальность как масштабное общественное явление. Что значит не испытывать сексуального влечения вообще никогда? Кажется, что раз нет секса, то нет и с ним связанных проблем. Но на деле «асам» (так называют себя асексуалы) приходится жить в обществе, которое помешано на телесности. И всегда найдутся те, кто будет жалеть «асов» и удивляться, что же с ними не так. А с ними все в порядке, им просто не хочется. В формате PDF A4 сохранён...
Одиночество из чисто внешнего обстоятельства очень быстро превращается в состояние души, при котором ни ирония, ни скептицизм невозможны. Оно сковывает разум и загоняет мысли в тупик глубокого неверия.
В романе выдающегося английского писателя Джозефа Конрада (1857–1924) «Ностромо» действие происходит в условной, вымышленной стране, на серебряных рудниках. Занимательный сюжет, глубокий психологизм, яркие характеры, сочувствие автора простым людям — все это позволяет отнести роман к выдающимся произведениям мировой литературы.
Ты выдумал меня. Такой на свете нет,
Такой на свете быть не может.
Ни врач не исцелит, не утолит поэт, —
Тень призрака тебя и день и ночь тревожит.
Мы встретились с тобой в невероятный год,
Когда уже иссякли мира силы,
Все было в трауре, все никло от невзгод,
И были свежи лишь могилы
Без фонарей как смоль был черен невский вал,
Глухонемая ночь вокруг стеной стояла…
Так вот когда тебя мой голос вызывал!
Что делала – сама еще не понимала.
И ты пришел ко мне, как бы звездой ведом,
По осени трагической ступая,
В тот навсегда опустошенный дом,
Откуда унеслась стихов казненных стая.
В этот сборник вошли лучшие образцы творчества Ахматовой – от ранних акмеистических стихотворений из сборников «Вечер», «Четки» и «Белая стая» до поздних стихов, а также знаменитая «Поэма без героя». Любовь и одиночество, трагедия художника, разделившего страшную судьбу своей страны, и философские размышления, переосмысление событий истории и своеобразный диалог с прошлым – вот основные темы этих стихотворений, отмеченных красотой и благородным изяществом.
Красоту любви можно увидеть, только потеряв ее.
* * * * *
Почему людям так нравится копаться в чужих делах, вникать в пикантные подробности, в разные неприличные детали, в не всегда понятные поступки, получать удовольствие от чужих грехов? Может быть, потому, что, если ты только слушаешь, грязь на тебя не попадает.
* * * * *
Рано или поздно то, что ты старательно отбрасываешь, все равно настигает тебя. Самые глупые вещи, которые остаются в твоем прошлом, когда ты был влюблен, вспоминаются тебе как самые прекрасные. Потому что по своей простоте они не сравнимы ни с чем. И мне хочется кричать. В этой тишине, которая рождает боль, одну лишь боль. Ну хватит. Перестань. Разложи снова все по полочкам. Вот так. Теперь закрой. На два оборота. На самом дне души, там, за углом. В том саду. Там несколько цветков, немного тени и еще — боль. Умоляю, оставь все там, в потайном месте, так тебе не будет больно, и никто это не увидит. И ты не сможешь увидеть.
* * * * *
Тот, кто использует слишком много прилагательных, обычно хочет оправдать свой неправильный выбор.
* * * * *
Есть люди, которые говорят, говорят, говорят. Пока не найдут, что сказать.
* * * * *
Я читал, что по обуви можно точно определить, насколько человек элегантен.
* * * * *
Любовь это не расчеты, как у кассы в магазине. Любовь — это когда крышу сносит, когда делаешь невообразимые вещи, например, как та надпись на мосту. Я и ты… Три метра над небом. Вот что такое любовь.
* * * * *
Комплименты, отпущенные в адрес другой женщины, всегда вызывают досаду. Даже если это твоя лучшая подруга.
* * * * *
Никогда не знаешь, когда на тебя нахлынут воспоминания. Они приходят неожиданно, просто так, без всякого предупреждения, не спросив разрешения. И никогда не знаешь, когда они уйдут. Единственное, что ты знаешь, это то, что они, черт возьми, когда-нибудь всплывут снова. Обычно это длится несколько мгновений.
* * * * *
— Каковы ваши планы на будущее?
— Муж и много-много детей. Ты, например, если хочешь, можешь сделать одного.
* * * * *
В поцелуе — все. Поцелуй — это правда о человеке. Без всяких стилистических упражнений, без лишних слов, без умничания.
* * * * *
Иногда движения жизни не поспевают за нашим счастьем.
* * * * *
В дружбе, как и в любви, не думаешь о деньгах.
* * * * *
Друг — это тот, кто остается, когда все вышли.
* * * * *
Одно точно. В жизни нельзя быть слишком в чем-то уверенным.
