У судьбы иногда весьма жестокий оскал.
Съездите в Америку. Триста миллионов голых «эго», все с претензиями.
Иногда самые большие грешники становятся святыми.
Брак. Дети. Инопланетяни в Вегасе. Долбаный мир подходил к концу.
Кот-оборотень лениво прищурился: «Знание не зависит от существования. Я, например, не знал, что ты существуешь, пока ты сюда не вломился и не нарушил мой сон. Но это отнюдь не означает, что до этого ты не существовал».
Эрагон совсем растерялся от столь стройных философских рассуждений.
«Извини, что побеспокоил тебя…»
«Да ладно, я всё равно вставать собирался».
Главная задача — заставить противника поступить так, как надо тебе. Движениями тела, внутренней энергией, своим духом и волей. Можно быть избитым, искалеченным, даже мертвым, но выиграть схватку. Ты победишь, если добьешься своего.
Завински: Думаю, очень важно не бояться собственного незнания. Если не понимаешь, как что-то работает, спроси у того, кто понимает. Многие боятся. А что тут такого? Ведь чего-то не знаешь не потому, что тупой, а просто пока не знаешь.
На самом деле мир един. Каков он, мы не знаем. Мы не способны воспринимать его целиком. Мы воспринимаем лишь КРОХОТНУЮ часть настоящей реальности. Эту часть мы называем Кельрионом и полагаем, что ею исчерпывается все... или почти все.
Жизнь состоит из простых вещей.
Люди зачастую забывают, что лгут ртом, а правду говорят глазами. Приведите человека, который что-то спрятал, в отдельную комнату и спросите, где он это спрятал. Он скажет, что ничего не знает, что он вообще ничего не прятал, но почти всегда взгляд его будет направлен на «тайник».
Мессир! Моя благодарность будет бесконечной, в силу моих скромных возможностей.
Если б только могло быть (чего, впрочем, по человеческой натуре никогда быть не может), если б могло быть, чтоб каждый из нас описал всю свою подноготную, но так, чтоб не побоялся изложить не только то, что он боится сказать и ни за что не скажет людям, не только то, что он боится сказать своим лучшим друзьям, но даже и то, в чем боится подчас признаться самому себе, — то ведь на свете поднялся бы тогда такой смрад, что нам бы всем надо было задохнуться. Вот почему, говоря в скобках, так хороши наши светские условия и приличия.
При каждом переписывании я стараюсь сделать текст предельно сжатым, точным и выразительным, устраняя из него все, что не выполняет полезной работы. Затем я прохожусь по нему еще раз, читая его вслух, и всегда поражаюсь тому, как много мусора еще можно выкинуть.
* * * Как же внятны твои письмена,
Как просты пиктограммы:
Вон стоит иероглиф «луна»
В верхней четверти рамы.Вдоль ограды густого литья,
Проступая из мрака,
Вон бегут иероглиф «дитя»,
Иероглиф «собака».Вот сидит иероглиф «она»,
«Он» садится напротив.
За окном иероглиф «луна»
Меркнет, тучку набросив.И чернеют сухие глаза
Над губами сухими,
И горит иероглиф «нельзя»
На столе между ними.
Маменька говорила, выбери самую противную девицу, дождись ее истерики и посмотри, кто закатит глаза дальше всех - с этим человеком будет комфортно жить!
Я уже давным-давно такой взрослый, что самому страшно...
Оставлять живых врагов за спиной неразумно. Оставлять живых врагов за спиной неразумно. Да-да, сейчас мне скажут, что это — дети. Но дети вырастают. И не питают любви к тем, кто убил их родителей.
- Парализатор, который сваливает даже лошадь? Он? - с подозрением спросил Ирвин.
- Точно. Руку давай.
- Сверр!
- Ирвин! - передразнил я. - На себе я уже проверял. К тому же, ты ведь не лошадь.
Работать под руководством Стива было трудно, потому что он всех делил на асов и кретинов, и между этими двумя категориями лежала пропасть.
Одно из самых главных последствий войны состоит в том, что люди в конце концов разочаровываются в героизме.
В целом моя философия проста: заниматься спортом каждый день. Точка.
Итак, я не сделал ничего дурного, мне не в чем себя винить, и я пошёл за газетой.
– Разве вам неизвестно, любезная графиня, что все главные тайны и все главные происшествия имеют место не вовне, а внутри нас? Все происходящее вокруг нас – лишь обращенные к нам вопросы, а наши деяния – ответы, которые либо приближают нас к тайне, спрятанной в нас самих, либо отдаляют от нее.
Как часто проходим мы мимо нашего счастья, не замечая его, не взглянув на него; а если и взглянем, то не узнаем его.
Любовь - это чудо, которое надо беречь всю жизнь. Это магический светильник можно сколько хочешь раз создавать, а любовь - она вспыхивает только один раз. Если потухнет, то всё, по новой не зажжёшь.