Цитаты
286959
- Чибис, не плети мне из мозгов косички, - ласково сказал Ян Яныч.
Новое произведение классика детской литературы Владислава Крапивина «Бабочка на штанге» — завершающее в трилогии «Стальной волосок». В центре города, в стороне от шумных улиц, в старом деревянном особняке находится кафе «Арцеуловъ», в котором может открыться дверь в иные миры. Герои книги вместе с новыми друзьями пытаются понять законы гармонии Вселенной и сделать лучше жизнь тех, кто рядом с ними. В сборник также вошла повесть «Прыгалка», рассказывающая о жизни ребят в приморском поселке,...
Мой старик говаривал, что чем больше законов, тем больше жуликов. А еще он говорил, что мудрый человек должен быть всегда готов бросить свой багаж.
Его предали. Предали те, кого он считал другом и любимой женщиной. Его гениальные изобретения — в чужих руках, а сам он — проснулся после гипотермии спустя тридцать лет после того, как ещё можно было что-то изменить. И ненависть и любовь остались глубоко в прошлом.
Но тот, кто не сдался, иногда находит «дверь в лето». Даже если для этого нужно вернуться в своё прошлое.
- Я предупреждал тебя, что прежде чем говорить что-то, нужно убедиться в том, что ты понимаешь, о чем речь.
Если вам вдруг кажется, что что-то пошло не так - то вам не кажется! Ну, какая из меня попаданка? Да я вообще тут случайно! Слава? Любовь? Магические способности? Не-ет... это добро для тех, кто «попадает» неслучайно, а я здесь за полставки, да еще и по причине собственного разгильдяйства... а значит, никакого мне «божественного проведения». Вот бы только вспомнить, что там было на десятой странице... Но обо всем по порядку - как бишь там все начиналось? Ах да, захотела это я денег по-легкому...
Пойдем в твоем темпе. Будем отдыхать и идти. Присматривать друг за другом. Все вещи оставим тут, вместе со спальными мешками. Мы выберемся вместе, либо не выберется никто.
Четверо университетских друзей отправляются в скандинавскую глушь у Полярного круга — они стремятся отвлечься от житейских проблем и воссоединиться друг с другом. Но когда Люк, единственный из них влачивший в миру одинокое и жалкое существование, понимает, что у него осталось мало общего с его обеспеченными друзьями, напряжение между ними нарастает. Благодаря недостатку подготовки и опыта, идея срезать путь превращает их поход в кошмар, и может стоить им жизни. Заблудившиеся, голодные, и...
— Мило, — выдохнул Род и неприязненно уставился на меня. — В родственниках у тебя эльф-убийца, в друзьях архивампир, — процедил он. — Это все новости, надеюсь? Больше никого не найдется? О чем еще я не знаю?
Молодая некромантка Тень чудом остается в живых после битвы великих магов, но на этом ее злоключения только начинаются. Сорваны печати древнего схрона, сильнейший артефакт в руках безумцев из Братства Света, война между Светлыми и Темными не за горами… Бросает нашу героиню из огня да в полымя: то архимаг в заложники возьмет, то светлые эльфы к казни приговорят. И если бы из-за проклятой фамилии, так нет, все вдруг решили, что воспылал чувствами к ней один архивампир-правитель… Справится ли...
Но девятнадцатилетнее эго тут же поправило бы судей: «понимание» любви приходит позже, «понимание» любви граничит с «практичностью», «понимание» любви — признак остывшего сердца.
Впервые на русском – новейший (опубликован в Британии в феврале 2018 года) роман прославленного Джулиана Барнса, лауреата Букеровской премии, командора Французско го ордена искусств и литературы, одного из самых ярких и оригинальных прозаиков современной Британии. «Одна история» – это «проницательный, ювелирными касаниями исполненный анализ того, что происходит в голове и в душе у влюбленного человека» (The Times); это «более глубокое и эффективное исследование темы, уже затронутой Барнсом в...
