Цитаты
284904
Вероятность - это вообще опасная штука. Она всегда есть. Больше нуля, но меньше единицы. Так зачем думать о какой-то там туманной вероятности , когда здесь и сейчас мы можем наслаждаться лучшим, что тебе дано в этой жизни...
Продолжение истории «Один год жизни». Глория забывает смысл слова «целеустремленность», которое прежде определяло её судьбу. Именно благодаря этому слову она однажды вырвалась из провинциального городка, именно благодаря ему она вернулась обратно, именно благодаря ему она познакомилась с Мартином и именно благодаря ему с ней произошло то, что произошло… Целей больше нет. Ни одной… Восстановление Глории проходит тяжело и со временем выясняется, что никакого восстановления вовсе нет. Время,...
,, - Тебе стоит съездить к нему на могилу. Станет легче. -Тебе легче? -Нет. -Тогда почему должно стать легче мне? -Если что-то не помогат мне, это не значит, что это не поможет тебе. - Когда-нибудь нам определённо станет легче. -Да, но даже притупившаяся боль остаётся болью. Просто нужно научиться с ней жить. "
Продолжение истории «Один год жизни». Глория забывает смысл слова «целеустремленность», которое прежде определяло её судьбу. Именно благодаря этому слову она однажды вырвалась из провинциального городка, именно благодаря ему она вернулась обратно, именно благодаря ему она познакомилась с Мартином и именно благодаря ему с ней произошло то, что произошло… Целей больше нет. Ни одной… Восстановление Глории проходит тяжело и со временем выясняется, что никакого восстановления вовсе нет. Время,...
Он научил меня плавать, а я научила его мечтать без шанса на исполнение мечты- неравноценный обмен, не находишь?
Продолжение истории «Один год жизни». Глория забывает смысл слова «целеустремленность», которое прежде определяло её судьбу. Именно благодаря этому слову она однажды вырвалась из провинциального городка, именно благодаря ему она вернулась обратно, именно благодаря ему она познакомилась с Мартином и именно благодаря ему с ней произошло то, что произошло… Целей больше нет. Ни одной… Восстановление Глории проходит тяжело и со временем выясняется, что никакого восстановления вовсе нет. Время,...
,, - У меня с Роналдом нет ничего общего, кроме боли. Этого недостаточно, чтобы понять друг друга. - Да, но обоюдной боли достаточно для того, чтобы поддержать друг друга, а поддержка - это то, с чего начинается нечто большее, чем взаимовыгода. Например - понимание. Понимаешь, малыш? Ведь именно своей поддержкой, ты породил свою боль. "
Продолжение истории «Один год жизни». Глория забывает смысл слова «целеустремленность», которое прежде определяло её судьбу. Именно благодаря этому слову она однажды вырвалась из провинциального городка, именно благодаря ему она вернулась обратно, именно благодаря ему она познакомилась с Мартином и именно благодаря ему с ней произошло то, что произошло… Целей больше нет. Ни одной… Восстановление Глории проходит тяжело и со временем выясняется, что никакого восстановления вовсе нет. Время,...
Иногда ради того, чтобы обрести храбрость не нужно покупать зелье, достаточно купить новое платье.
- Элеонора, вы ведь понимаете, что никто не женится на вас? - А вы, значит, пришли в роли моего спасителя?– вскидываю бровь, пытаясь казаться надменной. Лучше так, чем жалкой и никому ненужной женщиной. - Я делаю вам деловое предложение,– спокойно отвечает он. Адриан смотрит прямо в глаза, словно речь идет о простой сделке. Ни один взгляд или жест не выдает истинных намерений этого мужчины. - Предложение окончательно проститься со своей честью и достоинством,– нервно сказала я и...
— Если что-то приносит радость, на это не жалко денег, —
- Элеонора, вы ведь понимаете, что никто не женится на вас? - А вы, значит, пришли в роли моего спасителя?– вскидываю бровь, пытаясь казаться надменной. Лучше так, чем жалкой и никому ненужной женщиной. - Я делаю вам деловое предложение,– спокойно отвечает он. Адриан смотрит прямо в глаза, словно речь идет о простой сделке. Ни один взгляд или жест не выдает истинных намерений этого мужчины. - Предложение окончательно проститься со своей честью и достоинством,– нервно сказала я и...
