«Благодарите себя за цельность, сохраненную в окружающем вас невероятном хаосе. Благодарите себя за храбрость, с которой вы делаете гораздо больше, чем могли себе представить.»
– Слет ботанов по другому адресу, уважаемый! – заявила Лера.
– Это Лексус! – одними губами прошептала мне Зоя. А я кивнула. Алексея я прекрасно помнила. Это был тот самый молодой человек, которого я изначально приняла за Назара.
– Здесь незаконно удерживают несовершеннолетнего ребенка, – услышали мы невозмутимый мужской голос, – а это, на минуточку, уголовно наказуемое действие.
– Серьезно? Это тебе в кружке задротов нашептали? – фыркнула Лера. – Никого мы не удерживаем.
– Девушка, отойдите с дороги! – нетерпеливо заявил Алексей.
– А харя не треснет? – хохотнула Лера. – Вторжение в частную собственность тоже, знаете ли, может под статью подвести.
– Лера! Пусти его, – вздохнула Зой из своего укрытия. – Это друг моего дяди, Лексус. То есть, Алексей Усов.
– Да мне глубоко фиолетово, хоть Лексус, хоть Фольксваген! Моя квартира, кого хочу, того и впускаю!
На первый взгляд секретарь — должность совсем невысокая, но это смотря кто твой начальник.
Я ничего не придумываю, просто формулирую то, что думают многие, но не знают, что так думают.
дом не там, где мы родились, а там, где прекратились наши попытки к бегству…
Кошачесть - это образ жизни.
Жизнь оказалась долгой. Дольше, чем я думал.
Забыть... иногда это невозможно.
She’d once read that David Attenborough had been asked what was the most incredible animal he’d ever seen, and he’d replied: A two-year-old child.
Перефразируя Толстого (пардон), все аккуратные дома похожи друг на друга, каждый неряшливый дом неряшлив по-своему.
История - это память, а память - это время, эмоции и песня. История - это то, что навсегда остаётся с тобой.
Тебе делают больно, ты делаешь больно в ответ
"Синдром выгорания наступил, раз нет радости от помощи больному."
Я много думаю о людях, которые прошли войну и Великий страх, которые не увидели перемен, возможно, на них и не надеялись. Но сохранили для нас пусть усечённое и неполное, но всё же знание. Справедливо сказано: «Лучше зажечь одну свечу, чем проклинать темноту». И они словно бы непрерывно зажигали спички во мраке. Спички ломались, гасли, часто обжигали пальцы. А мы начинали кое-что различать во тьме. И становились чуть более зрячими. Разве этого мало?
Умереть никогда не поздно, можно опоздать только жить.
Она также выражает озабоченность, что люди в Финляндии постепенно приходят к виртуальному образу жизни, не подразумевающему общения с природой в достаточной мере.
«Все становится виртуальным, от технологий до городов, этот образ жизни, кажется, уводит нас в сторону от многих полезных для здоровья вещей, – жалуется Тюрвайнен. – Люди ведут себя как машины. Но мы не машины, а кроме того мы болеем. Когда вы потеряете свое здоровье, что у вас останется?», – спрашивает она. – Один из развивающихся туристических трендов – это цифровой детокс. Я сама замечаю, что когда с головой погружаюсь в работу, начинаю проверять электронную почту в свое свободное время, хоть и знаю, что это не улучшит качество моей работы в долгосрочной перспективе. Почему же я это делаю? Чувства и мозг должны отдыхать, восстанавливаться и перезаряжаться», – говорит она.
Цифровой детокс не должен превращаться в бегство. Уйти в оффлайн в нашем онлайновом мире очень просто: достаточно перевести гаджет в режим «Без звука» или «Не беспокоить» и пойти прогуляться в лес или городской парк.
Женщины вроде доньи Аны и доньи Эли представляют угрозу для католической церкви. Через магию, суеверия и своих ньятитас они способствуют прямой, непосредственной связи с потусторонними силами, и посредники мужского пола здесь не требуются. Это напоминает мне о Санта Муэрте, мексиканской святой, покровительнице смерти, которая – какой ужас! – женщина. У нее в руках коса, а длинная мантия, укутывающая ее скелет, раскрашена яркими красками.
Я все больше думаю об этом. Он попросил эти вещи не для забавы. Но тогда зачем ? – Пейна сердито ударил себя кулаком по ноге. – И вот я посылаю двоих юношей на опасное дело, и сердце говорит мне, что так и надо, но я все еще не знаю – ЗАЧЕМ?
Может, кому-то и неизвестно, а вот он отлично знает, насколько больнее, чем вражеские мечи, бьют по сердцам и душам людей как раз недоверие и насмешки близких.
Условия обговорили. Король вернётся. Англичане приготовились ликовать, как будто и не отрубали голову его отцу.
В браке нельзя отступать ни на дюйм. Это война. Нескончаемый поединок, бессмысленный и беспощадный. У меня тоже есть список оплошностей, на которые я непрестанно ссылаюсь. Однажды Эллен пекла пирог с мясом и почками, и он у нее подгорел, самую капельку, лет пятнадцать назад, но этот случай я припоминаю ей до сих пор. Когда надо выстрелить на поражение.
Лучше перевернуть страницу и начать все с чистого листа, чем снова и снова перечитывать старые записи.
Шери: Это было его заветным желанием – нормально общаться с другими. Он осознавал это. У него было непреодолимое желание иметь товарища, который был бы более пассивным в общении.
Значит, другим можно тебя спасать, лишь бы тебе самому не пришлось?
И ведь они оба подходят — она ему, а он ей, еще как впору!.. Всё-всё-всё, даже по летам. Ему сорок — ей тридцать…