В это время совсем рядом начался хорошо известный всем школьникам отрывистый, но захватывающий разговор.
– Ты чего?
– А ты чего?
– Да я ничего, а вот ты чего?
– А чего ты лезешь? А то вот как дам..
Шестиклассник Вася Голубев с товарищем отравляется в тундру за мамонтовым зубом, но проваливается в шурф. В ожидании помощи он засыпает и просыпается через полвека. Вместе с ним оживает настоящий мамонт. Васе предстоит увидеть массу интересного — ведь он попал в будущее…
Фолиант увезли в Москву – и он ухнул в безвестность. Виниус удрал в Голландию, воеводу князя Черкасского сняли с места, и некому было сообщить в Сибирь изографу, как принят его труд.Безвестность угнетала больше всего. Семён Ульянович радел не о славе своего имени и не о наградах; ему по- юношески хотелось, чтобы его Сибирь была открыта для обозрения. Неужели там, в столицах, никого не смущает, что половина вселенной погружена во мрак незнания? Бог есть свет, и как можно мириться с тенью?
В эпоху великих реформ Петра I «Россия молодая» закипела даже в дремучей Сибири. Нарождающаяся империя крушила в тайге воеводское средневековье. Народы и веры перемешались. Пленные шведы, бухарские купцы, офицеры и чиновники, каторжники, инородцы, летописцы и зодчие, китайские контрабандисты, беглые раскольники, шаманы, православные миссионеры и воинственные степняки джунгары – все они вместе, враждуя между собой или спасая друг друга, творили судьбу российской Азии. Эти обжигающие сюжеты...
Знаешь, что подумает твой ребенок, когда узнает?! «Что бы со мной ни случилось, я обо всем могу рассказать матери, потому что с ней это уже было. И как бы дерьмово мне ни пришлось, я выживу, потому что мама справлялась с дерьмом и похуже».
Наш вам совет: никогда не покупайте через Интернет привидение. Тем более если к нему в нагрузку прилагается его любимый черный костюм. Иначе с вами может случиться в точности такая же история, какая произошла с Джудом Койном, знаменитым рок-музыкантом, в благословенной стране Америке. Попавшись на сетевую удочку и сделав злополучный заказ, однажды он получил посылку – коробку в форме сердца с вышеупомянутым костюмом внутри. Лучше бы он этого не делал... Эта книга – один из самых ожидаемых...
— С запоями покончено, посещаемость вечеринок резко сокращена, успеваемость на юрфаке отличная, постоянство в любви, — говорю я, надевая футболку с логотипом Brooks Brothers. — Я перестал обманывать себя и перечитал Достоевского. И все благодаря тебе, чувак.
Глаза у Рида наполняются слезами.
— И ты бросил курить, — добавляет он.
— Угу.
— И снизил толщину жирового слоя на семь процентов.
— Не льсти мне, чувак.
— Такие ученики, как ты, Виктор, наполняют мое сердце гордостью. — Рид с трудом удерживается от того, чтобы не всплакнуть. — Я это тебе серьезно говорю.
«Гламорама», последний роман популярного американского писателя Брета Истона Эллиса («Американский психопат», «Информаторы»), — блестящая сатира на современное общество, претендующая на показ всей глубины его духовного и нравственного распада. Мир, увиденный глазами современного Кандида, модели-неудачника Виктора Барда, оказывается чудовищным местом, пропитанным насилием и опутанным заговорами. Автор с легкостью перекидывает своего героя из Нью-Йорка в Лондон, из Лондона в Париж, запутывая его...
Неужели я способен испытывать любовь только к мертвым? – подумалось мне. О, насколько проще любить мертвых, чем живых!
Роман знаменитого японского писателя Юкио Мисимы (1925-1970) «Золотой Храм» основан на реальном событии. В 1950 году молодой монах сжег Храм в Киото. Под пером писателя эта история превращается в захватывающую притчу о великой и губительной силе красоты.
