Il doit exister quelque part une liste secrète que les ados se refilent entre eux. Une compilation de toutes les âneries possibles et imaginables à faire pour contrarier leurs parents.
..государство не может быть лучше своего руководителя.
Женщина без тела. Это хуже, чем мужчина без головы.
Воин, который опустошает себя, не способен выжить. Тело имеет пределы выносливости.
Перемены в жизни неизбежны, человек меняется сам, изменяется его окружение. «Не бойтесь перемен, – призывают психологи, – мир изменчив, и тот, кто осознал это, поймал удачу за хвост». Однако им противоречит древняя народная мудрость: «Лучше быть собакой в спокойное время, чем человеком во время хаоса». И где здесь истина?
То были заманчивые мечты, и, как большинство мечтаний, они не имели ни малейшего отношения к реальности.
"Из всех видов одиночества страшнее всего одиночество душевное."
– Тем, кто не опускает руки, а борется, удача помогает.
Существование — это необходимое условие для всего остального. Но, правитель, присмотритесь внимательнее к нашей жизни: все посвящено одному — выживанию. Чтобы выжила вся раса в целом, уважение к отдельной личности сведено почти к нулю. Как только кто-то не может больше работать, его убивают. Наше общество — крайне авторитарное. У закона только два исхода: невиновного отпускают, виновного карают смертью. Все, что может привести к душевной слабости, объявлено злом. Для меня наиболее невыносимы духовные монотонность и пустота. У нас нет ни литературы, ни искусства, ни стремления к любованию красотой. Что касается любви, то о ней даже разговоры — и те под запретом. Правитель, какой смысл в такой жизни?!
Вообще он был отчаянным типом с сомнительными моральными принципами, но почему‑то именно с ним она чувствовала себя на редкость спокойно.
В Средневековье отсутствуют все те чувства, которые сделали наше отношение к правосудию робким и нерешительным. Тогда и не помышляли о возможной невменяемости подсудимого, о допустимости судебной ошибки; отсутствовало сознание того, что общество виновно в преступлении отдельного человека; не задавались вопросом, можно ли исправить преступника, вместо того чтобы обрекать его на страдания.
Мамочки, мне конец! Впредь другим наука: не ходите с чужими звездными адмиралами под луной гулять. Хм, или по Луне?
«Ничего личного». Любимая фраза людей, которые делают больно и не хотят за это отвечать.
Молчание - наивысшая форма презрения.
— Слушай, матушка, — резко осадил лошадей Любомир, — а что это ты с утра такая сговорчивая? Не заболела, спаси Перун, чем? Холера там, оспа черная, или, может, бешенство какое опасное?
Зоряна снова закивала, захохотала. Протянула сквозь смех, всхлипывая.
— Так я ж сейчас с волшбой, Любомир наш свет Волкович. А значит — умница-разумница. А умницы — они с молодцем не спорят ни в жизнь. Какую глупость тот ни скажет — кивают, соглашаются, а потом делают по-своему.
Гермиона отработанным движением подняла руку раньше всех
Мир темен. А будущее и того темнее.
Раздумывать, что может случиться, не имеет никакого смысла, пока это не случилось.
– Я всё слышала! – крикнула Лариса с кухни.
– Ведьма, говорил я тебе! – прошептал Борисыч.
– Нет, просто в школе физику учила, а не за девками волочилась, как некоторые тут! Знаю, как звуковые волны распространяются!
Человек ценен по сопротивлению своему силе жизни, - ежели не она его, а он ее на свой лад крутит - мое ему почтение!
Может быть, это воображение; но я человек, стоящий на краю могилы, и таким людям - я знаю это - иногда бывает дано прозреть будущее.
“Боль – это просто наш советчик, она, подобно врачу, предостерегает и побуждает нас к осторожности.”
Americans liked seeing people eye to eye, the General had once told me, especially as they screwed them from behind.
Власть - не средство; она - цель.
Тех, кто погиб, не оживить. Тех, кто далеко, не приблизить снова. Украденное доверие не сделаешь настоящим, а фальшивые признания никогда не станут правдой.