* * * * *
Когда долго болтаешь по телефону, когда не замечаешь, как бегут минуты, когда слова не имеют никакого смысла, когда думаешь, что если бы тебя кто-нибудь услышал, подумал бы, что ты свихнулся, когда никто из двоих не хочет класть трубку, когда после того, как она все же положила трубку, ты проверяешь, действительно ли она это сделала, это значит, ты попал. Или лучше сказать — ты влюблен. Что, по сути, одно и то же…
* * * * *
Когда любовь проходит, можно найти все, что угодно, кроме объяснения.
* * * * *
Наши поступки порой так глупы. Особенно не тогда, когда мы влюблены, а когда мы думаем, что влюблены.
* * * * *
Случается, что проходит время, и ты встречаешь свою старую любовь. И ты вдруг замечаешь, что та женщина, которую ты так любил, куда-то делась, ее больше нет. Может быть, ты просто ее выдумал когда-то? Целуя ее, ты отчаянно ищешь тот вкус, что чувствовал когда-то… но его больше нет. Кто у тебя его забрал? Куда спрятал? Или украл? Кто?
* * * * *
Если ты действительно любишь человека, нужно думать о том, чтобы ему было хорошо, о том, что его делает по-настоящему счастливым. Ты не должна быть эгоисткой…
* * * * *
Можно поменять небо над головой, но невозможно поменять сердце.
* * * * *
Мы всему на свете ищем объяснения. Теряем столько времени, пытаясь понять, почему и как. Но иногда причин просто нет. И, как это ни печально, это и есть объяснение.
Вторая часть трилогии «Три метра над небом». Главный герой Стэп после двухлетнего странствия по Америке возвращается в родную Италию. Он так и не смог забыть свою первую большую любовь. Справиться с этим ему помогает новая девушка, Джин. Казалось бы, старые отношения остались в прошлом, но судьба вновь сводит его с Баби. Юноше предстоит узнать, способна ли новая любовь залечить старые раны.
The town invaded the country; but the invaders, like the warlike invaders of early days, yielded to the influence of their surroundings, and became country people; and in their turn, as they became more numerous than the townsmen, influenced them also; so that the difference between town and country grew less and less; and it was indeed this world of the country vivified by the thought and briskness of town-bred folk which has produced that happy and leisurely but eager life of which you have had a first taste.
«Вести ниоткуда или Эпоха спокойствия» — одно из самых значительных произведений Морриса, наиболее полно отражающих его политические взгляды. Моррис написал книгу в ответ на утопию американца Беллами «Оглядываясь назад или 2000 год», имевшую невероятную популярность у читателей и раскритикованную Моррисом в печатном органе Социалистической лиги «Коммуноил». Беллами нарисовал будущее общество как торжество урбанизации, механизации, централизованного управления. По Беллами высокая концентрация...
admin
добавил цитату
из книги
«Шкура»
2 года назад
Вроде можно жить. Но такая тоска накатывает, такая безысходность. Как будто тебе снова пятнадцать, а впереди ни черта. Рожи все знакомые, постные. Нищета.
Он и в самом деле буквально страдал при виде некоторых человеческих типов, считая для себя личным оскорблением иную слащавую или угрюмую мину. Ему хотелось отхлестать по щекам вон того господина, который прогуливался, прикрыв с умным видом глаза, и вон того субъекта, который, улыбаясь, поворачивался то одним, то другим боком перед своим отражением в витринах, и еще того, который, казалось, передумал обо всем на свете и, сдвинув брови, поглощал тартинки вперемежку с газетными статейками.
И он столь ясно чувствовал, как эти господа непроходимо глупы — и как ненавидят его мысли, и как плюют на литературу, искусство и на все, что ему дорого, и как закоснели, укоренились, закупорились в своем убогом деляческом умишке и думают только о барыше, как бы кого надуть, да еще о политике, любимом предмете всех бездарей и ничтожеств, — что возвращался домой в бешенстве и снова уединялся там со своими книгами.
Именно эта книга околдовала Дориана Грея: «Странная то была книга, никогда еще он не читал такой! Казалось, под нежные звуки флейты грехи всего мира в дивных одеяниях проходят перед ним безгласной чередой. Многое, о чем он только смутно грезил, вдруг на его глазах облеклось плотью. Многое, что ему и во сне не снилось, сейчас открывалось перед ним. В таком стиле писали тончайшие художники французской школы символистов. Встречались здесь метафоры, причудливые, как орхидеи, и столь же нежных...
Шварц говорит в Ленкублите за обедом: - Есть все-таки в жизни тихие радости. Вчера, например, что-то попало в глаз. Потом, когда оно вышло, полчаса испытывал такое облегчение!.. Сегодня опять таки подавился...
