Тираны живут в страхе.
Как же быстро люди привыкают к хорошему.
Люди, чувствуя, что ты получил рану, бессознательно все время задевают ее, тревожат, посыпают солью.
Знаешь, в чем основная проблема нас, взрослых? Мы разучаемся верить в чудеса!
Все трудно лишь настолько, насколько это воспринимает разум.
Кофе и скоропостижная смерть сочетаются идеально.
Шелк упрям, говорил Исидор, батист недоверчив. Шерсть строга, фланель ленива.
Контроль есть основа всякого управления.
Взявший на себя бремя власти, должен уподобиться пауку – везде иметь глаза и руки, оставаясь в тени.
Если вы не видите меня, это вовсе не означает, что я не вижу вас.
«…паранойя – это не тот зонт, который так легко сложить и убрать в сторону…»
Каждый рисует этот мир по-своему. На планете не только 7,5 миллиардов человек. На нашей планете 7,5 миров. Для кого-то реальность вокруг – отличное место для развлечений. Для другого это прекрасная планета, по которой можно путешествовать и любоваться ее красотами. Кто-то воспринимает мир как одну большую каторгу, на которой нужно потом и кровью зарабатывать себе на кусок хлеба. Для каждого из нас мир является таким, каким мы его видим.
И как же вы хотите, чтобы холодным языком ума и слова пересказал я вам свои чувства? Зажгите слова мои огнем, и тогда я выжгу в душе другого чувства мои такими буквами, что он поймет их...
- Одиночество земли - особое одиночество, - сказал он.
- А отчего она одинока?
- Оттого, что абсолютно свободна, черт подери.
Проще умереть, чем жить. Жизнь требует силы, борьбы, воли.
-Мы ищем двух человек. <...>
-Двух?-с иронией переспросила она.-Обычно люди всю жизнь ищут только одного-единственного человека. И то не всегда находят.
Как нарисовать ожидание? Бесконечная пряма линия, которая не упирается ни во что? От листа, на которым ты начал её чертить, остается лишь воспоминание. Белое и квадратное. А мог быть рисунок. Кошка или собака. Или ребенок и дом. Но ты начал чертить линию. Теперь тебе уже не остановиться.
Мысль, которая не позволяет всем нам — червям, рыбам и людям — слишком возгордиться: большая часть истории жизни была историей одноклеточных организмов. Почти все, о чем мы говорили до сих пор: животные с конечностями, головами, органами чувств или хотя бы с каким-то планом строения тела, — существовало на Земле лишь на последнем, меньшем промежутке истории ее существования. Мы, палеонтологи-преподаватели, чтобы показать, как невелик этот промежуток, нередко используем аналогию между всей историей Земли и одним календарным годом. Представим себе, что все 4,5 миллиарда лет существования Земли — это единственный год, где 1 января возникла наша планета, а полночь 31 декабря — настоящее время. Жизнь появилась на Земле где-то зимой или в самом начале весны, но вплоть до осени единственными живыми организмами были одноклеточные микробы, такие как бактерии, водоросли и амебы. Животные возникли, по-видимому, только в ноябре, а люди — вечером 31 декабря. Как и все остальные животные и растения, населяющие Землю, мы довольно поздно явились на этот праздник жизни.
... у здравого смысла есть два конца: один нужный, а другой ненужный. И только за один можно хвататься смело, зная, что он выдержит, — это и есть нужный. Его сразу узнаешь, потому что он не обманывает, этот нужный конец, и, что бы вы ни делали, что бы ни говорили, он все выдерживает.
Ничего нет хорошего, когда приходится кого-то ненавидеть.
Разработка софта, как профессиональный спорт, просто созданы для того, чтобы заставлять тридцатилетних мужчин чувствовать себя дряхлыми старцами.
Ну давай теперь, доставай своего скворца из скворечника! Неси сюда стенобитное орудие позапрошлого века! Выпусти пленника из темницы по амнистии! – требовала бабушка. – Давай, выгуляй констриктора!
Запомни, воин: нет ээ, страшнее тех, что встретить ты можешь в собственном сердце – духов страха, страсти и слабости. Победив их, ты победишь любого
Реальность - это то, во что ты веришь, а не то, во что ты хочешь верить
«Массовый голод — это тихие смерти: сидел и незаметно уснул, шел — остановился, присел...
Многие наблюдали, запомнили запомнили жуткую «тихость» голодных смертей.»
- Нет-нет, - сказал Робертсон, увидев у него в руках пачку сигарет. - В моём доме курить запрещается. Курение вредит здоровью, - и он одним глотком выпил полбутылки.
Нет сильнее уз для преданности, чем узы крови.