Возвращаюсь к образу шикарной женщины. Выбираю красное платье, которое так замечательно подчёркивает все мои достоинства и скрывает недостатки. Шучу! Нет у меня недостатков.
– Папа, – сказала Верука Солт, – я хочу такую лодку. Купи мне большую розовую леденцовую лодку, как у мистера Вонки! И я хочу много умпа-лумпов. Хочу, чтоб они меня катали на лодке! И шоколадную реку хочу! И... и...
– А по попе она не хочет? – прошептал дедушка Джо на ухо Чарли.
НЕ ЗВОНИ ЕМУ, НЕ ПЫТАЙСЯ С НИМ СВЯЗАТЬСЯ, ЗАБУДЬ О НЕМ НАВСЕГДА. Он облажался и теперь должен отвечать за последствия. Он потерял ТЕБЯ.
Есть два типа гостей, которым ты не особенно рад,- те, что приперлись без приглашения, и те, что нагрянули рано утром, в момент, когда ты еще не успел продрать глаза.
никто ни о чем не задумывается и ничего не замечает, пока ему везет.
Договориться с совестью легче, чем кажется.
Быть гением не значит делать что-то не так, как другие. В девяти из десяти случаев ломка стереотипов - не что иное, как дешевый способ заставить о себе заговорить.
Как же хрупко наше счастье!
Всего один миг может всё разрушить. Всего одно неловкое движение...
– И чего ты ее не послала? Сразу надо было сказать: «Отстань, я занята!»
– Рамон, ты опять подслушивал?! – рассердилась я.
– Твоя мама велела за тобой присматривать и в случае чего, оповещать об опасности.
– Ты отправил сообщение моей маме?! – Я даже остановилась в ужасе.
– Пока нет. Решил сначала с тобой посоветоваться. Опять же, степень угрозы была незначительной. Ты и сама бы справилась...
Я с облегчением выдохнула, но тут же закатила глаза, услышав продолжение фразы:
– …Дала бы ей по башке хрустальным шаром, да и дело с концом.
Нельзя не любить то, что даровало Мирозданье. Даже, если этот дар – самое настоящее наказание с бунтарским нравом и язвительным характером,
- Отпусти народ мой, - сказал Джошуа в роли Моисея.
- Валите.
- Нельзя просто говорить «валите».
- Нельзя?
- Нет. Господь ожесточил твое сердце, и ты нас не отпустил.
- А зачем это он так сделал?
- Не знаю. Ожесточил, и все. Ладно: отпусти народ мой.
- Фигу. – Я сложил руки на груди и отвернулся, как человек с ожесточенным сердцем.
- Узри тогда, как превращаю я жезл свой в змея. Ну? Отпусти народ мой!
- Валите.
- Нельзя просто говорить «валите»!
- Почему? У тебя же клево трюк с палкой получился.
- Но там все было не так.
- Ладно. Фигу тебе, Моисей. Народ останется тут.
Джошуа помахал палкой у меня перед носом.
- Узри, я поражу всю область твою жабами. Они войдут в дом твой, и в спальню твою, и везде поналезут.
- И что?
- И то, что это противно. Отпусти народ мой, фараон.
- Жабы – они прикольные.
- Дохлыми жабами, - пригрозил Моисей. – Я поражу тебя целыми грудами смердящих, вонючих дохлых жаб.
- Ой, в таком случае забирай-ка ты лучше свой народ и валите отсюда. Мне тут все равно пора сфинксов строить и еще кой-чего.
- Черт возьми, Шмяк, там все не так было! Я тебе и другие казни припас.
- Теперь я хочу быть Моисеем.
- Фигушки.
- Это почему?
- Потому что жезл – у меня.
- А-а.
Из всех случайных вероятностей чаще всего случается та, что предначертана Судьбой.
В лагере Карри я сделал важное открытие. Счастье состоит в возможности выспаться. Только в этом. Все богатые, несчастные люди, которых вы знаете, глотают снотворное. Пехотинцу таблетки ни к чему. Дайте солдату койку и время упасть на нее, и он будет счастлив, как червяк в яблоке, — он спит!
Факты не прочнее, чем жемчуг.
Он чувствовал себя, как человек, который вышел полюбоваться радугой и вместо этого был сражен молнией.
Никто не успел ему внушить, что резвость мысли, хоть и подтвержденная мнением века, но не оправданная собственными достижениями, и есть высокомерие полузнайки.
И вскоре ко мне явился первый восьминогий гость. Точнo такой, как тот, кoторого я уже второй месяц каждое утро с почётом и уважением выкидывала из раковины на пол. Коричневый, длиннолапый. Подполз к светочу и замер возле него. Клянусь, я в этот момент испытала не страх, а почти ностальгию. И твёрдо решила: если вдруг произойдёт какое-то чудо, план Грейс провалится, а я вернусь в академию, назову своего домашнего паука Джонатаном. У страха (и того, кто помог его победить) должно быть звучное имя.
Есть такая степень страха, когда человек сам делается страшен. Кто боится всего, тот уже ничего не боится.
От людей ситуация напротив по сути заперта. Они знают лишь «общую обстановку», теряют себя в ближайшей « конъюнктуре» и оспаривают присутствие идя от просчитывания «случаев», которые они, обознаваясь в них, принимают и выдают за свое достижение.
Я говорю о колдовстве, мой друг, о том, что человек подвластен чарам красоты, любви, богатства - всего, чего мы подчас так жаждем и не можем достичь, - такова чаще всего любовь в нашем мире.
Необязательно любить кого-то, чтобы привязаться к нему.
Они замечают, что есть три вида любви, как и писали древние греки:
Эрос – физическая любовь, секс;
Агапе – любовь как чувство, сердце;
Филия – любовь к разуму, мозг.
Когда они объединяются, получается тот самый нитроглицерин, который медленно взрывается на волне в восемь герц.
Любовь с большой буквы, о которой рассказывают все легенды и о которой пытаются говорить все художники. Секс, сердце, мозг – в гармонии.
Наукой сказано твоей, Что, чем природа совершенней в сущем, Тем слаще нега в нем и боль больней. (Ад)
Все женщины на один лад: они всего требуют, всё отдают, незаметно приучают вас к полному доверию, а затем в один прекрасный день уходят из вашей жизни по самому ничтожному поводу.
В России не рекомендуется непрошено подвывать утюгу, кидая камни в либеральную витрину Отчизны, на которую тратит последнюю выручку Газпром – но можно без всяких проблем годами состоять в непримиримой фронде, откуда набирают кадры для министерства финансов.Властям ведь не нужны неуправляемые друзья. Властям нужны управляемые враги – чтобы ниша была плотно занята и случайных идиотов в ней не заводилось. Чирикать они могут что хотят – главное, чтобы в час «Х» повернули толпу куда надо. Вот поэтому чекисты будут надувать через камуфлированную соломинку все это либеральное разнотравье и многоцветье, даже если нефть упадет до пяти. А всяких там националистов и патриотов, увы, ждет финансирование только по остаточному принципу. Но вы, я думаю, в курсе и без меня.