Лидия Яковлевна Гинзбург (1902–1990) – выдающийся русский писатель и известный литературовед, чьи произведения изучают в вузах. Они представляют собой большой интерес для всех ценителей истории русской литературы и поэзии. Произведение «Записки блокадного человека» представляет собой одно из ценных свидетельств пограничного опыта человека, оказавшегося в блокадном городе. И этот человек – женщина в ее повседневной действительности. В тексте автор постоянно обращается к оппозиции женского и...
ее сердце так обширно, что обнимает всю природу, до малейшего таракана или лягушки, словом все, за исключением родного отца
Заглавие своего произведения сам автор объяснял так: "Повесть "Накануне" названа мною так ввиду времени ее появления (1860 - за год до освобождения крестьян)... Новая жизнь началась тогда в России - и такие фигуры, как Елена и Инсаров, являются провозвестниками этой новой жизни". Тургенев занят поиском положительного героя - молодого, сильного, с новой идеологией, "сознательно-героической натуры". Однако роман не случайно открывается спором о счастье и долге. Елене и Инсарову кажется, что их...
— Нет, ну вы, как дети, Ирка… — вздохнул Олег, — даже жаль разрушать эти бабские иллюзии. Все снова просто — он разлюбил тебя или вообще не любил, иначе никогда не ушел бы. Может, осознал потом всю гадость ситуации или совесть не совсем потерял. Вот и откупался от нее деньгами, когда они появились.
Бонус к "МИСТИКЕ".
***
Женщины умеют все — любить, заботиться, угождать. Обижаться, разочаровываться, ненавидеть. Меняться, чтобы выжить — внешне и внутренне. То есть, умеют мимикрировать под обстоятельства — нарастить шкуру или эту шкурку сбросить, да много чего еще. Зависит от обстоятельств и мужчин.
Каков бы ни был проступок, не существует, мне кажется, кары, более противной человеческой природе и более жестокой, чем лишение преступника возможности спрятать лицо от стыда;
Взаимосвязь прошлого и настоящего, взаимопроникновение реальности и фантастики, романтический пафос и подробное бытописательство, сатирический гротеск образуют идейно-художественное своеобразие романа Натаниеля Готорна «Алая буква».
Но что страннее, что не понятнее всего, это то, как авторы могут брать подобные сюжеты, признаюсь, это уж совсем непостижимо, это точно… нет, нет, совсем не понимаю.
Впервые напечатано в третьем томе «Современника» Пушкина за 1836 г. Переделывая первоначальную редакцию повести, Гоголь изменил всю заключительную часть, ранее кончавшуюся тем, что пропажа носа майору Ковалеву приснилась: «Впрочем, все это, что ни описано здесь, виделось маиору во сне». В «Современнике» Гоголь усилил фантастический характер этого «совершенно неправдоподобного события», заостряющий сатирическую направленность повести.
Забудь плохое и всегда в трудный день знай, что он минует. Помни, зло непременно обернется через какое-то время добром, надо лишь потерпеть и подождать. Тот, кто умеет терпеть и ждать, всегда получает награду.
Как прекрасно, если твои желания сразу исполняются! Именно так думали Жози, Куки, Зефирка и другие собачки, когда гном Базиль пообещал им, что добрая правительница Страны Чудес непременно исполнит все, о чем ее только ни попросят. Надо лишь отправиться вместе с Базилем в увлекательное путешествие. Гном не обманул: собачки оказались в Стране Чудес и каждый получил то, о чем мечтал. Но… теперь друзьям придется навсегда остаться в мире гномов и работать на них. Жози, Мафи, Капитолина и другие герои...
С тех пор как он утратил добродетель, сохранение ее видимости обрело для него особую важность.
Роман М. Г. Льюиса «Монах» по праву является самым знаменитым во всей мировой литературе произведением, написанным в жанре «романа тайн и ужасов». Вот, что говорится о нем в советской «Истории всемирной литературы» (1988 г.): «В этом сочинении Льюис стремится прежде всего к сенсационному нагромождению сверхъестественных ужасов, отталкивающих преступлений (от кровосмешения до матереубийства), проявлений патологической, садистской, извращенной эротики. Мир Льюиса — смятенный, хаотический мир, где...
– Будем работать без рассуждений, – сказал Мартен, – это единственное средство сделать жизнь сносною.
Из огромного художественного наследия Вольтера наиболее известны «Философские повести», прежде всего «Задиг, или Судьба» (1747), «Кандид, или Оптимизм» (1759), «Простодушный» (1767). Писатель блистательно соединил традиционный литературный жанр, где раскрываются кардинальные вопросы бытия, различные философские доктрины, разработанные в свое время Монтескье и Дж.Свифтом, с пародией на слезливые романы о приключениях несчастных влюбленных. Как писал А.Пушкин, Вольтер наводнил Париж...