Перевод с японского и вступительная статья Григория Чхартишвили.
Он рассеянно посмотрел в лобовое стекло: неравномерно, то наискось, то рывками, стелился из-под колес моток шоссе. Изгороди, в свете фар бледно-рыжие, будто линялые, в соответствии с рельефом пропадали из поля зрения и снова появлялись. Салон такси казался единственно возможным домом.
Молодой преподаватель на испытательном сроке — в провинциальном университете. Единственная «живая душа» в мире унылого снобизма и бессмысленных правил поведения. Джиму Диксону тошно от этого, — но в штат попасть хочется! Значит, надо быть — как все. Писать статьи на нелепые темы. Посещать скучнейшие коктейли. Потакать студентам, которым посчастливилось стать любимчиками кого-то из местных светил, — будь они хоть трижды бездарны. Но однажды в жизнь Джима вторгается любовь, — и все его...
Музыка – это жизнь. Пока она звучит, ничто не умирает навсегда. Музыкант, исполняя музыку, живет воспоминаниями так, словно это реальные события.
Интернет-переписка Эмми и Лео — виртуозно и остроумно написанная история случайной встречи двух одиночеств в Сети. В их мейлах нет пауз. Их мысли неудержимым потоком несутся на монитор и превращаются в текст книги. Их диалог спонтанен, полон энергии, жизни и переживаний. Но выдержат ли чувства героев встречу в реальной жизни? Ведь северный ветер дует им прямо в лицо… «Лучшее средство от северного ветра» Даниэля Глаттауэра — блестящий жизнеутверждающий роман в письмах, сразу ставший бестселлером...
Если с тобой случится чудо – выкинь его на помойку. Будь это любовь, или надежда, или внезапная перемена – откажись и спрячься в свою повседневность. Огненные ли мошки летают над свечкой, земля ли видится прозрачной до самых глубин, люди ли светятся цветными огнями изнутри… Откажись от чуда, это некомфортно. Не нарушай привычный порядок дел, это доставляет беспокойство, мешает, пугает, мучит, откажись…
Меня зовут Даша Лебедева. Филфак МГУ, второй курс. Я растяпа и, в общем, середнячок. Когда раздавали таланты, меня явно оттеснили куда-то в конец очереди… До того, как все это завертелось, я и не догадывалась, что серебряный кулон, доставшийся мне от отца, – мощный артефакт и с его помощью можно видеть Теней. Я и представить себе не могла, что эти ужасные бессмертные создания, которые высасывают из людей радость, любовь и жизненные силы, будут угрожать моим близким. И, конечно, даже не...
Он читал или мечтал до ночи, упиваясь одиночеством.
Именно эта книга околдовала Дориана Грея: «Странная то была книга, никогда еще он не читал такой! Казалось, под нежные звуки флейты грехи всего мира в дивных одеяниях проходят перед ним безгласной чередой. Многое, о чем он только смутно грезил, вдруг на его глазах облеклось плотью. Многое, что ему и во сне не снилось, сейчас открывалось перед ним. В таком стиле писали тончайшие художники французской школы символистов. Встречались здесь метафоры, причудливые, как орхидеи, и столь же нежных...
Но один эпизод по-настоящему трогал его и многое ему объяснял — то место, где молоденькая Ростова, при эвакуации из Москвы, приказывает выбросить все фамильное добро и отдать подводы раненым офицерам. Он оценил вполне, что она себя этим лишила приданого и, пожалуй, надежд на замужество, и он снисходительно отнесся к тому, что там еще говорится при этом: «Разве ж мы немцы какие-нибудь?..» Что ж, у немцев сложился веками иной принцип: армия сражается, народ — работает, больше от него никогда ничего и не требовалось. Вот что было любопытно: этот поступок сумасбродной «графинечки» предвидел ли старик Кутузов, когда соглашался принять сражение при Бородине? Предвидел ли безропотное оставление русскими Москвы, партизанские рейды Платова и Давыдова, инициативу старостихи Василисы, возглавившей отряд крепостных? Если так, то Бонапарт проиграл, еще и не начав сражения, он понапрасну растратил силы, поддавшись на азиатскую приманку «старой лисицы Севера», на генеральное сражение, которое вовсе и не было генеральным, поскольку в резерве Кутузова оставались главные русские преимущества гигантские пространства России, способность ее народа безропотно — и без жалости — пожертвовать всем, не посчитаться ни с каким количеством жизней. И что же, он, Гудериан, этого не предвидел? Где же теперь искать его Бородино?
