Ты слышишь что-то, чего я не говорю
Легко идеализировать человека, которого едва знаешь.
Дети подобны губке, которая чаще всего впитывает именно ту информацию, которую ты желаешь от них скрыть.
Одиночество больше, чем общность двоих, один - больше, чем двое.
Этот молодой человек, на которого обратили внимание сыщики, был скоро ими выслежен, а затем признан беглым каторжником, пресловутым героем корсиканских вендетт, красавцем Теодором Кальви, по кличке Мадлена.
На Теодора выпустили одного из скупщиков, занимавшихся двойным ремеслом, ибо он служил одновременно и ворам и полиции; он пообещал Теодору купить у него столовые приборы, золотые часы и цепочку. Вечером, в половине одиннадцатого, когда старьевщик на площади Сень-Гильом отсчитывал деньги Теодору, переодетому женщиной, туда нагрянула полиция; Теодора арестовали и захватили вещи.
Я любил море. Я прожил довольно долго и был знаком с превратностями судьбы, заботами, что висели тяжким грузом на человеческой душе, и печалями, от которых появлялась седина в волосах и тяжесть на сердце, но все это отлетало прочь на дороге китов. Лишь в море человек ощущал себя по-настоящему свободным.
Мир тесен, а мозг человека необъятен.
Ma souffrance est ma vengeance contre moi-même.
Любопытство! Люди проводят полжизни, сплетничая друг о друге.
Ужасно, когда у двух людей — разное чувство юмора. Им ни за что не поладить.
То ли шарф, то ли великолепно подогнанное платье и движение стройных бедер под ним, но что-то придавало ей облик француженки, слегка противоречивший английскому виду ее белесых детей.
Мы все думаем о себе лучше, чем мы есть, и хотим, чтобы это заметил кто-то еще.
Эго не дает прошлому изгладиться из вашей памяти — кто вы такой без прошлого? Эго постоянно проецирует себя в будущее, обеспечивая тем самым собственное выживание и пытаясь найти в будущем возможность как-то реализовать и наполнить себя.
Эго заявляет: «Вот когда случится то-то, то-то и то-то, моя жизнь наладится, я обрету счастье и покой».
Солженицын просто старый дурак, который жил в Вермонте и мечтал о возвращении в Россию-матушку пророком, а когда вернулся, никто не захотел слушать его старую песню.
Между тем он [Гитлер] всегда находил время для мелких дел и второстепенных занятий. Государственные дела и проблемы военной стратегии, от которых порой зависели жизнь или смерть тысяч сограждан, откладывались в сторону, если вдруг возникал, например, вопрос, касающийся учреждения новой воинской медали.
Мнение, согласно которому художники склонны к алкоголизму и физической и моральной деградации. Оставалось только одно объяснение, которого мама придерживалась, не удосужившись даже взглянуть на картины художника: «Вероятно, он совершенно бездарен».
— Ты пьян. — А ты — скотина. Мы что, так и будем стоять и констатировать факты?
«Несмотря на то, что эти друзья были столь искренни ко мне, я все время чувствовал себя так, словно у меня среди них не было дела, словно приближалась та минута, когда они, отвергнув меня скажут: «Нет, так не годится. Ты не можешь жить с нами. Возвращайся назад. Теперь ты видел нашу жизнь и узнал , насколько это позволил твой поверхностный взгляд, что вопреки всем непогрешимым принципам твоего времени все же придет тот день, когда весь мир сможет отдохнуть, но не раньше, чем господство сменится товариществом. Итак, возвращайся назад, и в течение всей своей жизни ты будешь видеть, что повсюду вокруг тебя люди заняты тем, что строят жизнь для других, в то время как сами они ничего не делают для своей собственной действительной жизни, — ты увидишь людей, ненавидящих жизнь, хотя и боящихся смерти. Ступай назад и будь счастлив, что видел, как мы живем, что к твоей борьбе прибавилась надежда. Продолжай, живи, пока можешь, стремись мало-помалу построить новую жизнь товарищества, отдыха и счастья, какой бы для этого не потребовался труд и какие бы страдания это тебе не причинило».Да, конечно! И если бы другие могли увидеть то, что видел я, тогда все это можно было бы назвать скорее видением, чем мечтой.»
Как бы ты ни любил человека, нельзя полностью раскрывать свои чувства и душу, надо оставаться загадкой, эдаким запретным плодом.
Шрамы зачастую скрывают больше, чем обнажают.
Понимаете, Элнер, жизнь похожа на американские горки: то вверх, то вниз, то ухаб, то поворот. — А-а! — подхватила Элнер. — Значит, надо вдохнуть поглубже и получать удовольствие. Реймонд поддержал ее:— Вот именно. Только вот в чем дело… большинству людей кажется, будто они за рулем, и они так стараются управлять, что пропускают все самое интересное.
Никому не удавалось принять, что Европа умерла. Во всяком случае, умирала. Европа агонизировала. Сколько же понадобится крови и энергии, чтобы родилась новая Европа?
Люди приходят и уходят, появляются в твоей жизни и покидают ее, совсем как герои любимой книжки. История окончена, ты закрываешь книгу, берешь следующую, с новыми героями и приключениями, и думаешь только о них, а не о том, что было в прошлом...
Как упоительно и прекрасно это чувство. Знать, что существует та, ради которой хочется всегда быть на высоте. Ради нее жить и совершенствоваться, не сдаваться и идти вперед, даже тогда, когда, казалось бы, и выхода нет.
Несколько секунд девушка потрясённо молчала, а потом вскочила, забегала по лавке и разразилась такой бранью, что у меня уши покраснели. Я с самого начала понимал, что мисс Амирин непростая, но то, что она ругается похлеще всех портовых грузчиков вместе взятых, не ожидал.
Оставалось сидеть, слушать и уважительно кивать, запоминая новые для меня обороты — вот же загнула…