Простые женщины из окрестных деревень, может, и не стояли с воинами с оружием в руках, но всегда находились рядом, за нашей спиной, помогая всем, чем только возможно. Им ведь не важно, свой или чужой. Они ведь как рассуждают, я сейчас здесь помогу, а где-то там и её родного
спасут. Да разве бы мы без них выжили?
Особенно мне удавались дождь из белых мышей, цветные крыши и озеро посреди деревни.
Любых ошибок можно избежать… вдали друг от друга… С нами не сможет случиться ничего плохого, если мы будем не вместе. Но и хорошего тоже не произойдет… И никто, кроме нас самих не сможет решить, нужен этот риск или нет.
У всех есть … следы… прошлых ошибок, вины, боли, от которых никуда не деться. Можно жить с этим, а можно постоянно прятаться, скрывая то, что существует на самом деле.
... не все ошибки можно исправить. Не все нужно. Некоторые – это уроки: их стоит выучить, запомнить и двигаться дальше.
Да чего лукавить. Мужчине подавай красотку. А женщине – добытчика. Всё логично. Без обид.
Ну да. Теперь ясно. Водитель тебе не по нраву. Всем подавай принца.
У меня это...не крышу снесло, а чардачок подтекает.
Она набрала ванну, высыпала в воду остатки морской соли, развела пену и достала из холодильника бутылку шампанского.
– Грустить нужно красиво. Я же Роксана.
эта женщина очень умна и великолепно умеет использовать искренность и темперамент, добиваясь желаемого или устраняя собственные промахи.
«Но не должна же она быть настолько наивна, чтобы не понимать, что в нашем мире ничего не происходит вдруг, само по себе», — думал Вольфгер
— Поверь, эта эпидемия ничем не хуже и не лучше прежних, — слегка утомленно отозвался мэтр. — Главное — вовремя успеть получить свою выгоду и направить острие меча в нужную сторону.
— «Все проходит», — пробормотал мэтр задумчиво, вспоминая известное изречение, высеченное на кольце Соломона.
— «Пройдет и это…» Только я бы написал по-другому: «Все повторяется». Так гораздо точнее.
В целом зверек напоминал этакую помесь лисички и собаки. Ладно… на самом деле я узнала его с первого взгляда. Вообще, мы с ним уже давно знакомы, но последнее время стали встречаться гораздо чаще. Откровенно говоря, это был песец.
Даже не знаю, что сказать. Что-то перспективы, обрисованные герцогом столь оригинальным подарком меня, не слишком радуют.
Независимость — это хорошо. Согласна, нужно уметь самой за себя постоять, в случае необходимости включать полную автономность и прочее. Но если в твоей жизни имеется такой вот нормальный, да ещё и любимый мужик, готовый сделать это за тебя, то зачем? Ради того, чтобы что-то кому-то доказать? Природа давно гармонично распределила роли мужчины и женщины.
Вовремя вспомнилась знаменитая и очень мудрая цитата Далай-ламы: «Прежде чем осуждать кого-то, возьми его обувь и пройди его путь, попробуй его слезы, почувствуй его боли. Наткнись на каждый камень, о который он споткнулся. И только после этого говори ему, что ты знаешь, как правильно жить.»
— Время всё расставит по своим местам. — в лучших традициях китайского святого учителя Лао-цзы** с философской физиономией изрёк наш старец.
Не было палачей более жестоких и безжалостных, чем бывшие жертвы садистов.
бесконечно давить на человека нельзя: рано или поздно наступит момент, когда станет уже не страшно, включатся дополнительные резервы организма, о которых их обладатель раньше и не подозревал, и на смену липкому ужасу придёт что-то вроде своеобразного транса.
— Чем конкретно я тебя обидел? — спросил мужчина. — Разве на тот момент я позволил себе что-то крайне неприличное?
— Вы лишили меня выбора
Почему ты меня не предупредила?!
– Ну не знаю. Мне все-таки тридцать два и…
– И что? Ты думала, у твоей целки вышел срок годности?!
Мужики не собаки, на кости не бросаться. Любой нормальный гетеросексуальный парень мечтают о женщине с формами.
Так каков будет твой положительный ответ?
– Насмотренность – это ваша творческая мышца, – говорила наставница в колледже. – Тренируя её, вы формируете вкус и развиваете мастерство. Будучи в курсе актуальных тенденций, тем, стилей и подходов в решении того или иного замысла, вы сами начнёте создавать уникальные работы. В противном случае, большее, на что вы будете способны – подстригать кусты живой изгороди.
Он ругается редко. Практически никогда. Но когда это случается, господи, у меня даже в узких туфлях поджимаются пальцы. Я снова переступаю с ноги на ногу. Между бедер становится влажно. Нет, я не извращенка. Просто на страх и на возбуждение организм дает одну и ту же реакцию. Такие дела. Чистая физиология. Ягодицы конвульсивно сжимаются.