Роман Георгия Владимова «Генерал и его армия», посвященный событиям Великой Отечественной войны, был удостоен Букеровской премии (1995) и премии имени Сахарова «За гражданское мужество писателя» (2000). В центре повествования - судьба генерала Власова и немецкого генерала Гудериана. Автор приоткрыл завесу глухой секретности над некоторыми «неудобными» для официальной литературы эпизодами войны. Сразу же после появления, роман Г.Владимова стал громким событием и был причислен к лучшим...
«Если бы только я был амебой… — думал он, — мельчайший организм наверняка в состоянии одолеть окружающий морок. А человеческий — ни то ни се, ничего одолеть не может».
Юкио Мисима — анфан-террибль японской литературы, безусловный мировой классик и писатель, в своем творчестве нисходящий в адовы бездны и возносящийся на ангельские высоты. Самый знаменитый и читаемый в мире из японских авторов, прославился он в равной степени как своими произведениями во всех мыслимых жанрах (романы, пьесы, рассказы, эссе — более ста томов), так и экстравагантным стилем жизни и смерти (харакири после неудачной попытки монархического переворота в день публикации своего последнего...
Система была настолько проста и очевидна, что поразительно, как ею не пользовались другие. Им просто не хватало терпения, выдержки, умения контролировать эмоции — всего того, что у Ахимаса имелось в избытке. Надо было всего лишь ставить на один и тот же сектор, постоянно удваивая ставку. Если у тебя денег много, рано или поздно вернешь все, что проиграл и сколько-то выиграешь. Вот и весь секрет. Только ставить нужно не на одиночное число, а на большой сектор. Ахимас обычно предпочитал треть.Он шел к столу, где играли без ограничения ставок, ждал, пока выигрыш обойдет какую-нибудь из третей шесть раз кряду, и тогда начинал игру. На первый раз ставил золотой. Если треть не выпадала, ставил на нее два золотых, потом четыре, потом восемь, и так до тех пор, пока шарик не попадал туда, куда должно. Поднимать ставку Ахимас мог до каких угодно высот — денег хватало. Один раз, перед последним Рождеством, вторая треть, на которую он ставил, не выпадала двадцать два раза — шесть подготовительных бросков и шестнадцать под ставку. Но Ахимас не сомневался в успехе, ибо каждая неудача увеличивала шансы.Бросая на стол чеки, на которых все возрастало число нулей, он вспоминал случай из своего американского периода.Дело было в 66-ом. Тогда он получил солидный заказ из Луизианы. Нужно было ликвидировать комиссара федерального правительства, который мешал «карпетбэггерам» делить концессии. «Карпетбэггерами», то есть «саквояжниками», назывались предприимчивые авантюристы с Севера, приезжавшие на побежденный Юг с одним тощим саквояжем, а уезжавшие обратно в персональных пульманах.Время было смутное, человеческая жизнь в Луизиане стоила недорого. Однако за комиссара давали хорошие деньги — очень уж трудно было до него добраться. Комиссар знал, что на него охотятся, и вел себя мудро: вообще не выходил из своей резиденции. Спал, ел, подписывал бумаги в четырех стенах. Резиденцию днем и ночью охраняли солдаты в синих мундирах.Ахимас остановился в гостинице, расположенной от резиденции в трехстах шагах — подобраться ближе не удалось. Из номера было видно окно комиссарова кабинета. По утрам, ровно в половине восьмого, объект раздвигал шторы. Это действие занимало три секунды — на таком большом расстоянии толком не прицелишься. Окно было разделено на две части широким стояком рамы. Дополнительная трудность состояла в том, что, отдергивая занавески, комиссар оказывался то чуть правее стояка, то чуть левее. Шанс для выстрела был всего один — промахнешься, пиши пропало, другого случая не представится. Поэтому действовать следовало наверняка.