Собственной смерти мы боимся не так сильно, как смерти наших близких. Чтобы не понести такую утрату, чего только не придумываем.
Исследователи головного мозга могут сегодня доказать, что на мозговую деятельность интроверты расходуют больше энергии, чем экстраверты. И для подзарядки им нужно сравнительно больше энергии – причем постоянно, а не только при больших умственных нагрузках. Этот высокий расход энергии объясняется процессами, происходящими в коре головного мозга, отвечающей за принятие решений, память и высшую мыслительную деятельность. Интро нуждаются в большем количестве энергии для обработки впечатлений и опустошают запас энергии быстрее, чем Экстра, которые даже в процессе расхода ресурсов могут их восполнять. Таким образом, интроверту приходится экономно расходовать свои внутренние силы.
Когда мне страшно, я точно знаю, что я жива. Только живые чувствуют страх.
Обыкновенно думают, что вор, убийца, шпион, проститутка, признавая свою профессию дурною, должны стыдиться ее. Происходит же совершенно обратное. Люди, судьбою и своими грехами-ошибками поставленные в известное положение, как бы оно ни было неправильно, составляют себе такой взгляд на жизнь вообще, при котором их положение представляется им хорошим и уважительным. Для поддержания же такого взгляда люди инстинктивно держатся того круга людей, в котором признается составленное ими о жизни и о своем в ней месте понятие. Нас это удивляет, когда дело касается воров, хвастающихся своею ловкостью, проституток - своим развратом, убийц - своей жестокостью. Но удивляет это нас только потому, что кружок-атмосфера этих людей ограничена и, главное, что мы находимся вне ее. Но разве не то же явление происходит среди богачей, хвастающихся своим богатством, то есть грабительством, военноначальников, хвастающихся своими победами, то есть убийством, властителей, хвастающихся своим могуществом, то есть насильничеством? Мы не видим в этих людях извращения понятия о жизни, о добре и зле для оправдания своего положения только потому, что круг людей с такими извращенными понятиями больше и мы сами принадлежим к нему.
Когда ранним утром в аэропорту российскому полицейскому в руки попадают чертежи летательного аппарата, в его недремлющем мозгу, естественно, зарождаются тревожные подозрения. Кто этот пассажир - шпион? Террорист? И почему он разглядывает подозрительные чертежи именно тут, в московском международном аэропорту?
...вещи, созданные писателями, в значительной степени автобиографичны.
У каждого должен быть выбор, с кем делиться своими тайнами и делиться ли вообще...
- Я думал, только парни что-то такое ощущают.
- Такое - это какое?
- Что мы должны проявить себя, чтобы все увидели в нас мужчин, а не просто мальчишек.
- А с чего бы девушке воспринимать это иначе?
Не кажется ли вам, что ее деятельность направлена не на то, чтобы превратить свою дочь в капельку бриллианта, придав ей тем самым истинную ценность, а на то, чтобы, поименовав ее бриллиантом, вставить в собственную корону?
Любовь – это волна, которая существует только для того берега, о который она бьется.
Если подумаешь, что сегодня утром ты мог умереть, то все проблемы становятся как-то не очень серьёзными.
Каждое испытание отводит одну беду.
Теперь же он снова погрузился в книжный, выдуманный мир, с удивлением открывая, что он-то на самом деле - настоящий, что законы, действующие в этом мире, не только приложимы к жизни, но и более того: они-то и есть самые верные, неотменимые жизненные законы.
Маловероятно, что человечество вообще сможет когда-либо избавиться от Искусственных Раев. Большинство людей ведёт жизнь, в своём худшем виде настолько мучительную, а в лучшем - настолько монотонную, бедную и ограниченную, что позыв бежать её, стремление превзойти себя хотя бы на несколько мгновений есть один из основных аппетитов души и всегда им было.
- Вас интересует, как люди душу отводят?
- Значит, все-таки отводят?
Я не ошибся насчет искорки - драгоценной смешливой искорки в глазах.
