В Германии Мартин Лютер бросил вызов владычеству папы, заявляя:
— Не знаю, может ли христианская вера терпеть еще одного главу вселенской церкви… если у нас есть Христос.
Женские плечи должны греть мужские руки, восхищенные взгляды и огонь. И никак иначе. И только в редких случаях дорогой мех.
она вспомнила обо всем, что слышала о феминистках. Все критики, включая женщин, считали их слишком экстремистски настроенными, слишком склонными к насилию, слишком ангажированными, слишком настроенными на войну против мужчин и злоупотребляющими неадекватными мерами. Она сама считала женское движение чересчур жестким. Но год за годом, а тем более сегодня, после того как Катрина Хагебак открыла ей глаза на подлые хитрости установления мужского господства, она спрашивала себя, в какой мере угнетенные могли восстановить справедливость без насилия. Ведь если господствующая группа применяет насилие к угнетаемой, то как последняя может освободиться без борьбы?
Нельзя играть в игру "как здорово я вас всех облапошил" и не задумываться над тем, что самым главным облапошенным в ней оказываешься ты сам.
Я верю в капиллярное проникновение географии в наши души
Правда действительно придает сил, она — броня, но только если на твоей стороне
Время звонка навевало беспокойство. С хорошими новостями в такое время не позвонят.
Нужно срочно вводить государственную программу по борьбе с завышенными амбициями
— Люди голосуют, — сказал Кашалот. — Им кажется, они что-то решают… А на самом деле они не решают ровным счетом ничего. Зато приводят к власти одну и ту же касту — выборы за выборами, созыв за созывом. Одну и ту же группу людей, которые все и решают. Нас… Говоря «нас», я имею в виду и наших политических противников. Две партии, которые уже пятьдесят лет делят власть между собой, делая вид, что ни в чем не сходятся, хотя в действительности сходятся почти во всем… Мы уже пятьдесят лет являемся хозяевами этой страны и продаем нашему доброму народу липу, которую называем «политической альтернативой». Подобное сосуществование должно было бы насторожить нацию, но нет — люди продолжают верить мошенникам, а мы пользуемся их великодушием.
Пусть она будет счастлива! А он - он будет счастлив, глядя на нее. Разве этого мало?
Нет ничего печальнее детства. Разве что отрочество…
Теперь уже нет трагедий. Нет даже шансов на их существование. Мы ликвидировали ад страстей, и тогда оказалось, что вместе с ним исчез и рай. Все теперь тепленькое, Брегг.
Твое дело – только ты сама.
Магия обходится без посредников, говорил он. Наши заклинания, формулы, руны, амулеты – просто костыли для калек. Истинный маг воздействует силой непосредственно на объект, и никак иначе.
Сорняк - это растение не на своем месте.
С богиней не поспоришь? Верно. Но это и не нужно, когда она на твоей стороне
Столько он видел плачущих мужчин по самым различным причинам. Были хитрецы – притворщики, были нервнобольные, были потерявшие надежду, были обозленные. Были плачущие от холода. Плачущих от голода Андреев не видал
собственную боль ничуть не уменьшает чужая.
Жить в иллюзиях и обмане страшно.
Рассмотрим банан. Рассмотрим его кожуру, которая, как чадра, защищает его добродетели. Рассмотрим его форму – молчащий смычок, подобный изогнутым бровям прекрасной дамы. Рассмотрим его триипостасную сегментную структуру, которая точно отображает тройственную диалектику Природы. Рассмотрим то, как банан питает и прочищает Третий Глаз.
Медальоны из яичек волкодлака.
Поймав волкодлака медленно открутить яички против часовой стрелки.
Если предположить, что опыт — это сумма наших воспоминаний, а мудрость — сумма опытов, то хорошая память значила бы, что мы больше знаем не только о мире вокруг нас, но и о себе самих.Все последнее столетие мы неправильно определяли понятие “память", не до конца его понимали, неверно применяли и признали негодным для использования, поскольку оно не работало и не приносило нам удовлетворения.Причина наблюдаемого снижения функций человеческой памяти в том, что мы ежедневно совершаем антиолимпийские тренировки. То, что мы творим с нашим мозгом, это все равно как если бы мы поручили кому-нибудь тренироваться для участия в Олимпийских играх и при этом сделали так, чтобы этот спортсмен ежедневно выпивал по десять банок пива и выкуривал по 50 сигарет, ездил на работу на машине и, может быть, раз в месяц изматывал себя тренировками, а остальное время лежал на диване и смотрел телевизор. И потом мы бы удивлялись, почему он так плохо выступил. Вот так же мы поступаем со своей памятью.Если говорить о том, насколько хорошо мы изучили мозг, то мы — как пассажиры самолета, разглядывающие оставшийся далеко внизу город.Согласно Эрикссону то, что мы называем мастерством, на деле всего лишь «большое количество знаний, всплывающих в памяти в аналогичных ситуациях, и механизмы планирования, сформировавшиеся за долгие годы работы в данной области». Другими словами, хорошая память — это не побочный продукт профессионализма. Это его суть.— Я пытаюсь расширить рамки своего субъективного времени, поэтому кажется, что я живу дольше, — с сигаретой в зубах бормотал Эд, стоя на тротуаре у главного здания Con Edison. — Вся фишка в том, чтобы избавиться от ощущения, которое часто бывает в конце года: “Не может быть, чтобы 12 месяцев так быстро пролетели!”»
