– Уверяю вас, бездельничать вовсе не так приятно, как это может показаться. – Он вздохнул.
– Как справедлива поговорка «Человек изобрёл работу, чтобы избавиться от необходимости думать».
Друзья не торгуют правами друг друга. Или сердцами.
Есть слова, само произнесение которых заставляет говорящего почувствовать себя настоящим мужчиной.
Ее муж, Масахиро, несмотря на молодой возраст — ему было сорок пять, — занимал президентское кресло в отеле «Фудзикура»
не пресыщайтесь, не взрослейте, оставайтесь детьми, способными удивляться и смотреть на мир широко открытыми глазами, не слушайте никого, только голос своего сердца, ищите свою цель, но никогда не отчаивайтесь и не останавливайтесь, потому что цель — это путь, а не пункт назначения.
Способность решать вопросы самостоятельно, невзирая на похвалу или осуждение, очень редкое качество даже для мужчин.
Разумеется, многое остается «за кадром». Уж не такой-то я простак, чтобы все о себе так и выложить как на ладони. Сейчас модно говорить правду — ну уж от меня, читатель, ты этого не дождешься. Я так привыкла привирать, что иногда сама не разберу, что к чему.
Порой тот, кто внушал страх, приносит больше пользы, чем тот, кто стремится следовать законам. Однако... Увы, рано или поздно люди устают боятся.
Когда тебе больно, не корчи из себя страдающего героя. Нужно или плакать в голос, или терпеть.
Тот, кто желает сохранить про себя свои мысли должен уподобиться бессловесным существам и пить одну воду.
Прекративший движение — окаменеет, остановившегося пришпилят, словно насекомое, сердце его пронзят деревянной иглой, руки и стопы — продырявят и прибьют к порогу и притолоке.
Деньги влияют на все остальные сферы нашей жизни. Уделяйте финансам больше внимания – и ваша жизнь изменится.
Когда жертвуешь чем-то важным, ты это не теряешь. Ты просто передаешь это другому человеку.
Когда тебе пятнадцать лет,или двадцать,пусть даже сорок,или даже семьдесят пять,всегда-одна и та же история: чертова болезнь под названием любовь всё разрушает на своём пути,блаженные мгновения счастья столь мимолётны,а платить за них приходится непомерную цену...
Даже если вы по какой - то причине ненавидите музыку, эта же самая причина может подтолкнуть вас к сохданию великого произведения.
Но попаданцев, или, как здесь их называли, проходимцев (какое грубое, ужасное слово!!!), всегда селили одних. Для лучшей адаптации.
Несомненно, любовь - это два одиночества, совокупившиеся с целью породить недоразумение.
Джон Леннон однажды сказал журналисту: «У кого-то бывает просто понос, а у Йоко — понос мысли»
Мужчину-романтика две женщины зачастую воодушевляют куда больше, чем одна, - его влюбленность попадает в яблочко ровно меж ними.
Назвать мертвых по имени - это означает снова вернуть их к жизни.
… жизнь без любви пуста, но ещё более пуста жизнь без боли.
РасстрелБывают ночи: только лягу,
в Россию поплывет кровать,
и вот ведут меня к оврагу,
ведут к оврагу убивать. Проснусь, и в темноте, со стула,
где спички и часы лежат,
в глаза, как пристальное дуло,
глядит горящий циферблат. Закрыв руками грудь и шею,-
вот-вот сейчас пальнет в меня -
я взгляда отвести не смею
от круга тусклого огня. Оцепенелого сознанья
коснется тиканье часов,
благополучного изгнанья
я снова чувствую покров. Но сердце, как бы ты хотело,
чтоб это вправду было так:
Россия, звезды, ночь расстрела
и весь в черемухе овраг. 1927, Берлин
Мне никогда не нравился рубеж между ушедшим годом и наступающим. Это время воспринимается как какое-то ненастоящее, и чувствуешь себя зажатым на ничейной территории в ожидании непонятно чего - то ли завтра, то ли вчера.
– Гуси, это кот Терентий. Терёня, это гуси. Всё равно, разобрать, кто из них кто, без подготовки сложно, так что не заморачивайся, зови их просто «эй, вы там, гуси». Уяснил?
– Мнэээ… – ошарашенно согласился рыжий Терентий, подбирая задние лапы, передние лапы, хвост, охвостье…
– Не комкуйся у меня на голове! – велел Филипп. – Иди лучше остальных позови – знакомиться будем!
Терентий пошёл звать весьма оригинально – длинным прыжком оттолкнулся от стола Соколовского, куда тот его ссадил со своей шевелюры, и, перелетев через птиц, исчез в дверном проёме.
– Как вы оживляюще на котика подействовали… – усмехнулся Филипп. – Так-то он только к еде торопится, и то сейчас уже бока наел, помедленнее поспешает.
Один из гусей гоготнул.
– Нет, худеть кота не надо – кот не здешние девы, у него округлость очертаний – собственная приятность и залог хорошего настроения окружающих
***Но наши чувства были столь высоки, что самосохранение было частью их.
Мы берегли себя.
И наши сердца.***Но что вообще такое - дом человеческий? Страшное ограниченное пространство. Воплощенное в камне, железе и стекле желание спрятаться от космоса. Гроб. В который человек вываливается из материнской утробы. Они все начинают свою жизнь в гробах. Ибо мертвы от рождения. Я смотрела на окна панельных домов: тысячи одинаковых гробиков. И в каждом готовилась к смерти семья мясных машин.***Но больше всего нам везло почему-то в библиотеках. Там всегда сидели тысячи мясных машин и занимались молчаливым безумием: внимательно перелистывали бумажные листы, покрытые буквами. Они получали от этого особое, ни с чем не сравнимое удовольствие. Толстые потертые книги были написаны давно умершими мясными машинами, портреты которых торжественно висели на стенах библиотек. Книг были миллионы. Их непрерывно размножали, поддерживая коллективное безумие, чтобы миллионы мертвецов благоговейно склонились над листами мертвой бумаги. После чтения они становились еще мертвее.