Если возникает чувство, ему должна сопутствовать скромность, настороженность — наследие тех суровых времен, когда любовь и жестокость часто шли рука об руку. Не дерзкий взгляд, а уклончивый, не бойкие ответы, а срывающийся голос, опущенная долу головка — вот истинные приметы страсти.
Как отец, я всегда настаивал на необходимости задавать вопросы. Мой сын Тимоти однажды в интервью рассказал, как боялся задать вопрос, который, по его мнению, я мог бы посчитать нелепым... Я сказал ему, что никогда не надо бояться высказывать идеи или гипотезы, какими бы глупыми (его слово, не мое) они ни казались.
As though a cat had any concept of minutes in particular, or time in general. As if I do, Scott thought. Time is invisible. Unlike weight.
Окажите любезность наследникам, не заставляйте их продираться сквозь завалы хлама после вашей кончины. Иначе вам придется с того света наблюдать, как народ роется в ваших «сокровищах», как на какой-нибудь большой барахолке.
- Узы брака священны. Что соединил Бог, человеку не разорвать. Муж может быть нехорош, и все-таки это муж.
— Завтра будет лучше.
— А если нет?
Уолкотт улыбнулся и наконец отпустил диск.
— Тогда завтра скажи это снова. Вдруг это правда? Заранее никогда не знаешь. Однажды завтра действительно будет лучше.
"Человек может многое простить другому, если сам одинок и нуждается в дружбе."©
Никто не скачивает Инстаграм, чтобы что-то там купить.
Все, что я знаю, если ты собираешься изменить Сайласу Нэшу лучше, чтобы это было с Райаном Гослингом.
Вы, наверное, много раз слышали слова о том, что если долго смотреть в Бездну, она начинает смотреть в тебя, — продолжил ректор. — Именно так и происходили первые заражения…
Откуда знает лист на дереве, когда вырываться из почки? Когда оборачиваться к солнцу, когда менять цвет и падать под ноги живущим? Разве самый последний лист не продолжает веточку, не продолжает ветвь, не продолжает ствол, разве самый наипоследний листочек не есть посланец корней, которые и видеть-то дано не всякому?
Для стабильного роста и большой погрешности требовались разнообразие видов деятельности и возрастающая отдача, которые питают самовоспроизводящийся механизм экономического роста — систему, в которой инновации перетекают из одного сектора экономики в другой, как в Дельфте в 1650 году (см. илл. 5) или в Силиконовой долине и Лондоне в 2000 году. Только в таких условиях зарплата простых людей (например, парикмахеров) могла существенно возрасти.
Стране надо обложить налогом деятельность с убывающей отдачей (производство сырьевых товаров) и выплачивать премии (субсидии) деятельности с возрастающей отдачей. Именно так возникали страны среднего достатка начиная с 1485 года, когда Генрих VII принял бразды правления обнищавшим Английским королевством и обложил налогом экспорт необработанной шерсти ради того, чтобы субсидировать производство шерстяной ткани. Из новой теории торговли Пола Кругмана, появившейся в 1980-е годы, логически следует такой же вывод, но Кругман и его коллеги не довели его до уровня практических рекомендаций.
Может, у людей просто не бывает выбора? Они сдаются и мирятся с тем, что есть. Как я в доме кожевника. Или находят в себе силы вырваться из заколдованного круга. Независимо от цены, которую им приходится за это платить.
Легко спастись, если ты шут. Если ты вызываешь смех, но при этом внушаешь страх. Шутов все боятся. Шут может смеяться над собой, и никто не поймёт, что у него на уме и в чей огород он бросает камень. Но невозможно стать шутом по собственному желанию. Шутом надо родиться.
Женщины вообще воевать не любят...Мы же матери, нам нужно дочерей растить, а не это вот все. Война — это мужская игра. Не понимаю сути: родить ребёнка, вырастить, выучить — а потом пожертвовать им как пешкой. Столько сил и любви, а для чего? Все в пустоту.
История — дама капризная и не любит, когда ее лапают грязными руками. Чистыми, впрочем, тоже…
— Документы попрошу, — повторил милиционер.
— Пожалуйста… — голос Пилипенко совсем упал. — Какие проблемы-то?
— Счас посмотрим, — сказал милиционер. — Не будет проблем — создадим. Все в наших руках.
«Бедняку трудно не испытывать никакой злобы; богатому легко не кичиться этим».
– Видеть в людях только самое лучшее и воспринимать мир как приятное местечко, – несомненно, самый легкий способ существования.
Так, Арршир, пытаемся размышлять трезво. Где может быть Таша, если не дома? К диким парящим трезвость! Я и так знаю: на работе. А вот если ее и там не обнаружится… Представил наказание для моей кареглазки и даже порадовался, что дома ее не оказалось. Буду наказывать ее долго, жарко и страстно. – В «Айсхолдинг»! – в горячечном возбуждении приказал водителю. Тот только вздохнул. Но сделал это настолько выразительно, что я практически услышал его менторский тон: «И что вашей драконьей шкуре дома не сидится? Спали бы и не гоняли меня»...
Я прекрасно его понимала. Знала, каково терять близкого человека. Важная часть твоей жизни исчезает, оставляя пустоту, которую ничем не заполнить. Надежда прячется глубоко внутри и медленно умирает. Неужели кто-то верит в то, что время лечит и незаменимых людей не бывает?
Если хочешь разрушить чью-то репутацию, не обвиняй напрямую. Просто посей зерно недоверия.
" Скажу одно- я женщина,Адэр. Магиня. Будущая мать. Хочу выучиться, путешествовать. Когда- нибудь создать семью с мужчиной, который будет носить меня на руках, для которого я буду единственной, даже поправившись вдвое или не будучи в силах подняться из-за болезни. Я хочу быть уверенной, что друг не ударит в спину, что ему можно довериться. Пока таких я не встречала. Или же просто не узнала, что тоже может быть."
Мы ведь с ним как две скорлупки от одного яичка! Он пашет, программирует, подписывает договора, спасает нас всех и оплачивает мои прихоти, а я создаю атмосферу постоянного напряжения, чтобы всегда был в тонусе. Не представляю, как он справлялся без меня раньше?
... Вовка запел:
– Мы красные кавалеристы, и про нас былинники нечистые ведут рассказ…
– Что это с тобой, Вова? – послышался голос мамы.
– И почему это былинники нечистые? – добавился голос папы.
– Наверное, не мылись давно, – предположил Вовка, пытаясь тянуть время.
– Пойдём хоть тебя умоем. А то смотри, какой грязный, прям как твои былинники из песни.
Самое мерзкое - когда родители лезут в жизнь своих детей без мыла и такта. Они расспрашивают, дают советы, действуют на нервы, рушат семьи...