Она всегда давала себе хорошие советы, хотя следовала им нечасто
- Думай о смысле, а слова придут сами.
Будь таким, каким хочешь казаться.
Видите ли... видите ли, сэр, я... просто не знаю, кто я сейчас такая. Нет, я, конечно, примерно знаю, кто такая я была утром, когда встала, но с тех пор я всё время то такая, то сякая — словом, какая-то не такая.
Чеширский Кот: Серьёзное отношение к чему бы то ни было в этом мире является роковой ошибкой. Алиса: А жизнь – это серьёзно? Чеширский Кот: О да, жизнь – это серьёзно! Но не очень…
Если в мире все бессмысленно, - сказала Алиса, - что мешает выдумать какой-нибудь смысл?
— Что ты хочешь? — Я хочу убить время. — Время очень не любит, когда его убивают.
Люди – они такие... На чужие долги у них память крепкая, а на чужое добро да на чужую службу – куцая...
Ой, не зря люди говорят: «От старых дураков молодым дурням житья нет!»
что легко приходит – долго не задерживается...
Понимаете… — Я развела руками, не зная, как ловчее объясняться. — Мы… кхм… так сказать…
— Что же? — охнула тетка и испуганно прижала к губам пальцы.
— Мы утопали в пучине страсти…
— И?!
— Филипп не выплыл, — скорбно покачала я головой.
Давать шанс тому, кто разбил твоё сердце однажды — наплевать на себя.
Я продолжаю думать и чувствовать, что свобода человека в его жизни и труде – величайшее благо. Что не надо людям навязывать насилу счастье.
Искусство может переживать упадок, но оно вечно, как сама жизнь.
Убедить публику – значит, в сущности, хорошо ее обмануть, вернее, создать в ней такое настроение, при котором она сама охотно поддается обману, сживается с вымыслом и переживает его как некую высшую правду. Зритель отлично знает, что актер, умирающий на сцене, будет, может быть, через четверть часа в трактире пить пиво, и тем не менее от жалости его глаза увлажняются настоящими слезами.
Так убедить, так обмануть можно только тогда, когда строго соблюдено чувство художественной меры.
Есть в искусстве такие вещи, о которых словами сказать нельзя. Я думаю, что есть такие же вещи и в религии. Вот почему и об искусстве, и о религии можно говорить много, но договорить до конца невозможно. Доходишь до какой-то черты – я предпочитаю сказать: до какого-то забора, и хотя знаешь, что за этим забором лежат еще необъятные пространства, что есть на этих пространствах, объяснить нет возможности. Не хватает человеческих слов. Это переходит в область невыразимого чувства.
Можно по-разному понимать, что такое красота. Каждый может иметь на этот счет особое мнение. Но о том, что такое правда чувства, спорить нельзя. Она очевидна и осязаема. Двух правд чувства не бывает. Единственно правильным путем к красоте я поэтому признал для себя – правду.
Не стоит реагировать на слова всех подряд. Если обижаться на каждое из них, то просто не будет времени на все остальное.
Если мужчина, будь он даже бог, бросил вас, то единственное что тут можно сделать: развернуться и бодро зашагать в сторону, противоположную направлению ,по которому он ушел!
Господи, как мало, оказывается, надо человеку для счастья.
Только бы рядом был тот, кого любишь.
И кто любит тебя.
— Аль, ты вроде умная девка, но, оказывается, немножко — дура…
Когда мужчина страдает от похмелья, женщина рядом страдает от его дурного настроения.
Не зря говорят, что паника и зевание — вещи коллективные.
- Все хорошо, - присаживаясь рядом, отозвался он. – Самое главное – не показывай страха. Страх туманит разум. Помнишь девиз де Вальт?
- Только вперед, - пробормотала я.
- Вот именно. А те, кто боятся, они вперед не идут. А отсиживаются сзади.
"Гнилое яблоко стоит другого гнилого яблока! Меня никогда не привлекали отходы, подавись!"