– Да откуда же эти ангелы возьмутся? Почему же мы их не видим?
– А очень даже просто это, – отвечает мне батюшка, – ты в яме сидишь, что видишь? Одним счетом – ничего! А поднялся из ямки – видней тебе стало! А на гору взошел – еще дальше видишь! На вершину стал – и все пути тебе оттуда открываются. И всех человеков, скотов и прочих творений Божьих в полном виде там себе представляешь… Сверху-то, значит. Вот она, гора-то эта, и есть жизнь человеческая. Трудна она, это, конечно, верно, а на то и дан нам подвиг. У каждого же человека своя гора. Одна – повыше, другая – пониже, а превыше всех – гора Голгофа.
Мужчина всегда выбирает женщину, с которой чувствует себя лучше, тоньше, умнее, чем он есть на самом деле.
Люди не меняются, я точно знаю, но они могут себя узнать. Некоторые плывут по течению – бывают такие баловни судьбы, – не зная горя, не проверяя себя на прочность, но без душевных потрясений, без их осмысления человек не растет.
По факту все равны: и люди, и монстры. Все они одинаково ужасны.
Тот портрет я начал писать лишь в красных, зеленых и черных тонах, и мужчина, который должен был занять там свое место, отчетливо еще не проступил на холсте. Сама фигура его, набросанная углем, теперь скрывалась под красками. Он сам отказался воплощаться далее, но я понимал, что он где-то здесь. Я улавливал самую его суть – так невод охватывает рыбу, не видимую в пучине моря. Я стремился найти способ вытащить этот невод, а мужчина мне мешал. Пока мы с ним так препирались, работа над картиной приостановилась.
Артан силой воли попытался усмирить бьющееся сердце, но вышло плохо. Следовало признать, что до героев древности ему далековато. Те-то колебаний не знали. А он прямо весь какой-то исколебавшийся.
Рик отказался вносить ставку, так что поцелуя не будет. – Какое разочарование для толпы, – буркнула почему-то довольная я и подключилась к громкоговорителю. – Мой герой! – Голос разнесся над стадионом. – Мой бесстрашный рыцарь, – теперь чуть поменьше пафоса и побольше придыхания в голосе, – мой победитель…
— … Он собирается вырастить собственных магов. Верных, как псы.
— Много ли толку…
— Свора псов способна и медведя завалить.
Невестам не отказывают, а приглашение было выдвинуто при всех и в такой форме, что он просто не сумел отшутиться как поступал всегда. Ваер танец истинной срасти, он не осознавал, на что подписывался, пока не заиграла мелодия, и отступать было поздно. А я, - грустная улыбка, - я не осознавала, что подписала приговор не ему, скорее себе.
Но пока у него есть долг перед своим народом, он должен его выполнять.
Неважно, от кого получаешь подтверждение собственной ценности - от друзей или от врагов. Главное, что оно есть.
Несправедливость - превосходное средство, чтобы вызвать на откровенность женщин и детей.
“Занимаясь врачебной практикой, он очень разбогател, но всегда говорил, что его бедные пациенты — самые лучшие пациенты, так как за них ему заплатит бог.”
" - Джон Леннон сказал, что жизнь - это то, что с нами случается, пока мы строим планы. По-моему, очень правильно."
Кто не замечает деталей, тот ничего не знает. А кто ничего не знает, тот невольно становится жестоким.
Молчание – лучшая тактика при случайных знакомствах.
…Обезьяны чаще всего рожают в одиночку, но бывают и исключения. И весьма любопытные. В буйных зарослях тропических лесов Центральной и Южной Америки, например, обитают виды приматов, у которых принято, что отец новорожденного детеныша берет его сразу после родов в лапы и вылизывает. У другого вида более опытные самки помогают новоиспеченным матерям, лапами затягивать детеныша наружу - ну чем не акушерки!
Когда человек голоден, он имеет право на любую пищу, которую отыщет.
Истинный нрав кошки узнаешь,когда она выпускает когти.
Я oдoбряю пoвeшeниe. Нo тoлькo пoкa мeня caмoгo нe вeшaют.
- Занимайся ты хоть сто раз законными и приличными вещами, все равно любопытные соседи - хуже чумы.
‒ Значит, он плохой парень.
‒ Все плохие.
‒ Нет, ‒ сказал Боб, ‒ не все. Большинство людей нормальные.
‒ Правда? ‒ Недоверчивая улыбка.
‒ Правда. Они просто наделают сначала каких-нибудь глупостей, а потом наделают еще больше глупостей, чтобы исправить первые, а потом все это становится их жизнью.
Это кувшинчик с надписью «Старое индийское лекарство от геморроя». Открываешь – а оттуда выскакивает резиновый палец
Затворясь в опочивальне,
Плачет витязь безутешный;
Как цветок, покрытый снегом,
Лик его бледнеет нежный.
Таково людское сердце,
Ненасытное, слепое, –
Вечно чем-нибудь томится,
Убегая от покоя.
Извольте, я женюсь, если Вы хотите. Но мои условия: все должно быть, как было до этого, то есть она должна жить в Москве, я в деревне, и я буду к ней ездить. Счастье же, которое продолжается изо дня в день, от утра до утра, - я не выдержу... Я обещаю быть великолепным мужем, но дайте мне такую жену, которая, как луна, являлась бы на моем небе не каждый день.