Воспользуйтесь своим даром. Доверьтесь вашему доброму чутью, а когда добьетесь власти, будьте крепки духом, не отступайте от своих убеждений.
В наше время одной семейной жизнью молодых женщин не удовлетворишь.
- И как мне теперь с такой наглой рожей, к ней подойти? Что сказать?
- Тюфу ты! Размазня! - скривился дед, - Настоящий мужик не словом, а делом свое отношение показывает. Вот и займись им!
Масштаб всегда искажает смысл. Убийство миллионов - это не убийство, а великое деяние: бездарщина, написанная аршинными буквами, да еще высеченная в камне, в любом случае достойна почтения.
В конце концов, всё всегда сводится к цене.
Я не забыла, каким бесконечным и изматывающим может быть уход за ребенком. Некоторые дни кажутся невыносимыми, независимо от того, насколько вам нравится быть родителями и насколько вы любите своих детей. Я помню страх, чувство вины, расстройство, скуку и ощущение того, что я скована, полностью завися от дочери. Я помню дни, когда мне хотелось кричать: «Выпустите меня отсюда!»
Чем больше ты о ком-то думаешь, тем больше ты к нему привязываешься, это работает всегда, и если раньше меня защищала ненависть, то теперь остался лишь страх. Надолго ли его хватит?
Отчаяние - это та цена, которую человек должен заплатить за самопознание.
Есть только два средства - деньги и слава. Обладая одним или другим, можно иметь любого мужчину, которого ты поделаешь.
- Но я думаю, что многие люди любят свои проблемы. Это даёт им всевозможные предлоги, чтобы не расти и смиряться со своей жизнью. - Она снова откинулась на спинку кресла и глубоко вздохнула. - Жизнь - это перемены. Если вы не растёте и не развиваетесь, то топчетесь на месте, тогда как остальной мир быстро уходит вперёд. Большинство этих людей остаются незрелыми. Они живут "тихой" жизнью, пребывают в ожидании.
- В ожидании чего?
- В ожидании того, что кто-то их спасёт. Спасёт или хотя бы защитит от большого страшного мира. Но дело в том, что никто не может их спасти, потому что это их проблемы, а значит, и решение должно быть принято ими. Только они сами могут себя спасти.
-...Я хотел отправить с вами своих братьев...
Сердце пропустило удар.
-... но, к сожалению , они еще не вернулись из Эллидарской Академии Магии,- спокойно закончил Летрак.
Сердце заработало дальше , и я с удивлением обнаружила, что не дышала на протяжении всей фразы.
Что ж, для поэта разочарование - это довольно ценная вещь. Если разочарование его не убивает, оно делает его действительно крупным поэтом. На самом деле чем меньше у тебя иллюзий, тем с большей серьезностью ты относишься к словам.
Тот, кто друг всем - никому не друг.
Да, безусловно, кризис власти был налицо – правительство Анны Леопольдовны оказалось слабым, хотя кто может определить, в чем состоит слабость власти? В том, что она не занималась проектами крупных преобразований, а погрязла в мелких, текущих делах? Думаю, в России сила власти ассоциируется прежде всего со строгостью, жесткостью. Наверное, о регентстве Анны Леопольдовны говорили бы как о сильной власти, если бы правительница действовала подобно Екатерине Медичи, устроившей в Париже немыслимую резню, или хотя бы как Анна Иоанновна.
Наташа: [показывает на торт] Угощайся! Видишь какие цветочки? Кузя: Это я не ем, я не козёл…
Была победа. Салют. Радость. Цветы. Солнце. Синее море…— Ура! — орал Боба. — Ура!Возвращались домой солдаты.Но мой папа, мой добрый папа, он никогда не вернётся
Почти каждый уголок на Земле в какое-то определенное время дня, под определенным углом зрения смотрится лучше всего.
– А знаете, чего недостает этой комнате? – задал он риторический вопрос. – Ей недостает сиамского кота на диване.
– Вы серьезно? – удивился Квиллер. – Хотите, чтобы я принес Коко?
– О нет! – запротестовал Банзен. – Не надо нервозных котов! Они не годятся для интерьерных съемок.
– Коко вовсе не нервозный, – вступился Квиллер. – Он в сто раз спокойнее тебя.
– И лучше смотрится, – добавил Дэвид.
Свершения, связанные со строительством чего-то нового, никогда прежде не виданного, увы, часто сопровождаются кровью.
При объединении индивидов в толпу у них исчезают индивидуальные запреты, но просыпаются и ищут свободного выхода все жестокие, дикие и разрушительные инстинкты, с первобытных времен сохраняющиеся в человеке в латентном состоянии.
Тело - это экипировка, которую выигрываешь в лотерею, ухаживаешь за ней, подлатываешь, когда нужно, но даже тем, кто проживет дольше ста лет, жизнь в итоге покажется не длиннее одного дня.
Поэт не возражал, он привык к заботе о себе дам разного возраста, так как сам о себе заботиться он то ли не мог, то ли не хотел. Он подчинялся, делал то, что ему говорили, не сопротивлялся, пока ему давали выпить. Женщины же, влюбленные в его поэзию, в выпивке не отказывали. Они были реалистками, понимая, что хронического алкоголика лишать выпивки жестоко, а главное, бессмысленно. Тем более что он в пьяном состоянии только впадал в транс и читал стихи. А стихи его были очень красивые, и сам он был ничего из себя мужчина. Вполне очень даже. И заботиться о нем было делом естественным, так как стихи его, конечно же, никто не печатал, они были «безыдейные», жить ему было негде, и городская интеллигенция фактически содержала его как общую собственность. И в первую очередь занимались этим дамы, потому что они умнее и добрее. И беспомощность будит в них материнский инстинкт.
Заботливые мужчины тоже падки на лесть. В глубине души им хочется, чтобы окружающие признали их заслуги.
Враждебные отношения национальных лидеров и правительств друг с другом точно так же подчиняются логике стратегии, как и взаимодействие сражающихся вооруженных сил. Но национальным лидерам несравненно труднее понять эту логику за всеми хитросплетениями многообразных уровней войны в целом.
Тебе когда-нибудь казалось, что все в твоей жизни – все, что окружает тебя благодаря твоим стараниям, – искусственное и хрупкое, как елочный шарик? Достаточно уронить его на пол, чтобы осколки рассыпались в разные стороны. И ты останешься стоять с ниточкой в руке, полный одиночества и сожалений.