— И как этого добиться? — спросил я. — Нужно просто больше запоминать.Чем больше в нашей жизни воспоминаний, тем медленнее течет время.Монотонность убивает время, новизна же позволяет ему раскрыться. Вы можете ежедневно делать зарядку, питаться здоровой пищей и прожить долгую жизнь, но ощутить ее лишь как короткую.Создание нового воспоминания растягивает психологическое время и удлиняет нашу жизнь.Декларативные воспоминания — это то, про что вы можете сказать: «Я это помню». Это цвет вашей машины или то, что случилось вчера днем. А недекларативные воспоминания — это то, что вы знаете подсознательно: как ездить на велосипеде или как, глядя на предмет в зеркало, начертить его контур (или что значит слово, быстро промелькнувшее на мониторе).Декларативную память психологи делят на семантическую (воспоминания о фактах и понятиях) и эпизодическую (воспоминания о том, что приключилось лично с нами). Воспоминание о том, что этим утром на завтрак я ел яйца, — эпизодическое. Знание того, что завтрак является первым приемом пищи за день, — семантическое воспоминание.Общая идея большинства техник запоминания в том, чтобы превратить любую скучную вещь, которую нужно запомнить, в нечто настолько яркое, удивительное и непохожее на все виденное ранее, что ее просто невозможно будет забыть.Тренировки памяти были самой важной частью античного образования в области языка и речи — наряду с грамматикой, логикой и риторикой.Чемпионат мира по запоминанию — это не столько тестирование памяти, сколько проверка воображения.Память необычно возбуждается образами женщин.Я полагаю, что те, кто хочет совершать простые вещи без проблем и упорного труда, должны сначала поднатореть в вещах трудныхРифмованные слова лучше запоминаются, чем нерифмованные, а конкретные существительные запоминать проще, чем абстрактные. Динамические изображения сохраняются в памяти лучше статичных, а аллитерация помогает запоминанию. Тигрица, которая злится, поскольку не спится, запоминается на более долгий срок, чем большое животное из семейства кошачьих, возбужденное тем, что не может выйти из состояния бодрствования.Выявление схем и структуры в полученной информации — это способ, которым наш мозг извлекает понятия и смыслы из мира.Люди читали книги для того, чтобы запомнить; книги были наиболее эффективным из имеющихся инструментов запечатления информации в памяти. Рукописи часто копировались только ради того, чтобы переписчик мог их запомнить.Фактически только в 200 г. до н. э. Аристофан Византийский, начальник Александрийской библиотеки, изобрел базовые знаки пунктуации — ничего, кроме точки, которая могла ставиться внизу, посередине или вверху строки и сообщала читателю длину паузы между предложениями. Была создана «верхняя точка», соответствовавшая современной точке в конце предложения, «нижняя точка», соответствовавшая современной запятой, и «средняя точка», — т. е. пауза промежуточной длины, которая, вероятно, наиболее соответствует современной «точке с запятой». Эта «средняя точка» исчезла в эпоху средневековья. Вопросительный знак появился только после публикации в 1587 г. романа «Аркадия» Филипа Сиднея, а восклицательный знак был впервые применен в Катехизисе Эдуарда VI, вышедшем в Лондоне в 1553 г.Функциональная магнитно-резонансная томография дает возможность проследить за изменениями в мозгу людей, осваивающих новые навыки. По мере того как эти навыки доводятся до автоматизма, части мозга, отвечающие за сознательную деятельность, отключаются, а другие части, наоборот, становятся более активными. Можно назвать это «точкой окей» — той самой точкой, в которой мы решаем, что, дескать, все окей, мы это можем, — а потом включаем автопилот и перестаем развиваться.Олимпийские чемпионы по плаванию начала века сейчас бы даже не прошли отбор в школьную команду.Последнее столетие было особенно плачевным для памяти. Сотни лет проведения прогрессивной реформы образования дискредитировали запоминание как подавляющий и отупляющий метод — трату времени не только пустую, но даже и опасную для развивающегося мозга.Искусство и наука памяти — это развитие способности быстро создавать образы, позволяющие связывать разрозненные идеи. Творчество — способность связывать разрозненные идеи, создавать нечто новое и запускать в будущее, чтобы в итоге получилось стихотворение, здание, танец или роман. Творчество в некотором роде — это будущая память». Если суть творчества в связывании разрозненных идей и фактов, то чем больше у вас есть средств для выстраивания ассоциаций и чем большим количеством фактов и идей вы располагаете, тем проще вам будет создавать новые идеи. Как любил указывать Бьюзен, Мнемозина, богиня памяти, была матерью Муз.Чтобы получить знания, требуется знание, чем больше ты знаешь, тем легче узнавать новое. Память — как паутина, захватывающая новую информацию. Чем больше она захватывает, тем больше растет. А чем больше она становится, тем больше всего сможет захватить.То, как мы воспринимаем мир и как ведем себя в нем, зависит от того, как и что мы помним.
Когда ты рискнешь выйти за рамки дозволенного обществом, ты узнаешь много нового, того, о чем раньше и не догадывался.
«Жизнь не может состоять только из чудесных мгновений. Тогда они перестанут быть чудесными, а станут обычными. Как можно оценить счастье, если ты никогда не страдал?»
Да, может, она и чокнутая, но уж точно не дура.