"<...> количество глупостей, которое способна сотворить энергичная женщина при наличии свободного времени, неиссякаемо."
Легко ли быть первой леди? Каждый шаг, каждый жест, каждое слово Изольды – повод для сплетен. И ладно бы дело ограничивалось разговорами, но желтые листовки, несмотря на все усилия Магнуса Дохерти, наводнили Город. Люди верят лжи, а еще призывам к свободе, равенству и мятежу. Кайя пытается избежать кровопролития, но Совет слишком уверен в собственной неуязвимости и не желает идти на уступки. Тень по-прежнему на свободе. А еще лорд-канцлер объявил войну, явно вознамерившись выжить Изольду из...
Лиса Элис
добавила цитату
из книги
«Моя сестра Фаина Раневская. Жизнь, рассказанная ею самой»
3 года назад
Молодым везде у нас дорога, старикам везде у нас почет. ... Это все цирк, иллюзия, обман… Нет никакого почета. Зачем мне звание народной актрисы, если у меня не будет ролей? Народная актриса без ролей, это все равно что жопа без дырки! Одна видимость и никакой пользы.
«Моей дорогой сестре» – такую надпись Фаина Раневская велела выбить на могиле Изабеллы Аллен-Фельдман. Разлученные еще в юности (после революции Фаина осталась в России, а Белла с родителями уехала за границу), сестры встретились лишь через 40 лет, когда одинокая овдовевшая Изабелла решила вернуться на Родину. И Раневской пришлось задействовать все свои немалые связи (вплоть до всесильной Фурцевой), чтобы сестре-«белоэмигрантке» позволили остаться в СССР. Фаина Георгиевна не только прописала...
Лиса Элис
добавила цитату
из книги
«Моя сестра Фаина Раневская. Жизнь, рассказанная ею самой»
3 года назад
Ипподром – жизнь в миниатюре. Одни бегают по кругу, другие надеются на удачу, а заканчивается все для всех одинаково неинтересно.
«Моей дорогой сестре» – такую надпись Фаина Раневская велела выбить на могиле Изабеллы Аллен-Фельдман. Разлученные еще в юности (после революции Фаина осталась в России, а Белла с родителями уехала за границу), сестры встретились лишь через 40 лет, когда одинокая овдовевшая Изабелла решила вернуться на Родину. И Раневской пришлось задействовать все свои немалые связи (вплоть до всесильной Фурцевой), чтобы сестре-«белоэмигрантке» позволили остаться в СССР. Фаина Георгиевна не только прописала...
Лиса Элис
добавила цитату
из книги
«Моя сестра Фаина Раневская. Жизнь, рассказанная ею самой»
3 года назад
– Субботник – квинтэссенция коммунизма! – говорит сестра [Ф. Раневская]. – Работаешь бесплатно и с песнями.
«Моей дорогой сестре» – такую надпись Фаина Раневская велела выбить на могиле Изабеллы Аллен-Фельдман. Разлученные еще в юности (после революции Фаина осталась в России, а Белла с родителями уехала за границу), сестры встретились лишь через 40 лет, когда одинокая овдовевшая Изабелла решила вернуться на Родину. И Раневской пришлось задействовать все свои немалые связи (вплоть до всесильной Фурцевой), чтобы сестре-«белоэмигрантке» позволили остаться в СССР. Фаина Георгиевна не только прописала...
Как известно, крепкое словцо и подзатыльник иногда успешно заменяют сутки уговоров
Первая книга цикла любимой читателями Галины Гончаровой, на этот раз в фантазийном сеттинге, похожем на средневековую Италию. История о приключениях двух сильных женщин В королевстве Эрвлин неспокойно. Вымирает династия. А вот не надо было в свое время завоевывать людей с помощью подлости. Они и ответили, как могли. Ты их в спину – а они тебя предсмертным проклятьем. Последний из Эрвлинов должен жениться на девушке из рода Сибеллинов. Не хочется? Любовь? Амбиции? Ну, тогда вымирай на...
