Цитаты
882
Залипая в смешные видосики перед сном, Глотая антибиотики без рецепта, Занимаясь субботней уборкой, По пути на работу, Лежа в кровати, Представляла Другую Жизнь.
Юные, красивые, грустные, веселые – герои этой книги знают, что молодость – это время разбираться, как устроен мир, и учиться в нем жить. У героини всегда много вопросов, и она не стесняется их задавать, а у героя всегда готовы ответы на них, потому что… он Бог. Да, стройный, семнадцатилетний, в джинсовых шортах, с кудрявой головой и забинтованной лодыжкой. С ним можно шутить, пикироваться, созерцать закат, ему можно положить голову на плечо. Он всегда рядом и никогда не подведет. И главное, у...
Моему милому мужу,
Юные, красивые, грустные, веселые – герои этой книги знают, что молодость – это время разбираться, как устроен мир, и учиться в нем жить. У героини всегда много вопросов, и она не стесняется их задавать, а у героя всегда готовы ответы на них, потому что… он Бог. Да, стройный, семнадцатилетний, в джинсовых шортах, с кудрявой головой и забинтованной лодыжкой. С ним можно шутить, пикироваться, созерцать закат, ему можно положить голову на плечо. Он всегда рядом и никогда не подведет. И главное, у...
— Важно лишь то, что однажды я встретила Бога.
Юные, красивые, грустные, веселые – герои этой книги знают, что молодость – это время разбираться, как устроен мир, и учиться в нем жить. У героини всегда много вопросов, и она не стесняется их задавать, а у героя всегда готовы ответы на них, потому что… он Бог. Да, стройный, семнадцатилетний, в джинсовых шортах, с кудрявой головой и забинтованной лодыжкой. С ним можно шутить, пикироваться, созерцать закат, ему можно положить голову на плечо. Он всегда рядом и никогда не подведет. И главное, у...
Не все черно, что таковым кажется.
Король Демонов — монстр в человеческом обличье. Разрушения и смерти следуют за ним по пятам. Его кровавая слава не дотянулась только до отдаленного поместья, где живет маленькая озорная девочка, не знающая никаких бед. Разве что… Она никогда не видела своих родителей.
Но, погодите…?
Алые глаза Короля Демонов сверкнули в безлунной ночи, когда он властно проговорил:
— Я собираюсь забрать свою дочь отсюда.
… Именно так началась история маленькой принцессы Хельги и ее пугающего отца.
«Здесь нельзя, — шепнул он тихо. — Но вот потом…»
«Что потом?» — Алис невинно взмахнула ресницами.
«Узнаешь».
Череп, найденный в Арденнском лесу, – это только начало. Начало череды загадочных преступлений. Начало болезненного столкновения с прошлым: чужим и своим собственным. Начало сложных отношений инспектора Деккера и криминалистки Янссенс…
«Я не уверена, что вы не убийца, — твёрдо ответила Янссенс, наконец снова подняв на него глаза. — Что вы не сделали чего‑то… невольно… когда были не в себе. Но я знаю, что вы не монстр. Монстр позвонил мне вчера. А вы просто человек, внутри которого… много всего».
Череп, найденный в Арденнском лесу, – это только начало. Начало череды загадочных преступлений. Начало болезненного столкновения с прошлым: чужим и своим собственным. Начало сложных отношений инспектора Деккера и криминалистки Янссенс…
«Вы шагаете вперёд, инспектор, и ведёте. Ваша задача — следить, чтобы дама ни во что не врезалась. А вы, Алис, позволяйте вести. Слушайте его. Я знаю, женщинам теперь это стало сложно, но уж постарайтесь. Поверьте, наш инспектор убережёт вас от шкафа. Итак… Раз‑два‑три, раз‑два‑три, не смотрите под ноги, не отклячивайте…»
Череп, найденный в Арденнском лесу, – это только начало. Начало череды загадочных преступлений. Начало болезненного столкновения с прошлым: чужим и своим собственным. Начало сложных отношений инспектора Деккера и криминалистки Янссенс…
«Любой герой — это чудовище. Всё, что требует нечеловеческих усилий, сделает тебя нечеловеком».
Череп, найденный в Арденнском лесу, – это только начало. Начало череды загадочных преступлений. Начало болезненного столкновения с прошлым: чужим и своим собственным. Начало сложных отношений инспектора Деккера и криминалистки Янссенс…
«В отношениях все ищут выгоды для себя, никому не хочется возиться с чужими проблемами. А те, кто самоотверженно кидаются спасать погибающего, обычно думают не о погибающем, а о том, чтобы красиво смотреться со стороны».
