Когда-то я читал книгу под названием "Почему кошки мурлыкают и другие кошачьи тайны". Оказывается, никто точно не знает, почему же кошки мурлыкают. Удивительно, как же много взрослые не знают.
a slave will use any tool to escape their slavery, even those of their masters.
Слушать рассказы о незнакомых местах было моей болезненной страстью.
Лет десять назад я мог вцепиться в первого встречного и требовать отчета о его родном городе. Избытка людей, готовых добровольно выслушивать чужие речи, в те времена не наблюдалось — поэтому всякий, кто попадался мне под руку, вел свой рассказ прилежно и старательно. Бывало даже, что совершенно незнакомые мне люди где-то узнавали о таком чудаке и специально приходили что-нибудь рассказать.
Словно бросая камушки в пересохший колодец, они повествовали мне о самых разных вещах — и уходили, одинаково удовлетворенные. Одни говорили с умиротворением, другие — с раздражением. Одни строго по сути вопроса, а другие всю дорогу не пойми о чем. Бывали скучные рассказы, бывали грустные, слезливые — а иной раз случались дурацкие розыгрыши. Однако я всех выслушивал серьезно, как только мог.
Скоро начнется зима. Говорят, здесь она столь холодна, что слова замерзают в воздухе и падают в снег…
Витька перевел его пояснения убасу, втайне сожалея, что с ними не поедет блистательная мэтресса Морриган. Оно-то, конечно, правильно – ничего хорошего из такой затеи не вышло бы, но все равно жаль.
Судя по физиономии Кетменя, ему тоже было невероятно жаль, но он тоже понимал, что помещать в группу невоспитанных мужчин красотку, которая с легкостью отрывает хвосты крокодилам, – идея убыточная и опасная. Считай потом по дороге оторванные запчасти…
Попались мне как-то на глаза ножницы, и вдруг пришло в голову: ведь их кто-то делал. Взрослые люди занимались этими ножницами, старались, чтобы вышло получше, но когда-нибудь эти ножницы непременно сломаются. И так случается со всеми предметами, имеющими форму. И с людьми тоже. В конце концов все они умирают. Все в этом мире движется прямиком к своей гибели, и назад пути нет. Иначе говоря, гибель – космический закон. Вот такой вывод возник у меня в голове, и с тех пор я по жизни пессимист.
Как бы нам хотелось поспорить с Сентябрь и рассказать ей, что в ожидании есть свое удовольствие! Что благоразумные люди умеют ждать без мучительных колик в животе, постукивания ногой и уговаривания солнца побыстрее взойти или зайти. Что умному никогда не скучно, а кому скучно, тот не умен. Но, хотя я хитра, коварна и жестока, лгать я не стану.
Хороший процесс не может не родить результат
Храп лорда раздражает меньше, чем храп каменщика.
У него дурной вкус, кажется мне иногда. Но оттого, что он мужчина, он умеет свой дурной вкус нести так, как будто вкус его хороший.
Сила есть в каждом, вот только привыкли люди, что камни нам ее дарят, оттого и не чувствуют ничего внутри.
Видите, как у меня глаза вылезают из орбит? Но знаете, что меня больше всего поразило? Что этот болван пытался сделать доброе дело! Я включил на максимум истребительные лучи, но его было не остановить. Он действовал из лучших побуждений.
Если мужчина не ценит свою жену до свадьбы, разве он будет обожать её после? Если он смотрит на свою жену только как на курицу, которая бесконечно несёт яйца, ил как на буйвола, который может вынести на своих плечах любой груз, будет ли он ценить её выше этих животных? Он может даже ценить её ниже, потому что она не такая смелая, сильная, терпеливая и не способна поедать собственные отбросы, как они.
Человек - животное весьма замысловатое. Он от облаков сзывает птицу, из глубины таскает рыбу, из пропастей берет металлы и из пустыни выманивает зверя, следовательно, всевозможное ему возможно. Того ради удивляться ему не должно, что и из нечаянного выходит доброе, отцу и матери милое, обществу полезное и свету надобное.
Я потеряла веру в людей, но кое-что у меня осталось. Вера в себя и в то, что я лучше тех, кто остался у меня за спиной.
— Марго, ну не расстраивайся ты так. Все не так уж плохо.
— Это у тебя все не так плохо. Ты с любимым мужчиной в уединенной обстановке, а я с твоим дебильным братцем в замкнутом пространстве.
— Марго, он тоже не так уж плох…
В этот момент из-за дверей библиотеки послышался устрашающий кошачий рык. Это Хорсов спорил с отцом.
Посмотрев на подругу, которая поморщилась, я прокомментировала:
— О да-а-а-а, он просто душка. Ни в сказке сказать, ни пером описать.
Итак, меня поставили перед фактом. Ближайшие две недели мы с Хорсовым обречены жить вместе. Говорят, жизнь как зебра. Черная полоса, белая, черная, белая, а потом хвост и полная…
Это не долго и счастливо. Это намного больше.
Того, что мало знаешь, для тебя не существует. Как и того, что знаешь слишком хорошо.
Наверное, это самое ужасное, что может случиться с человеком – остаться одному во всём мире. И не важно кто ты… Шейх или простолюдин. Ведь что такое власть и богатства, когда ты одинок?
-Ну в общем, я сильно разозлилась.
Уилл схватился за голову руками.
-И что, трупы пришлось укладывать в штабеля? Кого-нибудь из порядочных людей тоже зацепило?
...сострадание - неотъемлемое качество того, кто находится у власти.
Искренность – признак честного человека!
Между тем, что вполне закономерно, в среде этих самых моллюсков всё яростней разгорались споры насчёт того, а что, собственно, делать с людьми. Причём большинство стоящих у власти дружно решили, что оно “само рассосётся”. Но нашлись и те, кто захотел на этом фоне продавить свои интересы… А дальше классика: одни кричат, что инопланетяне враги и наверняка замышляют чего-то там, другие голосят, что они чуть ли не посланцы светлого будущего во плоти. И для правильного эффекта главное — подогреть страсти с той и другой стороны до кипения, чтобы потом вылететь наверх на одной из волн.
Народная мудрость гласит: семь раз волнуйся, один — паникуй.
- И она превратилась в идеальную женщину, – прошептала Рейн.
Зак сложил руки за головой.
– Такой она и была, пока не попыталась меня отравить. Просто удивительно, как подобная мелочь может разрушить идеальные отношения.
– Поистине некоторым мужчинам не угодишь.
Уголки ее губ дрогнули, и сковывавшее Зака напряжение немного отпустило.
– Наверное, я слишком разборчивый.