Цитаты
285598
— Твоя вина не только в этом, Настя. Ты очень доверчивая и непосредственная.
— Это преступление?
— На аборт собралась, красотка? Низкий хриплый голос мгновенно парализует меня. Я сразу узнала незнакомца, с которым провела ночь и забеременела. Пытаюсь убежать, но он хватает меня под локоть. — Аборт отменяется. Будешь рожать. В машину! Паника заставляет меня дрожать. Я едва дышу. — С вами?! Ни за что не поеду! — Поедешь, как миленькая. Родишь моего ребёнка. Взамен устрою тебе роскошную жизнь и избавлю от всех проблем… — Я не хочу… Последняя попытка вырваться оканчивается ничем. Он...
Но когда что-то делаешь, чувствуешь себя лучше, чем когда не делаешь ничего.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Вот ведь как бывает - надеешься получить от жизни всё, а в результате только хлопот полон рот.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Всем нам столько лет, на сколько мы себя чувствуем.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Как это, наверное, здорово - быть молодым, независимым, когда нет никакой ответственности, нет ни дочери-подростка, которая тебя ненавидит, ни семейного дела, которое без тебя развалится.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Я привыкла воспринимать жизнь как череду закрытых дверей. До этого момента мне даже в голову не приходило простое соображение: иногда всё, что нужно сделать, – это открыть их.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Вот такой у меня способ справляться с трудностями - я прячу голову в песок и дожидаюсь, пока буря пройдёт стороной. Иногда срабатывает. Но чаще песчинки просто слепят мне глаза
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Не стоит сожалеть о прошедшем, лучше смотреть в будущее. Будущее можно изменить, а прошлое не изменишь.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Он рос в стае таких же потерянных и никому не нужных детей, но стая была злобной и презирала проявление слабости. Слабаков забивали толпой.
— На аборт собралась, красотка? Низкий хриплый голос мгновенно парализует меня. Я сразу узнала незнакомца, с которым провела ночь и забеременела. Пытаюсь убежать, но он хватает меня под локоть. — Аборт отменяется. Будешь рожать. В машину! Паника заставляет меня дрожать. Я едва дышу. — С вами?! Ни за что не поеду! — Поедешь, как миленькая. Родишь моего ребёнка. Взамен устрою тебе роскошную жизнь и избавлю от всех проблем… — Я не хочу… Последняя попытка вырваться оканчивается ничем. Он...
Было тихо, и наши шаги звучали особенно драматично и громко.
— На аборт собралась, красотка? Низкий хриплый голос мгновенно парализует меня. Я сразу узнала незнакомца, с которым провела ночь и забеременела. Пытаюсь убежать, но он хватает меня под локоть. — Аборт отменяется. Будешь рожать. В машину! Паника заставляет меня дрожать. Я едва дышу. — С вами?! Ни за что не поеду! — Поедешь, как миленькая. Родишь моего ребёнка. Взамен устрою тебе роскошную жизнь и избавлю от всех проблем… — Я не хочу… Последняя попытка вырваться оканчивается ничем. Он...
Сестра уже распределила роли. Значит, красавца она оставила себе, а мне щедро пообещала какого-то мифического друга.
— На аборт собралась, красотка? Низкий хриплый голос мгновенно парализует меня. Я сразу узнала незнакомца, с которым провела ночь и забеременела. Пытаюсь убежать, но он хватает меня под локоть. — Аборт отменяется. Будешь рожать. В машину! Паника заставляет меня дрожать. Я едва дышу. — С вами?! Ни за что не поеду! — Поедешь, как миленькая. Родишь моего ребёнка. Взамен устрою тебе роскошную жизнь и избавлю от всех проблем… — Я не хочу… Последняя попытка вырваться оканчивается ничем. Он...
Приятно поговорить с умным человеком не только в зеркале.
Учила меня мама не обманывать, не воровать, не перечить старшим и не связываться с преступниками. А потом я стала стражницей и командиром первого разведывательного отряда Аркхарии. И отправилась с секретной миссией, да не абы куда, а в Греморскую Академию Магических Искусств.
И вот тут мне пришлось выучить совсем другие правила.