Я, наверное, слишком взрослая, что бы верить в сказки про то, что человека можно изменить
Моя спокойная жизнь в очередной раз подошла к концу. Теперь в поисках ответа на загадки давно минувших дней мне придется отправиться с друзьями в дом с привидениями, о котором по всей округе гремит недобрая слава. И казалось бы, разве стоит бояться призраков, если ты помолвлена с некромантом? Но некоторые тайны прошлого охраняют слишком могущественные силы…
Главное помнить,что настоящее чудо творит именно искренняя,светлая любовь и это вовсе не сказка.
- Леди Нельсон, позвольте узнать, чего мы ждем? - Мы ждем моего жениха. Свадьба не может начаться без него. Или вы не знаете таких простых истин, лорд Лэстер? – съязвила я. - Так вот же он, - словно насмехаясь, Дэйрон показал руками на себя. - Как вы смеете предлагать подобное?! - Разве я предлагаю? Как носитель фамилии Лэстер, я имею полное право получить вас. - Вы не носитель фамилии, - не выдержала я. - А лишь бастард с грязной репутацией и отсутствием манер. Мужчина зевнул, словно я...
— Когда мы были молоды, нам тоже хотелось, чтобы мир бежал чуточку быстрее, а сейчас бывает приятно наблюдать за тишиной и покоем…
Самое страшное наказание для любой девицы королевства — отправить её на отбор невест к Себастьяну Брайнеру, некроманту, самому страшному человеку королевства. По крайней мере, именно так считал губернатор, ссылая туда Айрис. Вот только дед Айри был некромантом, сама она — бесстрашная и смелая, а ещё хочет за Себастяна замуж. Одна беда: в замке всё верх дном. Такой милый с Айрис наедине лорд Брайнер пугает своих невест одним видом, кот ведёт себя невесть как, скелеты, неведомо кем оживлённые, по...
Я знала, что не буду отдавать себя любви. В жизни хватает других целей.
Самое страшное наказание для любой девицы королевства — отправить её на отбор невест к Себастьяну Брайнеру, некроманту, самому страшному человеку королевства. По крайней мере, именно так считал губернатор, ссылая туда Айрис. Вот только дед Айри был некромантом, сама она — бесстрашная и смелая, а ещё хочет за Себастяна замуж. Одна беда: в замке всё верх дном. Такой милый с Айрис наедине лорд Брайнер пугает своих невест одним видом, кот ведёт себя невесть как, скелеты, неведомо кем оживлённые, по...
— сомнения есть всегда. Увы, но они — неотъемлемая часть жизни.
Самое страшное наказание для любой девицы королевства — отправить её на отбор невест к Себастьяну Брайнеру, некроманту, самому страшному человеку королевства. По крайней мере, именно так считал губернатор, ссылая туда Айрис. Вот только дед Айри был некромантом, сама она — бесстрашная и смелая, а ещё хочет за Себастяна замуж. Одна беда: в замке всё верх дном. Такой милый с Айрис наедине лорд Брайнер пугает своих невест одним видом, кот ведёт себя невесть как, скелеты, неведомо кем оживлённые, по...
Чтобы быть счастливым, человеку не нужен другой человек. Счастье внутри тебя и ни от кого не зависит. А вот если ты влюбилась, то считай, что попала в зависимость, и теперь другой человек решает, смеяться тебе или плакать. Чтобы влюбиться, нужно быть очень смелым и отчаянным глупцом.
Часть 1. Табулатуры В тексте есть: очень откровенно., героиня девственница, властные герои и девушка с характером Трилогия об отношениях двух непростых творческих людей. Макс — самоуверенный, циничный красавчик и рок-музыкант, интересующийся только музыкой и женщинами. Ольга — талантливая поэтесса, инфантильная, наивная девушка, вырвавшаяся из-под опеки строгого отца и столкнувшаяся с несовершенством реального мира. Между героями появляется противостояние, идущее параллельно с дружбой и...
Как ни прискорбно, но надо признаться, что большинство любовных союзов не выдерживает натиска житейских бурь, и только истинная любовь — это полное органическое слияние двух существ — способна противостоять всему, но она-то обычно и заканчивается трагической развязкой.
«Титан» — вторая книга «Трилогии желания» известного американского писателя Теодора Драйзера (1871–1945). Взлеты и падения в деловой сфере преследуют главного героя романа Фрэнка Каупервуда, а пренебрежение нормами поведения общества становится еще более ярко выраженной его характерной чертой.
