Женское платье – оно как рыцарские доспехи. Чем удачнее наряд, чем лучше он подчёркивает достоинства и скрывает недостатки, чем безупречнее подходит к ситуации, тем более защищённой и уверенной чувствует себя дама.
Жизнь ненадолго приобретает кажущееся совершенство лишь для того, чтобы больнее поразить нас своим непостоянством.
Со временем вы достигните такой точки на пути, когда уже очень много пройдено, внезапно оглянетесь и увидите, что создали мир, а мир создал вас: шаг за шагом, строчка за строчкой, ваш сон – в реальной жизни.
Иногда дисциплина - самая честная форма доброты.
Сейчас, когда я больше понимаю о себе самой и своих поступках, я могу признать, что тогда мне отчаянно хотелось хоть где-то, хоть в чём-то оказаться лучше, получить хоть какое-то подтверждение из реального мира своим иллюзиям и шаткой, но высокой самооценке. И я совершенно ңе готова была признать, что для той работы, которую я хочу для себя, кто-то может подходить гораздо больше.
Не только счастливых концов не существует, концов вообще не существует.
Устал он смертельно, но как оторваться? Еще одна книга - и все. Еще страница - и он отдохнет, перекусит. Но за страницей следовала другая и третья, а под перелистанной книгой дожидалась новая. "Я только гляну, о чем она", - думал Сэм - и доходил до середины...
...удача любит упорных, а на случай надейся, а сам не плошай.
Толботт говорил: разрешите людям побыть правыми, ведь правота даст им возможность получить хоть что-то от своего пустячного, бесполезного образования. Он говорил: позволяя людям насладиться правотой, вы получаете их любовь, потому что мы любим лишь то, над чем ощущаем превосходство. Мы любим тех, в ком нет угрозы.
Делать людей правыми – лучший способ ими управлять.
Мы отправляемся в космос приготовленные ко всему, то есть к одиночеству, борьбе, страданиям и смерти. Из скромности мы не говорим этого вслух, но думаем про себя, что мы великолепны. А на самом деле, на самом деле это не всё и наша готовность оказывается недостаточной. Мы вовсе не хотим завоёвывать космос, хотим только расширить Землю до его границ. Одни планеты пустынны, как Сахара, другие покрыты льдом, как полюс, или жарки, как бразильские джунгли. Мы гуманны, благородны, мы не хотим покорять другие расы, хотим только передать им наши ценности и взамен принять их наследство. Мы считаем себя рыцарями святого Контакта. Это вторая ложь. Не ищем никого, кроме людей. Не нужно нам других миров. Нам нужно зеркало. Мы не знаем, что делать с иными мирами. Достаточно одного этого, и он-то нас уже угнетает. Мы хотим найти собственный, идеализированный образ, это должны быть миры с цивилизацией более совершенной, чем наша. В других надеемся найти изображение нашего примитивного прошлого, в то же время по ту сторону есть что-то, чего мы не принимаем, от чего защищаемся. А ведь мы принесли с Земли не только дистиллят добродетели, героический монумент Человека! Прилетели сюда такие, какие есть в действительности, и когда другая сторона показывает нам эту действительность — не можем с этим примириться.
Вероятность, что всё потеряно, еще невероятней самой невероятной вероятности!
В политике такое случается часто: если кто-то потерпел поражение в борьбе за власть, то его влияние с годами идёт на убыль.
Человеку нужно дать то, в чём он нуждается больше всего!
Весь этот бардак, который называется историей, происходит потому, что короли и президенты не умеют довольствоваться вкусным ужином и хорошей компанией. А умели бы - всем бы жилось гораздо лучше.
Если настало время злых чудес — надо найти в себе мужество остаться добрым.
– Прими хороший совет: смотри почаще по сторонам. И внимательно. Это бывает полезно. И перестань кормить, холить и лелеять свои комплексы. Вот это вредно.
План казался ему логичным. Впрочем, в последнее время так часто случалось - прямо перед тем, как все шло наперекосяк.
Места под названием рай не существует. Рай находится вне пространства и вне времени. Рай - это достижение совершенства.
расход на упаковочный материал мало-помалу доведёт все лавки до банкротства
Когда человек счастлив и доволен, когда у него все идет хорошо, его подстерегает один из самых тяжких грехов - самодовольство.
Моя работа, по ее словам, заключалась «в убеждении мировых лидеров становиться частью обширной сети продвижения американских коммерческих интересов.
Повсюду, где налицо правящий класс, господствующая мораль в значительной мере определяется его классовыми интересами и чувством классового превосходства.
Есть истины, которые непросыхающими чернилами прописывает на полотне жизни опыт. Он самый жёсткий педагог, уроки которого ты вынужден будешь освоить. Вопрос в другом – сделаешь это с первого раза или же, пытаясь сопротивляться, выставляя против его доводов какие-то свои, личные, вначале потеряешь от хриплого крика голос, а дальше твои глаза перестанут видеть мир в цветных тонах, потому что он утонет в бескомпромиссном монохроме.
"Лучше наплакаться сейчас, чтобы не плакать потом. Потому что, как говорил мой дядя, каждая слеза – это улыбка твоего врага."
Всего лишь накануне я принимал делегацию царей со всей Эллады, которые жаловались, что затянувшийся запрет на вход в воды Геллеспонта довел их до того, что они больше не могут позволить себе покупать олово и медь у народов Малой Азии. Наши запасы этих металлов — особенно олова — окончательно истощились: плуги делались из дерева и костяных ножей. Если ахейцы хотят выжить, то изгнанию их из Понта Эвксинского нужно положить конец. Варварские племена на севере и на западе набирали силу, готовые в любой момент нахлынуть и истребить нас, как в свое время мы сами истребили коренное население Эллады. И где же нам искать бронзу для того моря оружия, которое нам понадобится, чтобы остановить их?Я выслушал и пообещал найти решение. Единственным решением была война, но я знал, что многие из тех царей, которые пришли за советом, предпочтут уклониться от этой самой отчаянной из мер. Однако сегодня у меня в руках было средство предотвратить это. Благодаря Клитемнестре. Я был в расцвете сил и успел повоевать, заслужив славу. Я смог бы возглавить поход на Трою! Елена послужит предлогом. Хитрый Одиссей еще семь лет назад предвидел все, когда посоветовал покойному Тиндарею заставить женихов Елены принести эту клятву.Чтобы имя мое пережило мою смерть, я должен был совершить великий подвиг. А разве может быть подвиг более великий, чем покорение Трои? Клятва даст мне около ста тысяч воинов — достаточно, чтобы покончить с войной в десять дней. А когда Троя превратится в руины, что помешает мне обратить внимание на прибрежные государства Малой Азии и превратить их в вассалов Эллады? Я думал о бронзе, золоте, серебре, янтаре, драгоценных камнях и землях, ждущих хозяина — меня, если я использую клятву на четвертованном коне. Да, создать империю для своего народа было в моей власти.