Еще неизвестно , что принесет завтрашний день - или послезавтрашний .Один день, одна неделя,один месяц могут все изменить.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Бог один, Он живет на небе и слышит всех нас. Это только здесь на земле мы все путаем и спорим, как в Него верить. Но какое это имеет значение, если каждый верит, что Он есть?
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Жизнь нас меняет, пусть мы сами не замечаем, как это происходит, потому и невозможно вернуть прошедшие годы.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Мне ясно одно – сказки в конце концов становятся правдой, если только нам хватает мужества не терять веру.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Любовь окружает нас со всех сторон. Но чем старше мы становимся, чем больше нас обижают, ранят, тем труднее бывает увидеть любовь, даже когда она прямо перед нами. И тем сложнее принять любовь в своё сердце и по - настоящему в неё поверить. А если ты не можешь принять любовь или не можешь заставить себя в неё поверить, то рискуешь так её и не испытать.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
...встречать новое утро – все равно что разворачивать полученный от Бога подарок.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Обстоятельства рвут нас на части. От наших решений часто зависит судьба. Но - сердце - это компас, который всегда укажет правильный путь.
Тридцатишестилетняя Хоуп, когда-то мечтавшая о профессии юриста, вынуждена спасать от разорения доставшуюся по наследству семейную кондитерскую в небольшом городке недалеко от Бостона. В ее жизни наступил трудный период: умерла мама, ушел муж, после развода осложнились отношения с дочерью-подростком и, в довершение ко всему, любимая бабушка – ее последняя опора – тяжело заболев, теряет память. Понимая, что не имеет права унести с собой тайну, которую хранила более семидесяти лет, бабушка...
Но такова уж тяжелая сыновья доля: время от времени давать папе всласть прокричаться. Ведь если бы Глеб не устраивал отцу периодическую эмоциональную разгрузку, того бы непременно хватил инфаркт. Но разве хоть кто-то скажет за это простое человеческое спасибо?
Они встретились в холле отеля «Равенна». И это оказалось началом конца. На следующий день отец выставил Глеба на улицу, а Алину уволили с работы с волчьим билетом и отсутствием перспектив вернуться в профессию. Казалось, их встреча испортила жизнь обоим. Привычная жизнь рухнула, и на осколках, похоже, невозможно построить новую. Романы Дарьи Сойфер уже полюбили тысячи читателей. Ее героини, смешные, неловкие, но в то же время сильные и смелые, вдохновляют многих девушек на кардинальные...
"— Вот ты знаешь — как это сложно быть рыжей? Это статус! Это ответственность! Нас не так много! Рыжих дур не бывает!
— Тебе надо перекраситься."
Аля верит, что настоящая любовь начинается со вспышки. С незабываемой и яркой. Главное не перепутать ее с каким-нибудь ложным мерцанием.
И одна встреча может решить все, перетасовать ее карты и подтолкнуть Алину в объятия самых настоящих чувств. Главное - не сопротивляться.
"— А,Вы, Алина Николаевна, на завтрак что едите? Почему от вас так хамством разит?"
Аля верит, что настоящая любовь начинается со вспышки. С незабываемой и яркой. Главное не перепутать ее с каким-нибудь ложным мерцанием.
И одна встреча может решить все, перетасовать ее карты и подтолкнуть Алину в объятия самых настоящих чувств. Главное - не сопротивляться.
Детей надо рожать, а не спать с ними...
Он бросил меня, я посадила его за решетку. Между нами ненависть, боль и миллион "почему?". Но ответив хотя бы на одно из них, можно ли простить? И есть ли шанс начать заново?
Содержит нецензурную брань.
...только потеряв, начинаешь понимать, что пока боролся с ветряными мельницами, упустил главное, суть.
Он бросил меня, я посадила его за решетку. Между нами ненависть, боль и миллион "почему?". Но ответив хотя бы на одно из них, можно ли простить? И есть ли шанс начать заново?
Содержит нецензурную брань.
Когда раскатываешь себя персидским ковром перед кем-то, а об тебя, как об тряпку вытирают ноги, с разговорами пора заканчивать.
Он бросил меня, я посадила его за решетку. Между нами ненависть, боль и миллион "почему?". Но ответив хотя бы на одно из них, можно ли простить? И есть ли шанс начать заново?
Содержит нецензурную брань.