Вариантов было только два: мишень окажется или справа, или слева. Пусть будет справа, решил Ахимас. Какая разница. Длинноствольная винтовка с зажатым в тисках ложем была наведена на шесть дюймов правее стояка, как раз на уровне груди. Вернее всего было бы установить две винтовки, справа и слева, но для этого потребовался бы ассистент, а Ахимас в те годы (да и сейчас, разве что кроме крайней необходимости) предпочитал обходиться без помощников.Пуля была особенная, разрывная, с раскрывающимися лепестками. Внутри — эссенция трупного яда. Достаточно, чтобы в кровь попала хоть малая частица, и любое, даже легкое ранение станет смертельным.Все было готово. В первое утро комиссар подошел слева. Во второе тоже. Ахимас не подгонял время — он знал, что завтра или послезавтра занавески отдернутся справа, и тогда он спустит курок.Но комиссара словно подменили. С того самого дня, как был установлен прицел, он шесть дней подряд раздвигал шторы не справа, а слева.Ахимас решил, что у объекта выработалсь рутина и переместил прицел на шесть дюймов левее центра. Так на седьмое утро комиссар подошел справа! И на восьмое, и на девятое.Тогда Ахимас понял, что в игре со слепым случаем главное — не суетиться. Он терпеливо ждал. На одиннадцатое утро комиссар подошел, откуда нужно, и работа была сделана.
Москва. 1882 год. После шести лет службы в российском посольстве в Японии, Фандорин снова приезжает на Родину. Сразу же по прибытию, он узнает о смерти своего давнего друга генерала Соболева. В убийстве подозревается немецкая певица Ванда. Может быть гибель генерала, одержавшего победу над Турцией – это результат заговора немцев, решивших таким образом ослабить боевую мощь России? Или же это дело рук таинственных русских сил, опасавшихся бесстрашного генерала Соболева? Решить эту непростую...
Уже был случай, когда женщина, устроившаяся в их дом, оказалась засланным казачком и втихаря сливала в СМИ информацию о личной жизни звёздной пары. К счастью, ничего серьёзного: что едят, какие фильмы смотрят, о чём разговаривают. Её удалось довольно быстро застукать с поличным в момент тайной видеосъёмки. Белецкий тогда страшно взбесился, мобильный телефон, разумеется, у домработницы отобрал и весь уже отснятый материал (фото, видео, аудиозаписи) уничтожил. Эта тётка потом жаловалась в ток-шоу и жёлтых изданиях, что известный артист — всё-таки ужасный психопат. Удивительно, но только один журналист додумался задать ей резонный вопрос: а не считает ли она, что сама поступала крайне неэтично, даже противозаконно? На что бывшая домработница выкатила в изумлении глаза и чистосердечно ответила, что не причинила супругам никакого вреда, наоборот, ещё и по хозяйству помогала, ну а то, что пошпионила немножко — так это мелочи, никто же не пострадал.
Вы смотрели фильм “Реальная любовь”? А “Ёлки”? Вам нравятся истории, которые включают в себя переплетение сразу нескольких сюжетных линий? Наконец, любите ли вы встречать Новый год? Дышите неровно к этой праздничной атмосфере, готовите оливье тазиками, поглощаете мандарины килограммами? Загадываете желание, “пока часы двенадцать бьют”? Если да — то вы попали по адресу! Это книга о четырёх женщинах (Асе, Илоне, Светлане и Галине), которые волей-неволей сталкиваются друг с другом в...
То, что ей не нравилось, как будто скользило мимо нее. Спокойно глядя вдаль, она переводила разговор.
