"Я имею значение". Я имею значение при любых обстоятельствах. Никаких "если только". Никаких "до тех пор, пока". Я имею значение всегда. Точка.
Как мудро выразилась Катрин, истинные чувства становятся опасным оружием в руках врагов.
Иногда людям важнее не чтобы верили в них, а верить самим.
Ожидание - сущий кошмар.
Однак, як не парадоксально, саме усвідомлення наших меж може стати визвольним. Власне, повністю їх прийнявши, ми зможемо розцвісти, розкрити свою креативність і навіть взятися за здійснення великих справ. А оскільки смерть є найбільш суттєвою і неминучою межею... наше життя направду починається в день, коли ми усвідомлюємо, що настане час, коли ми помремо, і повністю його приймаємо. с.280
Гари следовал примеру одного моего знакомого писателя, однажды совершенно серьезно сказавшего мне: “Я начинаю все свои романы с пятидесяти скучных страниц. Чтобы отвадить дураков”.
Можем ли мы наслаждаться произведениями литературы или искусства, создатель которых виновен в сексуальной эксплуатации детей? На мой взгляд, можем, но осведомлённость о подоплёке этих произведений отразится на нашем восприятии и сделает его более сложным. Единожды узнав правду, мы уже не сможем от неё отвернуться. И мы не должны её забывать. Это факт - и это часть нашего багажа знаний.
Настасья поймала себя на мысли, что при других обстоятельствах и в другом месте она бы не сочла возвращения молока чудом. Но в Маране она отнеслась к этому как к чему-то само собой разумеющемуся. "Наверное, так должно было быть, потому что так и было задумано", - повторила она про себя любимую присказку стариков и улыбнулась. Чем проще слова, тем значительней их смысл.
«Ты опять умыкаешь мою невесту, — кинул ему вдогонку Даниэль. — Я должен быть в гневе!
— И ты в гневе? — проворчал старший.
— Я голоден, — вздохнул младший Даррелл и взъерошил темные волосы.»
- Мы оба налажали. Нам надо оставить это в прошлом, потому что, когда злишься, злость заслоняет собою всё.
Он был её вселенной, встающим по утрам солнцем и луной в ночном небе.
Наступила самая сложная часть. Ведьмой и гарпией быть легче. Быть человеком опасно.
Бывает ли вообще семнадцать лет?
Такого возраста в природе нет.
Его придумали для седовласых старцев,
Чтоб утешались, в зеркало смотря,
И вспоминали, как вились густые кудри,
И воскрешали то былое-призрак:
«И нам, и нам когда-то было
Семнадцать…»
Я вдруг подумал: а каково это – быть взрослым? Может, ты всегда ощущаешь на себе груз, чувствуешь, как заботы давят на тебя, словно ноша, которую нельзя стряхнуть? Тогда не удивительно, что Питер может летать. У него нет забот, которые прижимали бы его к земле.
Люди любят находиться рядом с чужим горем и чужой трагедией,но до определенных пределов.
- Странностей не замечаешь, Заступа-батюшка? - Фёдор поводил острым носом, словно принюхиваясь.
- Вроде нет, - признался Рух. - Люди пропали, кругом шастают ожившие мертвяки, кто-то раскапывает могилы. А так нет, никаких странностей, расстройство одно.
– А вы думали, алчность и злоба написаны у человека на лице?
Казалось бы, баба сама просила о разводе, баба получила развод, баба должна облегченно вздохнуть и начать жить и радоваться. Но тогда бы это была не баба, а мужик.
«Если не можешь сделать что-то незаметно, создай вокруг себя неразбериху».
В проклятых проволочных очках чувствуешь себя так, словно смотришь сквозь черные шелковые женские панталоны, только при этом тебе далеко не так весело.
У каждого есть внутренний компас, он указывает туда, где наше место. Не важно, хорошее или плохое: тут ничего не изменишь. Настоящие друзья – те, у кого компасы указывают в одном направлении.
Завидовали мы не лакированным туфлям или накрахмаленной манишке, а тому, кто был даровитее: «Он так играет на скрипке!» или «У него такая техника!» Вот что ценилось.
Глупо верить в то, чего нет, если каждый из нас может стать Богом...
Когда у человека с похмелья побаливает голова, нетактично встречать его сообщением о том, будто теперь даже бывший птицелов способен разрешить проблему ДНК.
К тому же, Гордон единственный, кто может мне поверить, а еще у него есть полицейский жетон