Цитаты
285593
Не ошибается тот, кто не работает
Если жизнь загнала тебя в угол, сделай из бумаги разноцветные фонарики, укрась ими этот самый угол и живи счастливо. Евлампия Романова не боится проблем, но иногда их оказывается так много, что даже Лампа теряется. В офис Макса Вульфа пришла Ирина Галкина и заявила, что у нее пропала дочь. Клиентка называла Алису малышкой, деточкой, ребенком. Но оказалось, что «детке»… двадцать четыре года и она работает преподавателем в колледже. Мать буквально повсюду водила дочь за руку. Так, может быть,...
Если жизнь загнала тебя в угол, сделай бумажные разноцветные фонари, укрась ими этот самый угол и живи счастливо.
Если жизнь загнала тебя в угол, сделай из бумаги разноцветные фонарики, укрась ими этот самый угол и живи счастливо. Евлампия Романова не боится проблем, но иногда их оказывается так много, что даже Лампа теряется. В офис Макса Вульфа пришла Ирина Галкина и заявила, что у нее пропала дочь. Клиентка называла Алису малышкой, деточкой, ребенком. Но оказалось, что «детке»… двадцать четыре года и она работает преподавателем в колледже. Мать буквально повсюду водила дочь за руку. Так, может быть,...
нельзя лечить тело и оставлять в нем червивую душу.
Если жизнь загнала тебя в угол, сделай из бумаги разноцветные фонарики, укрась ими этот самый угол и живи счастливо. Евлампия Романова не боится проблем, но иногда их оказывается так много, что даже Лампа теряется. В офис Макса Вульфа пришла Ирина Галкина и заявила, что у нее пропала дочь. Клиентка называла Алису малышкой, деточкой, ребенком. Но оказалось, что «детке»… двадцать четыре года и она работает преподавателем в колледже. Мать буквально повсюду водила дочь за руку. Так, может быть,...
Юность в первую очередь в горящих глазах
Если жизнь загнала тебя в угол, сделай из бумаги разноцветные фонарики, укрась ими этот самый угол и живи счастливо. Евлампия Романова не боится проблем, но иногда их оказывается так много, что даже Лампа теряется. В офис Макса Вульфа пришла Ирина Галкина и заявила, что у нее пропала дочь. Клиентка называла Алису малышкой, деточкой, ребенком. Но оказалось, что «детке»… двадцать четыре года и она работает преподавателем в колледже. Мать буквально повсюду водила дочь за руку. Так, может быть,...
В любом возрасте можно сохранить способность радоваться и быть красивой. Как этого добиться? Да очень просто. Не надо ждать ни от кого подарков, купи сама себе мороженое и съешь его с восторгом. И с красотой тоже просто
Если жизнь загнала тебя в угол, сделай из бумаги разноцветные фонарики, укрась ими этот самый угол и живи счастливо. Евлампия Романова не боится проблем, но иногда их оказывается так много, что даже Лампа теряется. В офис Макса Вульфа пришла Ирина Галкина и заявила, что у нее пропала дочь. Клиентка называла Алису малышкой, деточкой, ребенком. Но оказалось, что «детке»… двадцать четыре года и она работает преподавателем в колледже. Мать буквально повсюду водила дочь за руку. Так, может быть,...
И ни разу – ни разу! – парень не попытался засунуть руки мне под платье или прижаться мокрыми губами к шее. Не отпускал пошлых шуточек, не поправлял демонстративно стояк в штанах, не звал в гости на пару палок чая и не давил на меня зверем и животной силой.
Жила-была девочка. Допустим, Красная Шапочка. Студентка, отличница и просто красавица.
И жил-был мальчик. Допустим, Серый Волк. Смельчак, шалопай и Хозяин Тёмного-тёмного леса.
И вот однажды Красная Шапочка собрала симпатичный чемоданчик, надела нарядное летнее пальто, обула модные туфли и отправилась прямиком в Тёмный-тёмный лес, спасать от злых лесорубов собственного жениха...
А угодила прямиком на свадьбу.
Свою собственную.
С кем бы вы думали?..
Их и впрямь было жаль — как было бы жаль любого, пережившего настоящую трагедию: на мгновение болезненно сжимается под грудью и тут же мелькает эгоистичное «Только бы не со мной!»
Хорошо вернуться домой дипломированной магичкой: известной, богатой, при муже и детях… Но если за годы разлуки все, чего ты добилась, это должность прислуги в богатом доме, тебя ждут презрение, насмешки или снисходительная жалость. Но вернуться придется: иначе кто поднимет почти разорившееся хозяйство, восстановит магический алтарь и раскроет убийство главы рода? Леди Летиции предстоит отбиться от демонов Междумирья, вампиров и оборотней, приструнить зарвавшихся полицейских, родичей и соседей…...
– Люблю, когда утро начинается с раскрытого преступления, – хохотнул Давидовский. – Даже если и случайно раскрытого!
Уездный городок Броцлав потрясен ужасным происшествием: в своем доме жестоко убит аптекарь, а его дочь, красавица Клара Новак, бесследно исчезла. Свидетелей нет, дом перевернут с ног на голову, но вроде бы ничего не украдено. Что же случилось? Распутать это дело и разыскать рейну Новак, в которую давно безответно влюблен, берется следователь местного управления магконтроля Глеб Ковальский. Сможет ли он поймать убийцу и найти Клару? Возможно, Глебу в этом поможет новый, внезапно появившийся в...
