Подлинное сострадание заключается в том, чтобы вовсе не касаться больного места человека, когда он страдает.
А дальше – яркий взрыв эмоций, слез, стонов, признаний. Квартирка Эли погрузилась в волшебство звуков и ярких красок.
Порядочность выступала против мощного инстинкта самосохранения.
И не надо ехать за вдохновеньем в Прованс. Только деньги тратить. Самое вдохновенье находится на берегах Невы. Вышел на бережок, получил в морду заряд мокрого снега и сразу вдохновился. Бежать домой творчеством заниматься, ну, или в магазин за бутылкой. Как без бутылки вдохновленному человеку философствовать?
Между нами никто не может встать. Ни живой, ни мертвый. Это любовь, про которую пишут сказки, про которую говорят, что так не бывает, хотя на самом деле все хотят именно такого чувства в своей жизни. Взаимной любви без сомнений, без ревности, когда она настолько велика, что все остальное рядом с ней меркнет.
- Любопытство не входит в число моих пороков, - заметил я холодно. - Я могу неплохо прожить и не пытаясь узнать, что делают или думают мои соседи.
– Тебе никто не говорил, что молчание – золото? – уточнил Люциан.
– Неоднократно, сладенький мой. И каждый раз я отвечаю, что все равно предпочитаю серебро. Золото мне просто не идет. Я выгляжу отвратительно бледным!
– Ба, я тебя не оставлю. Заберу с собой.
– Ой, а вдруг я вас стесню?
– Это в замке–то на двести комнат?
– Боже! Сколько уборки!
Не стоит всё подряд доверять бумаге, она имеет свойство сгорать, понимаешь?
В кошмарах мы можем думать о самом худшем. Наверное, для этого они и служат.
Не стоит впрямую бороться с дураками, их больше, на всех сил не хватит. Значит, и тратить их незачем. Делай по-своему, вот и весь сказ.
У нашего закона есть цена - и она такова: любой, кто его тронет, может порезаться. От закона, который ничего не стоит, не будет справедливости.
любое, даже самое мелкое вранье со временем превращается в бомбу.
Никто не хочет признать, что мы подсели на музыку, как на наркотик. Так не бывает. Никто не подсаживается на музыку, на телевизор и радио. Просто нам нужно больше: больше каналов, шире экран, громче звук. Мы не можем без музыки и телевизора, но нет - никто на них не подсел.
Мы можем выключить музыку и телевизор, когда захотим.
Комплимент-это нечто похожее на поцелуй сквозь вуаль.
‘You have risen from the ashes before. The only way to survive,’ he said, ‘is to believe you always will.’
А казалось бы - всего сорок пять... И возраст свой я не чувствую совсем, а как-то финалочку навевает.
Ох, нелегкая это работа - выполнять приказ идиота!
Классик не так сказал, конечно, но классик и не видел того, что сейчас творилось в Звенигороде.
Жаль, что врач в силу своей профессии не всегда может говорить то, что думает.
Нервы боятся, ноги бегают!
Боже его хриплый голос был похож на черный шелк. Он мог бы заработать состояние, озвучивая злодеев.
Чувство вины кольнуло глубоко внутри, сделало кульбит и ищезло.
... у нас есть более важные вопросы, чем твоя игра в ущемлённое самолюбие.
— Безнадёжно плохих времён не бывает, бывает неумение в них жить.
Постепенно я начал убеждаться, что истина, искренность и честность в отношениях между людьми имеют громадное значение для счастья в жизни