Череп, найденный в Арденнском лесу, – это только начало. Начало череды загадочных преступлений. Начало болезненного столкновения с прошлым: чужим и своим собственным. Начало сложных отношений инспектора Деккера и криминалистки Янссенс…
«Благородство всегда требует жертв, причём таких, о которых никто не узнает и которые никто не оценит».
Череп, найденный в Арденнском лесу, – это только начало. Начало череды загадочных преступлений. Начало болезненного столкновения с прошлым: чужим и своим собственным. Начало сложных отношений инспектора Деккера и криминалистки Янссенс…
«Никому не нужно поломанное, никому не нужны чужая боль и чужой страх. Люди хотят брать, а не отдавать, думать о себе, а не о чужих проблемах».
Череп, найденный в Арденнском лесу, – это только начало. Начало череды загадочных преступлений. Начало болезненного столкновения с прошлым: чужим и своим собственным. Начало сложных отношений инспектора Деккера и криминалистки Янссенс…
«Дети не могут ничего рассказать — обычная история. Детям никто не поверит. Особенно если их палач и монстр — уважаемый человек с репутацией святого. Детям говорят, что это исключительно их вина, что это просто их испорченность, неблагодарность и лень, что взрослые желают им только добра».
Череп, найденный в Арденнском лесу, – это только начало. Начало череды загадочных преступлений. Начало болезненного столкновения с прошлым: чужим и своим собственным. Начало сложных отношений инспектора Деккера и криминалистки Янссенс…
«Да ты поэт, Марк Деккер, — фыркнул он. — Такой же хреновый, как в четырнадцать лет, все те же завывания про тьму, одиночество и смерть. Уймись уже, хватит страдать, займись делом».
Череп, найденный в Арденнском лесу, – это только начало. Начало череды загадочных преступлений. Начало болезненного столкновения с прошлым: чужим и своим собственным. Начало сложных отношений инспектора Деккера и криминалистки Янссенс…
«Марк усмехнулся. Да, выйти из лабиринта в собственной голове… Как знакомо. Только вот он отлично знал, что это невозможно».
Череп, найденный в Арденнском лесу, – это только начало. Начало череды загадочных преступлений. Начало болезненного столкновения с прошлым: чужим и своим собственным. Начало сложных отношений инспектора Деккера и криминалистки Янссенс…
«Стрела Купидона могла пронзить моё чёрствое сердце? <…> Стоит провести баллистическую экспертизу, уверен, ангелочек целился в голову».
Книга знакомит нас с некогда успешным журналистом, который совершенно разочаровался не только в профессии, но и в собственной жизни. Он возвращается домой из очередной бесплодной командировки в отдалённом, северном городе, и по дороге случайный попутчик, рассказывает ему, на первый взгляд, совершенно фантастическую историю о человеке, который абсолютно непостижимым образом, вернулся с того света.
Что скрывается за этой историей, и сможет ли наш герой докопаться до истины?
«Вечер определённо перестал быть томным».
Книга знакомит нас с некогда успешным журналистом, который совершенно разочаровался не только в профессии, но и в собственной жизни. Он возвращается домой из очередной бесплодной командировки в отдалённом, северном городе, и по дороге случайный попутчик, рассказывает ему, на первый взгляд, совершенно фантастическую историю о человеке, который абсолютно непостижимым образом, вернулся с того света.
Что скрывается за этой историей, и сможет ли наш герой докопаться до истины?
Она научила меня не обращать внимания на мелкие неприятности, всегда твердила, что все приходит к нам не просто так, и вместо того, чтобы лить слезы, задаваясь вопросом: «ЗА что мне это?», лучше подумать: «ДЛЯ чего мне это?».
«Мой раскрывшийся тюльпан. Мой маяк, освещающий океаны и моря. Моя полярная звезда, которую я зажгу сегодня ночью», — так муж пел мне на ухо во время новогоднего карнавала, перепутав меня с любовницей, а потом предложил подняться в номер. Что ж, сегодня ночью будем зажигать звезды, милый. Смотри, не ослепни от сияния, когда я сниму с себя маску. ▪️▪️▪️ После двадцати пяти лет брака муж уходит к молодой любовнице — лучшей подруге нашей дочери. Уверен, что рядом с ней он обретет вторую...
"...нет лучшего мужа, чем лучший друг."
