Кошки — это вам не люди, они ни за что не станут спать с теми, кого не любят.
- Но почему он сказал, что у вас было общее детство на по рода, если вы не знакомы? - Он имел в виду детство всего человечества. Понимаешь? Всего! - А как это ты и он запомнили детство всего человечества?
Он ошибся. Без Авроры жизнь не будет прежней. Он станет просто существовать. Машинально, лишившись большей части себя.
«Когда беженцы оставались, где им полагалось — в руинах Аллепо или за оградами лагерей, — люди забывали о них. Но стоило им сделать то, чего от них не ждали — пытаться пересечь границу их страны, спать на крыльце их магазинов, выскакивать перед капотами их машин, молиться на палубах их паромов, — и тогда люди больше не…
До нелепости слабая военная разведка всегда была отличительной чертой Соединенных Штатов. Самая могучая нация планеты неизменно начинала свои войны вслепую, как великан с завязанными глазами.
Когда смотришь в лицо смерти, героизм очень быстро приобретал относительный характер.
За чаем беседовали с Иннокентием о роли личности в истории. Надо же о чем-то беседовать, помимо медицины.
Он повторил свою любимую мысль о вождях. Что народ-де находит ровно того, кто ему в этот момент нужен.
Я говорю осторожно:
– Как вы себе это представляете: всем в 1917 году было нужно одно и то же? Старым, молодым, умным, глупым, правым, виноватым – одно и то же?
– А где вы там видите умных? А главное – правых?
... жизнь, потраченная на месть, закончится, как только месть свершится. И цели не будет, и смысла, и жить будет незачем... грустно это.
– Если враг еще шевелится, значит, живой, и, значит, добивать.
Дискомфорт – это возможности В процессе работы над результатом я убеждаюсь все больше и больше в том, что комфорт – это волк в овечьей шкуре. Это враг, притворившийся другом. Это самоотречение от успеха.
Людской молвы невелико значенье, И ничего сильнее правды нет.
- Человек не должен быть один, Дим. Это противоестественно. Поддержка, забота, любовь — без них нельзя стать счастливым...
Так он, оказывается, румянец разглядывал. У неё на коленках!...
Любой прокурор мечтает о сенсационном процессе над убийцей с известным (белым) защитником, знаменитой жертвой, набитым залом суда, множеством корреспондентов и благосклонных избирателей и, разумеется, благоприятным для обвинения итогом суда.
По-моему, война такой и должна быть - чтобы играть по правилам, по-джентльменски. Воин против воина, и пусть победит достойнейший.
— Мы изнежили своих обывателей, и они тонут в теоретических рассуждениях, поддаваясь харизме ярких личностей, которые, между прочим, не всегда болтают по глупости!
Самые грубые женщины - те, которым не дали много денег просто так, а если она опустилась до насмешек над размером члена, значит, сумма была действительно приличная.
Они были уверены, что общение с людьми оказывает целительное воздействие на больную психику. — Наравне с электрошоком, — напомнил я им.
– Города, мистер Вандемар, очень похожи на людей, – торжественно объявил мистер Круп. – Мало кто знает, что таится глубоко внутри.
Такую собаку надо обязательно в порядок привести. У такой собаки все должно быть прекрасно: и душа, и прическа, и кисточка!
Сердце – это стрела. Ему нужна цель для меткого попадания.
В последнее время я все больше убеждаюсь в том, что осуждать чьи-либо ошибки – удел слабаков и завистников.
Со скисшего молока сливок не снять,
Благородством бой еще никто не выигрывал...
– И никакая я не ведьма, - возразила я исключительно из чувства противоречия. – Я, может, уставшая, замерзшая, голодная, растрепанная фея…