Взаимное влечение и физическая близость составляют столь неотъемлемую сторону брака и вообще всякой любовной связи, что почти каждая женщина следит за проявлениями чувства у своего возлюбленного примерно так, как, скажем, моряк, плаванье которого зависит от погоды, следит за барометром.
«Титан» — вторая книга «Трилогии желания» известного американского писателя Теодора Драйзера (1871–1945). Взлеты и падения в деловой сфере преследуют главного героя романа Фрэнка Каупервуда, а пренебрежение нормами поведения общества становится еще более ярко выраженной его характерной чертой.
В жизни бывает иной раз так, как на картинах Монтичелли: отдельные предметы, фигуры, лица теряют свою обособленность, сливаются в красочное целое, и частное исчезает в общем блеске.
«Титан» — вторая книга «Трилогии желания» известного американского писателя Теодора Драйзера (1871–1945). Взлеты и падения в деловой сфере преследуют главного героя романа Фрэнка Каупервуда, а пренебрежение нормами поведения общества становится еще более ярко выраженной его характерной чертой.
Своими повадками он напоминал барана-провокатора на бойнях, ведущего перепуганное и упирающееся стадо своих собратьев под нож и достаточно смышленого, чтобы всегда вовремя отстать и спасти собственную шкуру.
«Титан» — вторая книга «Трилогии желания» известного американского писателя Теодора Драйзера (1871–1945). Взлеты и падения в деловой сфере преследуют главного героя романа Фрэнка Каупервуда, а пренебрежение нормами поведения общества становится еще более ярко выраженной его характерной чертой.
Tак жизнь, возведя человека на вершину благополучия, продолжает и там дразнить и мучить его.Впереди всегда остается что-то недосягаемое, вечный соблазн и вечная неудовлетворенность. ... Мечты крылатые! Все сгинет без следа.
«Титан» — вторая книга «Трилогии желания» известного американского писателя Теодора Драйзера (1871–1945). Взлеты и падения в деловой сфере преследуют главного героя романа Фрэнка Каупервуда, а пренебрежение нормами поведения общества становится еще более ярко выраженной его характерной чертой.
Каупервуд уже давно пришел к мысли, что человеческая природа, вне зависимости от климата и всех прочих условий, везде одинакова. Самой примечательной чертой рода человеческого было, по его мнению, то, что одни и те же люди, смотря по времени и обстоятельствам, могли быть великими и ничтожными.
«Титан» — вторая книга «Трилогии желания» известного американского писателя Теодора Драйзера (1871–1945). Взлеты и падения в деловой сфере преследуют главного героя романа Фрэнка Каупервуда, а пренебрежение нормами поведения общества становится еще более ярко выраженной его характерной чертой.
Если умеешь ругаться, постоять за себя, никогда не сдаёшься и готова перегрызть горло любому, кто тебе не понравится — ищи молодого некроманта, он обязательно оценит. Может быть, дело в том, что девушки такого типа не боялись опасностей?
Самое страшное наказание для любой девицы королевства — отправить её на отбор невест к Себастьяну Брайнеру, некроманту, самому страшному человеку королевства. По крайней мере, именно так считал губернатор, ссылая туда Айрис. Вот только дед Айри был некромантом, сама она — бесстрашная и смелая, а ещё хочет за Себастяна замуж. Одна беда: в замке всё верх дном. Такой милый с Айрис наедине лорд Брайнер пугает своих невест одним видом, кот ведёт себя невесть как, скелеты, неведомо кем оживлённые, по...
— Ну, конечно, всё этим мужчинам, от отборов до любовниц, а нам, женщинам, только и думай, как завоёвывать их сердца.
Самое страшное наказание для любой девицы королевства — отправить её на отбор невест к Себастьяну Брайнеру, некроманту, самому страшному человеку королевства. По крайней мере, именно так считал губернатор, ссылая туда Айрис. Вот только дед Айри был некромантом, сама она — бесстрашная и смелая, а ещё хочет за Себастяна замуж. Одна беда: в замке всё верх дном. Такой милый с Айрис наедине лорд Брайнер пугает своих невест одним видом, кот ведёт себя невесть как, скелеты, неведомо кем оживлённые, по...