Цепи, крюки, блоки, гидравлика, прищемленные пальцы, отдавленные конечности и сломанные рёбра. Любой БДСМщик заикаться начнёт от зависти, когда увидит торпедный отсек в действии!
Лица у однокурсников были мрачные, из категории «похмельно трезв, хоть и не пил ни капли».
«Генерал, который очень уж исключительно заботится перед сражением о резервах, непременно будет разбит», — это на все лады повторял всегда Наполеон, хотя он был, конечно, далек от отрицания огромного значения резервов в длительной войне.
Как известно, решительный шаг вперёд очень часто является результатом увесистого пинка сзади.
Вы не сможете испечь хороший хлеб или стать успешным наркоторговцем без хороших весов. А сможете ли вы приготовить хороший кофе, не взвешивая его?
Вернемся к прекрасной буханке хлеба. Любой профессиональный пекарь скажет вам, что самая большая ошибка, которую делает большинство людей, выпекая дома хлеб, состоит в измерении ингредиентов по объему – мерной чашкой или мерной ложкой, а не на весах. Сто тринадцать грамм муки на весах – это точное измерение. Но чашка муки – это неточное измерение. Тип муки, способ ее хранения, а также ее просеивание могут повлиять на измерение объема чашкой. С кофейными зернами та же ситуация – разное происхождение, разновидности, методы обработки и стили обжарки будут влиять на плотность кофе, который вы покупаете.
Так каков лучший способ точного измерения вашего кофе? На весах.
Измерение воды по объему, очевидно, намного точнее. Но! Измерение воды до кипения не является правильным, потому что после испарения объем воды уменьшится, а измерение после кипения довольно проблематично, потому что вода начнет охлаждаться, пока вы будете суетливо переливать ее туда-сюда. Лучше всего поставить кофеварку на весы, а затем измерять, ориентируясь на массу, по мере ее заполнения. Таким образом у вас будет меньше шансов допустить ошибку и потратить время впустую.
Иногда, если вы, например, готовите кофе во френч-прессе, можно обойтись и без весов. А вот при использовании того же пуровера это непростительная ошибка. Но быть последовательным и точным не будет лишним никогда. Вы также будете гораздо меньше расходовать кофе впустую, что в конечном счете сэкономит ваши деньги.
– Ненависть к какому-либо объекту – это всего лишь Любовь к противоположности этого самого объекта. Но чаще всего она основывается на Любви к себе, – чародей погладил седую бороду и ненадолго задумался, – например, не любит человек комаров. Ненавидит их просто. Откуда у него берется такое сильное чувство? Он просто очень любит себя, свое тело. Он не хочет, чтобы эти насекомые причиняли ему неудобства, портили его внешний вид и заставляли чесаться. И чем сильнее эта Любовь к себе, тем сильнее будет Ненависть к комарам.
Не важно, насколько долог век, – важно, как его проживаешь.
Поднимитесь над мифами, которыми битком набита наша повседневная жизнь, отряхните эти мифы со своих плеч, не позволяйте им висеть на вас пудовыми гирями и диктовать, как вам жить, что носить и как выглядеть…
Не тот богат, кто имеет много, а тот, кто много отдает.
Почему за гениальные мужские идеи так часто приходится расплачиваться женщинам?
— Потому что ты храбрая мышь, — печально сказал Дрейк. — А я трусливый дракон.
...я живу только прошлым... и все, чем я в данный момент существую, только в будущем может быть пережито мною...
Мы стали обсуждать, в какое время начинается «вторая половина дня». Я сказал – в полдень. Анна сказала – в одиннадцать утра. Отец сказал: «Только после того, как я пообедал».
— Ты не думаешь, что тебе что-то подкинули? – спросила у меня подруга.
— Да, кто-то подкинул мне десять порций выпивки, – ответила я.
Увы. Золотые монеты часто значат для людей больше, чем честь и совесть.
Почти любое важное дело мюожно использовать как инструмент развития личности. Работа способна стать средством персонального роста и развития, как и брак, и воспитание детей. Мы в состоянии превратить все жизненные задачи в духовную дисциплину, способствующую нашей эволюции. Мы можем взять на вооружение принципы, формирующие самооценку, и превратить рабочие обязанности в арену их приложения.
На самом деле мы всегда знаем, как поступить правильно. Трудность же заключается в том, чтобы именно так и поступить.
Как никому не вдохнуть в себя всего воздуха, так никакому уму не впитать в себя всего знания.
Опыт и эксперимент привлекались только для заполнения пробелов в дедуктивной системе знаний, а не для того, чтобы поставить под сомнение саму эту систему; кроме того. эти пробелы почти не упоминались в учебной программе университетов, основу которой составляли тексты Аристотеля. (Точка зрения Гросстетеста, что форма Земли - чисто эмпирический вопрос, имела последствия, поскольку оставляла ему возможность принять теорию Земли как единой сферы). Работы самого Гроссетеста демонтрируют поразительное безразличие к процедуре эксперимента; так, например, он сформулировал общий принцип рефракции, но просто предположил, что углы, как и в законе отражения, должны быть равными, не потрудившись провести простейшие опыты, которые показали бы ошибочность этого предположения.
Ведьма налетела на меня и схватила за голову, притягивая моё лицо к своему, упираясь лбом в лоб.
Господи, ослепи меня вилкой для рыбы! Поезд тети Фелисити прибывает в пять минут одиннадцатого, и я совершенно забыла о ней! Отец отдаст мои кишки на подвязки!
Запомните, девочки: развивается и меняется только технология, а человек остается прежним, ничего в нем не меняется и не развивается.
Мы никогда не ограничиваемся настоящим. Желаем, чтобы поскорее наступило будущее, сожалеем, что оно как будто медленно подвигается к нам; или вспоминаем прошедшее, хотим удержать его, а оно быстро от нас убегает. Мы так неразумны, что блуждаем во временах, нам не принадлежащих, не думая о том, которое дано нам.
Страх туманит рассудок. Лишает способности к суждению.
Поверил той сумасшедшей ведьме, - признался папа, и я облегченно выдохнула. – Она последняя, кто с тобой разговаривал. Я и этого осла нашел, как его… Олег? – припомнил папа, презрительно скривившись. – Думал, это он что-то с тобой сделал, а эту дуру подставил. Но у него алиби, он в тот день был в другом городе, - закатил глаза отец. В его словах и взгляде проскользнуло что-то такое, что я спросила