Мозгоправы знают, как ранить людей, знают лучше других, от них куда больше толку, чем от пыток. Слова имеют такую власть, а в мозгах у людей столько всяких извращений, и все это только и ждет, как бы вырваться наружу и расцвести пышным цветом.
Никогда не забывай о том, что мы платим за каждый свой поступок, мысль и чувство.
В одном изречении из Библии об этом сказано.
Что посеешь, то и пожнешь.
Люди бывают наказаны не за свои деяния, а своими деяниями.
Не запирай птицу в клетке. Иначе как она станет петь?
Безумен тот, кто, не умея управлять собой, хочет управлять другими.
Беда Бурина в том, что главную ставку в жизни он делал на немцев. Он и дружбу с ними водил и благодеяния из их рук получал, и, что главное, преданно любил и уважал все курляндское, голштинское, прусское, одним словом — не отеческое. Тут и уважение к образу жизни, и к одежде, и к чистоте, и к умеренному пьянству — сам он не любил и боялся пьяниц. Эта любовь к иноземщине не им придумана. На всю жизнь поразила царя Петра немецкая слобода. Уж как ему хотелось, чтобы и в России улицы были чисты и шпалерные розы цвели в палисадах. Но если людей кнутом с утра до вечера полосовать, подгоняя их к своему счастию, розы в палисадах не вырастут. И еще помнить надо, что половина нашего отечества занята вечной мерзлотой, на полгода вся страна засыпана снегом, а за ним — то весенняя распутица, то осенние хляби.
С приходом к власти Елизаветы настала мода всех немцев ненавидеть. Это наша российская особенность — шарахаться из одной крайности в другую. То учились у немцев, набирались европейской премудрости, и много достойных людей с нерусскими именами составили славу России, а то вдруг стали сажать их в крепость, устраивать мнимые казни, а потом расселять по необозримым просторам Сибири. И каждый раз — та государыня, которая сейчас правит, во всем права, а все прочие до нее суть ошибка, обман. Забыть, выбелить при Елизавете Петровне, государыне мягкой и неглупой, все связанное с правлением Анны Леопольдовны старались не только из книг и календарей, но и из памяти народной.
Какое же возможно остроумие без капельки яда? Умному слову нужна колючка злости, чтобы зацепиться.
Вода смывает все земное с пути нашего
Трудиться-то зачем? И у него не будет ответа, кроме этой замкнутой цепи: живем для работы, а работаем для жизни... Нет. Труд не может быть смыслом жизни уже хотя бы потому, что у него тоже есть цель. Он сам для чего-то...
Человек остается человеком до тех пор, пока он мыслит по-человечески, пока он сам считает себя человеком, пока ему понятны мысли и действия других людей, пока им понятно, что он делает.
Всегда нужно давать человеку второй шанс.
Рыба не сможет объяснить, почему плывет в воде. Но ведь все зависит от того, кто слушает: рыбак, водоросли или другие рыбы
Андрэ ненавидел границы. В самой процедуре их прохождения он находил что-то унизительное для достоинства человека. Всякий раз все в нем бунтовало, когда тип в канцелярском мундире тщательно, через лупу, рассматривал его как потенциально опасную мандавошку, несущую на кончиках лапок микрограммы недозволенного вещества, способного опрокинуть в бездну их процветающее государство.
— Ты всегда такой циник?
— Я реалист, — поправил он. — Цинизм — это когда ты разочарован в людях. А я в них изначально не верил. Гораздо здоровее для нервной системы.
Сделать подлость с тем, чтобы при помощи ее превознестись - полезно; но сделать подлость для того, чтобы прослыть _только_ подлецом - просто обидно. Но каким тонким чутьем нужно обладать, чтобы, совершая полезные подлости, не обременять себя совершением подлостей глупых и ненужных!
— Итак, Луиза, — он усмехнулся, явно наслаждаясь ее раздражением, — побеседуем о погоде?
Блондинка фыркнула:
— Не вижу смысла, она от этого не изменится!
Люди, которые на работе в делах по уши, и люди, которые только что поженились, влюблены и счастливы — две оооочень большие разницы!
Я справляюсь с постоянной болью (а она действительно не проходит ни на минуту) благодаря силе характера. И еще с помощью опиума в форме лауданума.
У человека всегда должна оставаться надежда на лучшее.
Война несёт с собой террор и на террор опирается. Война сама по себе есть террор.
Несчастный Артур готов провалиться сквозь землю, но земля почему-то твёрдая...
— Ты знаешь, я собственными глазами видел, как ты влюбился в нее по-настоящему.
— И как?
— Ты привел ее сюда, к нашим печам, и часа три подряд рассказывал: «Порох есть телесная и землистая вещь, составленная из мощи четырех первоэлементов. Когда в некоторую часть этой чрезвычайно сухой субстанции посредством серы вводится пламя, это производит умножение воздуха и огня. Правда ведь интересно, Лаура?» А она отвечала: «Правда! Объясняй дальше». И смотрела на тебя вот таким же неосмысленно счастливым взглядом, какой у тебя сейчас
Мужчины нуждаются в доверии, женщины - в заботе.
Я еще прежде поняла, что роскошь — не просто гора красивых вещей, это другая атмосфера. И пропитанная богатством атмосфера повлияла на мое настроение: погрузила меня в томную расслабленность, а безысходную тоску в душе заменила легким флером грусти.
Возможно, со временем эффект сглаживается. Возможно, этого не замечаешь, если видишь роскошь с пеленок. И все же, по-моему, атмосфера богатства притупляет остроту переживаний. Не только грустных, но и радостных.
- Эх, Солнышкин, если захотеть, если только захотеть, то все пароходства на земле ещё услышат: Магеллан, Лаперуз, Солнышкин. Как это звучит!
Люди верят тому, во что хотят верить, либо потому, что хотят, чтобы это было правдой, либо потому, что боятся, что это правда.