Его слова отхлестали меня не хуже кнута. Я отшатнулась от мужчины и словно со стороны увидела нас. Он — взрослый, сильный, состоятельный и безумно привлекательный мужчина. Я — мелкая, глупая, влюбчивая девчонка с улицы, вешающаяся ему на шею!
— На аборт собралась, красотка? Низкий хриплый голос мгновенно парализует меня. Я сразу узнала незнакомца, с которым провела ночь и забеременела. Пытаюсь убежать, но он хватает меня под локоть. — Аборт отменяется. Будешь рожать. В машину! Паника заставляет меня дрожать. Я едва дышу. — С вами?! Ни за что не поеду! — Поедешь, как миленькая. Родишь моего ребёнка. Взамен устрою тебе роскошную жизнь и избавлю от всех проблем… — Я не хочу… Последняя попытка вырваться оканчивается ничем. Он...
Он никогда не был праведником и не расстраивался по этому поводу. Жизнь была такая непредсказуемая и опасная
— На аборт собралась, красотка? Низкий хриплый голос мгновенно парализует меня. Я сразу узнала незнакомца, с которым провела ночь и забеременела. Пытаюсь убежать, но он хватает меня под локоть. — Аборт отменяется. Будешь рожать. В машину! Паника заставляет меня дрожать. Я едва дышу. — С вами?! Ни за что не поеду! — Поедешь, как миленькая. Родишь моего ребёнка. Взамен устрою тебе роскошную жизнь и избавлю от всех проблем… — Я не хочу… Последняя попытка вырваться оканчивается ничем. Он...
Я наконец поняла, мама. Если не подпускать их близко и, если уж на то пошло, не влюбляться в них слишком сильно, они не смогут ранить тебя своим уходом. Но, как и со многим другим в жизни, с этим открытием я безнадёжно опоздала.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
— Ты сама сказала, что у вас нет отношений, как у мужчины с женщиной. У вас договор на материнство. Со своими работниками я бы тоже так общалась и не позволяла им звать меня по имени. Но я же веду беседу на другом уровне. На личном, понимаешь?
— На аборт собралась, красотка? Низкий хриплый голос мгновенно парализует меня. Я сразу узнала незнакомца, с которым провела ночь и забеременела. Пытаюсь убежать, но он хватает меня под локоть. — Аборт отменяется. Будешь рожать. В машину! Паника заставляет меня дрожать. Я едва дышу. — С вами?! Ни за что не поеду! — Поедешь, как миленькая. Родишь моего ребёнка. Взамен устрою тебе роскошную жизнь и избавлю от всех проблем… — Я не хочу… Последняя попытка вырваться оканчивается ничем. Он...
Вообще-то она отлично понимала: чтобы печь такие сладости, какие получались у Хаддамов, люди должны быть добрыми и хорошими. Человек оставляет в выпечке частичку своей души, и если в сердце тяжесть, то и печенье получится тяжелое и мрачное. Но все, что пекли Хаддамы, было легким и добрым.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
На его перилах висят сотни замков – символ вечной любви. Но я знаю по опыту: вешай замки или не вешай, вечной любви не бывает.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Иногда нам выпадает счастье,а мы боимся его увидеть.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Мы все что-то выбираем и чем-то жертвуем ради того, что кажется нам правильным и необходимым.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Но некоторые воспоминания стереть невозможно, даже если человек всю жизнь прожил, прикидываясь, будто ничего этого не было.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Тот, кто спасает одну жизнь, спасает целый мир.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Воображение порой оказывается более талантливым живописцем, чем реальность.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Эх, вот ничего человеческого и душевного в нас не осталось. Все только требуют, орут и ругаются! Ну неужели нет такого места, где учитель — это почетно и престижно, где его уважают как личность? Есть, точно знаю, что есть страны, в которых учитель — это звучит гордо!
Мечты рано или поздно должны исполняться! Хотела я, чтобы моя профессия ценилась? Пожалуйста! Получите и распишитесь! А то, что в другой мир попала, так не беда, главное найти хороших друзей, выучиться и не попасть в сомнительную историю!
— Твоя вина не только в этом, Настя. Ты очень доверчивая и непосредственная.
— Это преступление?
— На аборт собралась, красотка? Низкий хриплый голос мгновенно парализует меня. Я сразу узнала незнакомца, с которым провела ночь и забеременела. Пытаюсь убежать, но он хватает меня под локоть. — Аборт отменяется. Будешь рожать. В машину! Паника заставляет меня дрожать. Я едва дышу. — С вами?! Ни за что не поеду! — Поедешь, как миленькая. Родишь моего ребёнка. Взамен устрою тебе роскошную жизнь и избавлю от всех проблем… — Я не хочу… Последняя попытка вырваться оканчивается ничем. Он...
Но когда что-то делаешь, чувствуешь себя лучше, чем когда не делаешь ничего.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Вот ведь как бывает - надеешься получить от жизни всё, а в результате только хлопот полон рот.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Всем нам столько лет, на сколько мы себя чувствуем.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Как это, наверное, здорово - быть молодым, независимым, когда нет никакой ответственности, нет ни дочери-подростка, которая тебя ненавидит, ни семейного дела, которое без тебя развалится.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...