— Паша! — выкрикиваю я, едва увидев, как дверь его тачки открывается. Оббегаю свою машину, достаю пиццу с переднего сидения и, щелкнув сигнализацией, лечу к нему. — Паша!... Он оборачивается и замирает на мне взглядом. А затем, сунув одну руку в карман куртки, направляется ко мне спешным шагом. Что-то в нем напрягает меня, и я замедляюсь, вглядываясь в его лицо. — Привет... — здороваюсь с улыбкой, когда между нами остается не больше двух метров. — Привет, — усмехается, потерев кончик носа,...
Живая память лучше мертвого забвения.
Зое досталось два бесценных дара в новой жизни - чужое изможденное тело и ребенок, который увидел в её глазах чужую душу. Её прежний мир - одиночество, музыка Вивальди, запах обожжённой глины. Её новая реальность - вонь дешевого кабака, бесконечная грязь и борьба за кусок хлеба. Но Зоя - гончар. И она видит шанс там, где другие видят смерть. Её инструменты теперь - терпение и упрямство. Её магия - в умении варить волшебную кашу из ничего и зажигать свет в глазах тех, кто забыл, что такое...
мама – это не только та, что подарила жизнь. Мамой может стать та, кто за руку проведёт по жизни.
Зое досталось два бесценных дара в новой жизни - чужое изможденное тело и ребенок, который увидел в её глазах чужую душу. Её прежний мир - одиночество, музыка Вивальди, запах обожжённой глины. Её новая реальность - вонь дешевого кабака, бесконечная грязь и борьба за кусок хлеба. Но Зоя - гончар. И она видит шанс там, где другие видят смерть. Её инструменты теперь - терпение и упрямство. Её магия - в умении варить волшебную кашу из ничего и зажигать свет в глазах тех, кто забыл, что такое...
Жизнь — это не написанный кем-то сценарий, от которого нельзя отступить. Жизнь — это чистый холст. Да, порой судьба щедро плещет на него тёмными, мрачными красками боли, потери и долгов прошлого. Но только нам решать, останется ли эта картина трагедией. В наших силах взять кисть и поверх черноты нанести яркие, светлые слои надежды, смелости и любви.
Нужно лишь не сдаваться. Защищать тех, кто тебе дорог. И тогда даже самый тёмный набросок может превратиться в подлинный шедевр, залитый светом.
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
Все вокруг… они гонятся за богатствами, за властью, за полезными связями. И в этой безумной гонке люди забывают, что такое — просто жить. Они забывают, как прекрасно пробуждение природы. Как сладок воздух леса после дождя. Как очаровательно звёздное небо. Они теряют себя. Становятся алчными, злыми и меркантильными.
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
"...счастливые люди, те, которые полностью удовлетворены своей жизнью, как правило, не суют нос в чужую!"
— Паша! — выкрикиваю я, едва увидев, как дверь его тачки открывается. Оббегаю свою машину, достаю пиццу с переднего сидения и, щелкнув сигнализацией, лечу к нему. — Паша!... Он оборачивается и замирает на мне взглядом. А затем, сунув одну руку в карман куртки, направляется ко мне спешным шагом. Что-то в нем напрягает меня, и я замедляюсь, вглядываясь в его лицо. — Привет... — здороваюсь с улыбкой, когда между нами остается не больше двух метров. — Привет, — усмехается, потерев кончик носа,...
«Видимо, у меня очень холодно, поэтому он решил раздеться…»
- Товарищ полковник, я правильно понимаю, вы предлагаете мне работу в эскорте? – нервно посмеиваясь, уточняю я. - Где я и где путаны? – прыскаю смехом. - Мужика я могу завалить, но ублажать - не моя специализация… - мотаю головой. - Отставить споры, Огонькова! Нужно сделать, Олеся, - чуть мягче. Понимает, что давить не стоит, я встану в позу. Хотя и так не собираюсь соглашаться. – Ты закончила разведшколу… - Не я одна, - напоминаю ему. - Нет в управлении ни одной девицы с твоими...
"Люди ведут себя с нами ровно так, как мы это позволяем."
— Паша! — выкрикиваю я, едва увидев, как дверь его тачки открывается. Оббегаю свою машину, достаю пиццу с переднего сидения и, щелкнув сигнализацией, лечу к нему. — Паша!... Он оборачивается и замирает на мне взглядом. А затем, сунув одну руку в карман куртки, направляется ко мне спешным шагом. Что-то в нем напрягает меня, и я замедляюсь, вглядываясь в его лицо. — Привет... — здороваюсь с улыбкой, когда между нами остается не больше двух метров. — Привет, — усмехается, потерев кончик носа,...