- Да как вам сказать, сэр, - отвечал он. - Кое-когда случаются
убийства, а нет, так книжку про убийство можно прочитать. Ну а бейсбол -
"Уорлд Сириз"! Пожалуйста, спорьте с пеной у рта, какая команда сильнее,
"Янки" или "Пираты". Но есть еще кое-что получше бейсбола: русские.
- Тут страсти разгораются?
- Еще бы! Дня не проходит, чтобы на них всех собак не вешали.
Не знаю почему, он стал держаться свободнее, даже позволил себе легкий
смешок, который можно было выдать за откашливание, если бы на моем лице
выразилось недовольство.
Я спросил:
- А тут у вас кто-нибудь когда-нибудь знал русских?
Теперь он окончательно растаял и засмеялся.
- Да нет, конечно. Поэтому они так и пригождаются на все случаи жизни.
Ругайте русских сколько влезет, никто вас за это не осудит.
- Не потому ли, что мы с ними не делаем никакого бизнеса?
Он взял с прилавка нож для сыра, осторожно провел по лезвию большим
пальцем и положил его на место.
- Может, вы и правы. Черт возьми! Может, в самом деле так? Потому что
мы не делаем с ними бизнеса!
- Значит, вы думаете, что мы пользуемся русскими по мере надобности,
когда нет других отдушин?
- Я, сэр, ничего такого не думал, но теперь буду, конечно, думать. А
помните, было время, когда вс? валили на мистера Рузвельта? Мой сосед Энди
Ларсен просто на стену лез - такой-сякой Рузвельт! - когда у него куры
заболели крупом. Да, сэр! - Он оживлялся все больше и больше. - Этим русским
нелегко приходится. Поссорился человек с женой и опять же клянет русских.
- Может быть, русские всем нужны? Даже в самой России. Только там их
называют американцами!
Ложь и молчание — два тяжких греха, которые особенно буйно разрослись в современном человеческом обществе. Мы действительно много лжем — или молчим.
Но с другой стороны, если бы мы круглый год говорили — причем, только правду и ничего кроме правды — то как знать, может, правда и потеряла бы всю свою ценность...
Стреляй редко, да метко, штыком коли крепко. Пуля обмишулится, а штык не обмишулится. Пуля — дура, а штык — молодец!..
...Береги пулю в дуле! Трое наскочат — первого заколи, второго застрели, третьему штыком карачун[
У женщин целая таблица сластей и огорчений. Одна конфета соответствует лёгкой грусти от дождя в субботу. Новый кавалер лучшей подруги тянет на пирожок, хоть это и радость, формально. Потом идут пончики, крендели и рулеты. На вершине – торт «Наполеон». Крайнее средство, мощный препарат с тяжёлыми побочными эффектами. Применяется, если из мужа-рыбака выпала записка «Люблю, скучаю. Света». Даже сама Света, притворившаяся щукой, не покажется вам конём апокалипсиса, если вовремя принять Наполеон.
Вот как, оказывается, становятся друзьями – взаперти.
Все приходит с опытом. Если ничего не делать, то и не получится вообще ничего.
Вырисовывается очень странное и сложное существо. Представить — нет значительнее; на деле — совершенный нуль. Она переполняет поэзию и полностью вычеркнута из истории. В ее руках жизнь королей и завоевателей — но это в литературе; фактически же она — рабыня мальчика с той минуты, как его родные наденут ей обручальное кольцо. Вдохновеннейшие слова, глубочайшие мысли слетают с ее уст; в реальной жизни она едва ли читала и писала, являясь мужниной законной собственностью.
...поверьте: дети – эта такая внезапная вещь! – Янор негромко рассмеялся. – Вроде бы только что жил в свое удовольствие, как вдруг раз – и ты уже отец семейства. Но куда ужаснее, когда в один миг всего этого лишаешься…
Разве можно найти покой в вечном проклятии?
– Утыррка помнит мудрость земли? – Да, – кратко ответила я, храня этот маленький секрет лесных. Мне улыбнулись Рхарге и остальные орки моего племени. Они поняли, о чем речь. Мое племя! Да, это гордость, каюсь.
Я пью редко и мало. Настоящие леди не пьют — так говорит Женя. Я леди. Или я уже не леди?