Наблюдайте за жизнью животных и насекомых, это полезно. Я смотрю, как усердно и любочестно трудятся муравьи, не имея руководителя. Ни в одном человеке нет такой тактичности, какая есть в муравьях. Молодые муравьи тащат в муравейник мелкие палочки и много других бесполезных вещей, потому что ещё не знают, что нужно, а что нет. Взрослые муравьи им не препятствуют, но потом сами выносят всё это из муравейника. Со временем молодые начинают смотреть, что в муравейник несут взрослые муравьи, и учатся. Если бы мы были на их месте, то говорили бы так: "Эй, ты, иди сюда, что это такое ты тащишь? Ну-ка выбрось живо!"
Бог сотворил животных, чтобы они служили человеку, но и чтобы человек брал с них пример. Человек, если он действительно человек, из всего извлекает пользу.
женщины во власти нежных чувств подчас творят большие глупости.
Различные писатели пробовали объяснить движение в народ влиянием извне. Влияние эмигрантов — любимое объяснение всех полиций всего мира.
Прав был Бердяев, говоря, что дух Христов в «Легенде о Великом инквизиторе» схож с духом Заратустры. Что такое Великий инквизитор? Тот, кто сделал людей счастливыми. Лишил свободы во имя счастья. А Христос дорожит человеческой свободой больше счастья. Высшее достоинство земного существа требует права на свободу, то есть на страдание. Человек — трагическое существо, распластавшееся между двумя мирами. И для трагического существа, заключающего в себе бесконечность, окончательное устроение, покой и счастье возможны лишь путем отречения человека от свободы (а это другое имя для образа Божьего в нас). Избежать зла и страдания можно только ценой отрицания свободы. Свобода и есть страдание.
Итак, страдание. Подпольный парадоксалист Достоевского утверждал, что страдание — единственная причина сознания. Но то же можно найти и у Пушкина: «Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать». Здесь каждое слово — экзистенциал: Я, жизнь, воление, мысль и страдание. Мышление и страдание — не два отдельных состояния. Страдание — не до мысли, а вместе с ней. Страдание может существовать только как непосредственное сознание самого себя.Лекция 10. Достоевский, Арто и русское юродство.
- Мадам, между прочим, вы меня лягнули! - произнёс генерал, скривившись.
- Считайте, что это был мой неистовый экстаз! - огрызнулась мачеха, собирая волосы в причёску и поправляя её перед зеркалом. - Ваши неистовые ласки привели к неистовому экстазу! Как видите, я уже завелась!
Есть дети, которые пьют водку и глотают запрещенные препараты. Или заводят романы с сомнительными типами. Или переедают. Получить внимание даже такой ценой лучше, чем быть никому ненужным сиротой в приюте или загреметь в забытую Богом психлечебницу к беспризорникам.
Я знаю, папа, наверное, меня любил – он об этом всем говорил, тете Эйлин, тете Марии, дяде Джо – только мне так и не сказал. Жаль, что я этого так и не услышала.
Люди не становятся лучше – только умнее. Они не перестают отрывать мухам крылышки, а лишь только придумывают себе гораздо более убедительные оправдания.
Вешать на рекламную доску свои добрые дела - пошло. Делать такие вещи надо тихо, с достоинством. Доброта - это больше, чем подписывать чеки на публике.
На кухне хозяйничала миссис У‘Бью – очень толстая, очень шумная и очень опасная – опаснее любого призрака.
А я - не дурак. Нет. А ты - дура. Да. Отлично. В таких вопросах важна ясность.
Когда ты ставишь себе цель не дружить со страхом, когда всегда готов верить в лучшее, то тогда с тобой происходят чудеса.
Взгляд у него был как у новорожденного младенца. Многие мужчины первый миг после пробуждения смотрят на мир вот с таким младенческим удивлением.
- Или вот, в Америке около тысячи женщин беременны от инопланетян. У нас тоже таких полно, но их КГБ где-то прячет.
Одиночество легче, когда не любишь.
Моя комната - это диван, кресло и тысяч пять книг.
“Show’s over,” he said brusquely. “Nothing to see here.” And there it was, something in the words as he spoke them, some echo of the elusive feeling he’d been carrying around all day-which now slid out from the shadows and took on recognizable form. Bored, he realized with a slight shock. Dragonbane - you are bored.
Самоубийство – это был просто очередной радикальный план, чтобы исправить жизнь.
Они были чудовищами, но иногда даже чудовищ можно оправдать.
С помощью хакеров можно воровать, а с помощью адвокатов - легализовать кражу... <...> Сейчас тот, кто имеет средства на хорошую защиту, может присваивать все, что угодно.
Счастливое завтра не только от нас зависит. Ты можешь убиваться из всех сил, строя ячейку общества, ты можешь по десять раз на дню показывать свою заботу... Но, если ты для того товарища – только средство, удобная ширма или красная дорожка к трамплину. Кому такого счастья отсыпать? Хаты с краю горят первыми.
Ну разве может быть что-нибудь интересное без людей?
Я готов встретиться с Творцом... Вопрос в том, готов ли Он к такому испытанию, как встреча со мной?
Когда мы принимаем от любви теплые объятиях, то должны понимать, что придет время, когда нам придется их отдавать.
Наука подобна дереву: по мере роста она обзаводится все новыми и новыми ветвями. Ученый прошлого мог охватить разумом ствол, но никто из нас, ныне живущих, не в состоянии объять умом все ветви. Мы можем лишь пожинать плоды.