Герои романа Гойтисоло — подростки, почти дети. Война навсегда обожгла это поколение, оставила незаживающий рубец, лишив их детства. Детям из «Печали в раю», в подавляющем большинстве сиротам, рано довелось увидеть горе и смерть. Война вытравила в их душах сострадание, отзывчивость, доброту. С одной стороны, это обычные мальчишки, которые играют в «наших и фашистов», мечтают то убежать на фронт, то создать «Город ребят». Но война наложила на эти игры страшный отпечаток, стерла в сознании грань...
Сводить семейные отношения только к спальне неправильно. Настоящая семья начинается не с секса, а с сильного плеча рядом, с доброго слова, с разговоров по душам, с шуток, которые вы оба понимаете...Секс — это, конечно, хорошо! Сам по себе он никогда не надоест. А вот секс с одним и тем же партнёром может приесться… Если, кроме постели, у вас ничего общего нет.
Многие сказки о принцессах начинаются одинаково. «Далеко-далеко, среди высоких гор и дремучих лесов, где никогда не ступала нога человека, в высокой-высокой башне томилась прекрасная принцесса. Отважные принцы и рыцари пытались вызволить красавицу, но погибли. Ибо принцессу охранял страшный и ужасный дракон!..» Вы думаете, что я - несчастная принцесса? Нет. И даже не храбрый рыцарь. Я - тот самый страшный и ужасный дракон! А ведь ничего не предвещало... Меня попросили сопроводить...
admin
добавил цитату
из книги
«Жизнь Антона Чехова»
7 лет назад
Иди к нам, разбей графин с водкой и ложись читать... хотя бы Тургенева, которого ты не читал.
Правильно составленное донесение начальству подчас важнее выигранного сражения. С неприятелем драться несложно, стреляй себе да стреляй, а с рапортом так просто не получится. Тут думать надо!
Весна 1855 года. Балтике предстоит стать ареной тяжелейших морских сражений. Враг не признал нашу силу и все еще верит в свое превосходство, стремясь подчинить и поставить на колени Российскую империю.
И если все средства убеждения исчерпаны, остается только сталь и свинец. Лучшие аргументы в любом споре.
Через несколько мгновений только легкий аромат цветов, да рыдания дочки напоминали старшине о произошедшем. А потом во дворе надрывно завыла волчица и он снова рухнул на скамью и зажал уши руками. Ему и самому хотелось завыть рядом с нею, над своей непростительной слепотой
Возвращаясь с Земли вместе с приемными родителями и названной сестрой в их родной мир, Илли всерьез считала, что все ее проблемы остались в прошлом. Да и чего можно опасаться девушке, идущей туда в компании опытной магини и дриад, если теперь она и сама по воле судьбы стала дриадой. Ну, разве только одного — встречи с любимым, которого Иллира вынуждена была обмануть. Однако с первых же шагов семейство графа Хингреда ле Трайда, приемного отца Илли, оказывается перед выбором: отдать на...
«Настоящая жизнь куда запутаннее, чем любой роман, и зачастую вовсе не приводит к счастливой развязке, когда в последней главе порок наказан, справедливость восстановлена и героиню ожидает желанное замужество.»
![Шевалье Трейси - Прелестные создания [Удивительные создания]](https://topliba.com/covers/452442_100x150.jpg?t=1788208672 "Шевалье Трейси - Прелестные создания [Удивительные создания]")
Так же, книга выпускается под названием "Удивительные создания". Консервативная Англия начала XIX века. Небольшой приморский городок. Именно в нем происходит встреча уроженки этих мест Мэри Эннинг, чья семья живет в ужасающей бедности, и дочери состоятельного лондонского адвоката Элизабет Пилмотт, которая вместе с сестрами поселилась здесь. Девушки подружились. И дружбу их скрепила общая любовь к неизвестным существам, окаменелые останки которых они находили в прибрежных скалах. Однако их...