Мечта всех дам в романах - мрачный и крутой герой, который со всеми сволочь, а с ними розовая пусечка, но в жизни так не бывает. Если мужчина привык всех давить и подчинять, он и в семье будет тираном. А если женщина превратится в его тень... Сколько времени пройдет, прежде, чем он утратит к ней интерес?
Если вы друг другу суждены, так судьба вас обязательно сводить будет.
настоящей любовью люди, как костром, греются. А похоть - она только пачкает многое. И тело, и душу
если есть зло, с ним надо бороться
– сообщение от Азамата: «Зная твою любознательность, оставил дверь приоткрытой»
– Этот Муданг! Куда ни плюнь, все жизнь кому-нибудь испортишь!
I was unfair to him, of course, but where would I have been without unfairness?
Маркус Мендоса оставлять хозяйку без присмотра не собирался. Тем более, с чужаком! Им доверься... и мясо съедят, и мышей выловят! Приличные коты гостей без присмотра не оставляют, это уж точно...
Оставалось только поздравлять молодых, и мечтать удрать. Но поди, увернись от счастливых людей!
Догонят и силком радоваться заставят!
В какую булочку дерьмо не запихни, повидла не получится!
Высокий, здоровенный, подтянутый, на холеном лице кой-какой интеллект временами высвечивается.
Молчание — мука мученическая.
Человек - он же врет!
Всегда врет, везде врет, бессмысленно и беспощадно! Самое главное что?
Что с убытком для себя врет!
Понятно, ты себя умным считаешь! Но зачем всех остальных-то в дураки записывать? Может, они тоже умные?
Раз тебя послушают, два послушают, а на третий сопоставят, да и не поверят. Причем больше никогда. И не отболтаешься, чай, не колокол...
То, что он работает в сфере закона и порядка, еще ничего не значит, и в его время двурушников хватало. И тех, кто шел в полицию, чтобы свои делишки проворачивать.
А уж таможенников вообще можно вешать через три года беспорочной службы. За что?
За шею!
Вернее, из-за ее кошки, кошка забралась и застряла. Дед-то мой говорил, что ничего, слезет, скелета кошки на дереве никто не видел, но…
Если выбирать между Карраско и Риалоном? Да Тони б и минуты не задумалась! Если выбирать между Карраско и голодным крокодилом... согласитесь, ведь милая же ящерка! И с такой очаровательной улыбкой?
– Кир, – говорю я с усилием, присобачивая ярлык странному явлению реальности. Потом понимаю, что все вопросы, которые я хочу задать, за один раз сквозь глотку не пролезут, и еще одним нечеловеческим усилием ума нахожу выход: – Включи камеру на телефоне!
– Вот ведь зеленый виноград эти муданжские мужики! Ты у нас хирург, скажи, может, им можно что-нибудь в мозгах подправить?
– Механически вряд ли, – с напускной серьезностью отвечаю я. – Но они эмпирически обучаемы.
— А можно спросить? — встревает фотограф, запечатлев мою коллекцию парадных нарядов. — Вы, когда печальных лечите, как одежду предохраняете? Или вы только издалека консультируете?
— Да нет, что вы, для этого у меня специальная одноразовая рабочая одежда есть, — усмехаюсь я. — Там, в кабинете лежит. Ещё не хватало думать о сохранности вещей, когда по уши в крови копаешься в человеческих внутренностях… Э, вы чего? Ах да, я забыла, что вы целителей боитесь…
К своей жене он и правда очень трепетно относится, насколько я успела заметить, но бросить любимую престижную работу и стать изгоем ради любви… Кто скажет — романтика, я скажу — трагедия. И самое ужасное, не дай бог он её разлюбит, а обратного пути нет…
Байч-Харахи возвращаются затемно. Я слышу ржание, беру сковородку поувесистее и встаю сбоку от входной двери.
А я сижу и кайфую: мужики работают, ребёнок спит, лошади в стойле, пёс в конуре, куница в вольере, котята на диване. Да ещё в доме прибрано — уборщик приходил. Лепота.
Свежее молоко из мамы — это последнее время прям деликатес, мама шляется по чужим людям и возится с их детьми вместо того, чтобы со своим сидеть.
Я же пришла спросить, вы, наверное, умеете как-то узнавать, понесла женщина или нет? Да, и ещё, если всё-таки понесла, то пиццу можно? С ветчиной?
А тётеньки, надо сказать, не маленькие. Понимаю, конечно, что беременные, но такие лица одной беременностью не наешь.