… жизнь, настоящая жизнь, находит выражение именно в музыке. Настоящая жизнь остается в полной неприкосновенности в строчках оперы Чайковского «Евгений Онегин», в то время как обычные должны ежедневно выходить в мир и исполнять в нем свои тяжелые, изматывающие обязанности.
Знаешь, почему я так люблю колесо обозрения? – спрашивает она, залезая в покачивающуюся металлическую кабину и размещаясь на сиденье.
– Потому что хочешь побыстрее умереть? – Я залезаю вслед за ней и жду, когда опустится защитная дуга.
– Потому что сверху можно увидеть весь мир.
Не вини людей за то, что не оправдали твоих надежд. Вини себя, что ожидал от них слишком многого...
Ты сильнее других вот здесь, – кончиком указательного пальца она легонько постучала его по лбу, – но тебе постоянно приходится смотреть вдаль. Ты так много смотришь, что не успеваешь жить. Ты выбрал ивовые прутья, а не лук и стрелы, но никто не сказал, что нужно выбрать только одно.
Люблю полумрак. Чувствую себя спокойнее, будто темнота способна скрыть то, чем я не хотела бы делиться.
Каждый день чему-то учишься. Чтобы прожить с другим человеком остаток своей жизни, нужно постоянно работать над отношениями. В браке обязательно будут как хорошие времена, так и плохие. И как пара, как единое целое, как семья, вы должны уметь преодолевать их вместе.
Ведь когда умирает человек, которого ты любишь, то больше уже не надо переживать, что с ним случится завтра или послезавтра.
Дамер: Не знаю, может быть, я чувствовал недостаточную власть ребенком или юношей. Это каким-то образом вмешалось в мою сексуальную жизнь. И то, что я делал, как-то помогало мне восстановить ощущение того, что я могу что-то контролировать. Я пытался создать свой мир, где мое слово было решающим. Я находил симпатичных мне молодых людей, держал их у себя так долго, как мог. Похоть играла очень большую роль в этом. Желание власти и похоть. Это и есть мотивы убийств.
Я где-то читала, что человека к сорока годам больше должно беспокоить то, что он думает о других, чем то, что думают о нем.
Возможно, она и правда была хрустальной.
Но стекло хрупкое ровно до тех пор, пока его не разобьешь.
Дальше оно становится острым.
порой приходится искать новую жизнь и новую цель, особенно если со старой ничего не вышло
– Будет больно.
– В жизни всегда так, вороненок. Жизнь – это боль, потери и жертвы. Но мы должны приветствовать эту боль. Если она принесет нам спасение.
Только мы считаем, счастливы ли в этот момент. И никто не может помешать нам испытать этот чувство если не постоянно, то хотя бы пару раз в день. Мы сами мешаем себе. Загоняем в эти рамки. А потом страдаем по этому поводу.
Например: моя страна недавно вторглась на территорию другого государства.Предвидеть такое невозможно. Нападать на другие страны — это к Гитлеру, кайзеру Вильгельму или японским камиказдзе.Мы не страна-агрессор: в этом наша фишка. Наше лицо, в каком-то смысле. Нас и США. Были, конечно, всякие цереушные дела (Гватемала, Иран и далее по списку), но закулисно: когда мы умоляли американское правительство поддержать нас во время Второй мировой войны, чопорный мистер Рузвельт сказал: «Нет, никак невозможно. Это будет некрасиво, на США ведь никто не нападал». Потом японцы разбомбили их в Перл-Харборе, и все стало красиво.Взять этого парня, Блэра. Мой ровесник, окончил Оксфорд, посмотришь, послушаешь — вроде бы разумный человек. По идее, должен был сделать выводы из нашей недавней истории. Но похоже, не сделал. Отправили инспекторов искать иракское оружие, те вернулись ни с чем. Тогда заслали шпионов, те тоже ничего не нашли.Не беда, сказал мистер Блэр, ерунда, сказал мистер Блэр. Раз не нашли оружие, значит, иракцы его припрятали, и уже через полчаса могут на нас напасть. Надо действовать на опережение.Мой старый знакомый Питер Мандельсон выступил по радио. «Да, — заявил он, — у Саддама там целый супермаркет. — Он почему-то произнес „сюпермаркет“. — У Саддама целый сюпермаркет по продаже оружия массового поражения».
Оскар Уайльд прозорливо предвидел такое развитие: «Любовь к себе – начало романа длиною в жизнь».
Утренний кофе и первая сигарета - сочетание идеальное, плевать на врачей с их факторами риска
Что бы не делала бедная девочка, всё мне кажется отвратительным.
– Отрицательная эмоция всегда победит положительную, потому что между тем, кто намерен отвесить тебе пощечину, и тем, кто полез за печеньем, ты непременно уделишь больше внимания первому. Такова человеческая натура. Это у нас от зверей. Понимаешь, Рене, это программа с древнейших времен. Скорее всего, еще тогда появление льва вызывало больше интереса, чем обнаружение улья с медом. Негатив сильнее, а значит, он лучше для рейтинга передачи.
И удивительное дело, что нужно для себя, он никак не мог решить, а что нужно делать для других, он знал несомненно.
Бытует мнение, что если сказать гадость тихо, то она сразу станет социально приемлемой.
Пошла вон, дорогая! Конечно, милый, с радостью! Гармония в отношениях - это важно.
Написано там было следующее:
"Даже если это ложь, даже если сон, прошу тебя, обратись ко мне. Твоя улыбка в тот день - нет, не ложь, не сон она. Хотя, обращенная ко мне, - моя ложь, сон мой. Но в тот день, когда имя мое назовешь, не станет это ни ложью, ни сном".
И ниже:
"Никогда ни ложью, ни сном не была любовь моя к тебе".
Если начинающий писатель садится за стол лишь потому, что ему захотелось вдруг пофантазировать, а фантазировать, он полагает, легко, ибо-де нет никакого контроля, у такого "писателя" получится не фантастика, а пустое фантазёрство, досужий вымысел, далёкий от литературы.
Родители спросили совета у бабушки. Им хотелось знать, не веду ли я себя чересчур взросло для моих лет.
Бабушка велела им не переживать.
Сказала, что совершенно неважно, насколько серьезным я кажусь сейчас, в подростковом возрасте это точно пройдет.
– Катя, что опять за проблема? – И наставительно добавила: – Приходить надо вовремя.
Девушка глянула на учительницу, хмыкнула:
– Ну да. Опоздать на пять минут гораздо страшнее, чем на целые сутки.