Просто мы себе не лжем. Мужчины без женщин не выживут. Женщины без мужчин — вполне.
Когда любишь, не будешь ломать крылья любимому человеку.
женщину или любят, или она ступенька. По-другому никак.
В жизни часто случаются неприятности. Если из-за каждой переживать, никаких нервов не хватит!
Женщины вообще воевать не любят...Мы же матери, нам нужно дочерей растить, а не это вот все. Война — это мужская игра. Не понимаю сути: родить ребёнка, вырастить, выучить — а потом пожертвовать им как пешкой. Столько сил и любви, а для чего? Все в пустоту.
Исповедь нигерийца длилась двадцать минут. В ней было все. И великое спокойствие саванны, и беспокойное кипение жизни джунглей, и несчастное, нищее, но очень гордое племя, теснимое со всех сторон апельсиновыми рощами.
— Ду ю спик инглиш? — непринужденно поинтересовался Файнберг с чудовищным акцентом раннего советского происхождения, доказывая, что выучить язык туманного Альбиона по книжкам можно. Но разговаривать на нем после этого под силу только смелым людям. Впрочем, трусом профессор не был.
Зависть – очень неприятное и изматывающее чувство...
Если ты мечтаешь о чем-то всю жизнь, то непременно это случится. Но не так, как нужно. И не в то время. И не с тобой.
Прыгающие перед глазами буквы на стене с трудом сложились в надпись: «Запасный выход». Чуть ниже обнаружилось двусмысленное уточнение: «Морг». Профессор оценил тонкость местного юмора
Войнa быстро вымывaет из головы лишнее... Остaвляет только сaмое вaжное.
Молодой и неженатый дежурный хирург извлек из стола коньяк и конфеты. Опытная, но незамужняя хирургическая сестра «на минутку» забежала в ординаторскую.
Доктору одновременно хотелось женщину и спать. Желания противоборствовали. На стороне мужских инстинктов выступали молодость и двухнедельное воздержание. Против сражались хроническая усталость, голод и недосып.
Сестричке хотелось мужчину и замуж. Пересечение этих параллельных прямых представляло сложную нелинейную задачу. Сначала секс, а потом свадьба — или наоборот? Женщина, подобно минеру, не имеет права на ошибку
Еще вчера он стоял посреди Большой Поляны Совета, а племя радостными криками провожало его на учебу. Шаман что-то шептал ему в самое ухо. Как обычно, про женщин и болезни. Затем подошел отец и повесил ему на шею амулет... Сын вождя, Мананга Оливейра Перес, прилетел в далекую северную страну, чтобы стать врачом. И тут же стал пациентом.
— Витя, когда дело касается внутренних органов, ничего простого не бывает. Ты это должен знать и без меня. Тем более речь идет о Потрошилове...В случае визита к оперуполномоченному нас будут долго допрашивать, а могут и посадить...
— А за что?
Виктория Борисовна, перегнувшись через стол, сказала тихим таинственным шепотом:
— За хищение... золота партии... Например. Капитан мыслит глобально. Мелочи его не интересуют.
Иногда жесткость — это и есть помощь. Хотя со стороны выглядит иначе.
– Твоя мать – монстр.
– Монстр – это комплимент. Поверь, она гораздо хуже.
– Боже, Джо, – фыркнула Стеф. – Я каждый раз поражаюсь твоей радости от простого куска торта. По десятибалльной шкале странностей это потянет на все девять. Но потом вспоминаю твою мать и думаю, что на твоём месте радовалась бы и чайной ложке сахара.
Кто не был в юности идеалистом, тот не имеет сердца. Кто не стал в старости прагматиком, тот не имеет ума.
Ясно ведь, одной любви в этом мире недостаточно. Нужно еще воспитание, богатство, умение добиваться своего и интриговать.
— Жизнь даётся нам только один раз, и нужно её жить
— Жизнь нужно жить. А не ждать, пока свыше пошлют что-то хорошее. Посылают-то чаще пинка.
— Не хочешь, чтобы тебя считали глупой — не повторяй глупости за другими.
Ничего не бойся, из любого трудного положения есть выход, даже если его сразу и не видно. И не бойся шагнуть во тьму — иногда для того, чтобы увидеть свет впереди, нужно захлопнуть дверь за спиной.
- Ты точно принцесса? — подозрительно спросил он.
Я шмыгнула носом:
— Принцесса.
— Больше на разбойницу похожа.
- Он у меня застрял в лесу под корягой, пришлось лапку ему сломать… Но это ведь на мозги никак не влияет?
Таш медленно провел ладонью по лицу и, подняв к потолку обречённый взгляд, сокрушенно покачал головой:
— Лапку она сломала… черному упырю…
Разве вы не знаете, что женщины любят пить хвалу по каплям, а не глотать залпом?