Мне кажется, что они из заповедника для дебилов сбежали, дружно тупят на разные лады, будто сговорились.
«Я поужинаю с тобой, а утром – позавтракаю, – пообещал Ян, касаясь губами моих губ. – И так будет отныне каждый вечер и каждое утро.»
— Просто потому что ты можешь, еще не значит, что ты должен.
Ричард Бёме потребовал, чтобы его жена соответствовала своему статусу. Марите Бёме было под силу стать идеальной герцогиней.
— Кто не успеет закрепиться за два квата, останется тут! — И, повернувшись ко мне, нахально подмигнул. — Спорим, все успеют? Редкий иераклионец упустит возможность дать по шее высокопоставленному энерийцу на вполне законном основании!
Ужасы инквизиции — ничто по сравнению с судьбами, уготованными вашей собственной фантазией для тех, кого вы любите.
Мгла
мука из мук - невысказанное слово.
настоящие монстры никогда не имеют чувств.
Вера звучала так, будто только что проснулась после долгой ночи, хорошо выспавшись. Так на нее действовали убийства: придавали ей энергии, будоражили ее почти так же, как пенсионеров, которых он опрашивал весь вечер. Как-то раз, выпив слишком много стаканов виски, она сказала, что ради этого и была послана на Землю.
Не верь тем, кто говорит, что молчание – золото. Иногда лучше сразу сказать, что на самом деле происходит у тебя в жизни и на душе. Тогда можно избежать недопонимания и ссор с самыми близкими людьми. И намного быстрее стать свободным и счастливым.
И я ковыляла бы до общежития. Или ползла к нему. Или просто лежала бы в его сторону.
Путь бывает только прямой и узкий. К сожалению, я очень долго шел к этой мудрости.
Я искал ее много лет – десятки лет! Я экспериментировал с галлюциногенами и
прочими веществами. Я перепробовал практики йоги и дыхательные упражнения. Я
скупал книги, изучал самые разные религии, встречался с целителями и шаманами,
ездил по святым местам, истратил десятки тысяч долларов на кристаллы и амулеты,
призванные исцелить меня, на лазеры, поющие чаши, кулоны и браслеты, диски с
медитациями… Я ездил в Индию на несколько недель. Провел месяц в Индонезии.
Плавал по островам, практиковал йогу и молился. Я обнимался с живыми святыми и
прошел курс трансцендентальной медитации.
Но в конечном счете я понял: путь всегда только прямой и узкий. Единственная мысль,
которую мне надо знать, написана в Библии. Люби Бога превыше всего и люби своего
ближнего, как самого себя. Вот и все. Здесь истина. Мне больше ничего не нужно знать
о духовности и Боге. Только один судья будет судить меня и мои дела. Это мой Создатель. Я уверен, что все
мы очень страшимся, когда испускаем свой последний вздох. Мы понимаем, что все
наши убеждения рассыпаются в прах под светом живой универсальной истины нашего
бессмертного существования. Но пока я живу на этой земле, я с радостью соглашусь,
что есть только прямой узкий путь – путь любви, истины, сострадания, доброты и
упорного труда. Я грешу каждый день, но каждое утро, когда я встаю и снова вижу
солнце, я договариваюсь с собой, что сегодня сделаю все, что в моих силах.
Если долго мучиться - выпадут все нейроны.
- Слушай... - Петрович шлёпнул быка по носу. - Если я правильно понимаю, вы не с пустыми руками приехали?
- Ну... так-то... официальная миссия мирная... помощь там... по сельскому хозяйству... но так-то вроде ребятки прихватили маленько...
Один гранатомёт и один пулемёт точно есть.
- От и ладно, - обрадовался Петрович. - От и замечательно... точек пару приметил, на всякий случай. Если пулемёты поставить, то совсем ладно будет.
- Я чего-то не знаю о сельском хозяйстве? - Черноморенко не то, чтобы был против, но как-то...
- Поверь, - Петрович хлопнул его по плечу. - Ты ничего не знаешь о здешнем сельском хозяйстве! Идём покажу...
"В меня нельзя влюбиться. Меня можно только или любить, или терпеть. Третьего не дано."(с)
Всякий раз, когда у кого-нибудь в семье появлялась трудная задача, Ларри знал наилучший способ ее решения, а если кто-то хвалился своими успехами Ларри никогда не понимал, из-за чего поднимается столько шуму, ведь дело совсем пустяковое, нужно только приложить к нему мозги.
– Что было в письме?
<...>
– Там было «прости». И все, – сказал он, исчезая среди бороды и волос.
– С чего это бабушка у тебя просит прощения? – вырвалось у Эльсы.
Похоже, эта история прошла мимо нее, а она такой расклад очень не любит.
– Не твое дело, – тихо ответил Монстр.
– Это моя бабушка! – не отставала Эльса.
– Это мое «прости», – возразил Монстр.
Пейзаж - это состояние души.
" Интересно, успел ли Дитер добраться до Фессалии? - мелькнула мысль . - Или, как и мы, вынужден ждать, пока его пропустят через границу? Может, мы встретимся с ним в этом Железном полку?"
" И не мечтай! - фыркнул Забияка. - Макс примет кузена с распростертыми объятиями и первым побежит навстречу, теряя корону".
" И мантию", -подхватил Умник.
"И туфли!"
" И панталоны!"
Я хмыкнула, представив раздевающегося на ходу короля.
– Ты о чем задумалась? – спрашивает он.
Их глаза встречаются, на лице Трины возникает улыбка.
– Ни о чем. Целых две недели я буду ни о чем не думать. Ни о чем. А если начну думать, то хорошенько подумаю о том, чтобы ни о чем не думать, и думать перестану.
– Ну ты даешь! Наверное, это очень сложно.
– Не-а, пустяки. Хотя на такое способны только гениальные личности.
редкий талант у этой женщины — никому не нравиться
Стоит дать людям власть, как они тут же ею злоупотребят.
- Жаль, что мать тебя не слышит, она бы улыбнулась.
- Моя?
- Неблагодарное дитя подобно змеиному зубу - так она говаривала.
Бабы, помните, мужик тоже человек, будете ему на голову наступать, в семейном счастье топить — он подергается, а потом из-под пятки вывернется и уплывет
Обида в голосе. Что уже как минимум неплохо. Потому, что равнодушие неисцелимо, а обиду можно постепенно растопить.