Может, кого-то брутальные книжные красавчики, которые в ответ на все попытки уйти безапелляционно возражали «не пущу», а то и вовсе с рычанием заваливали героиню в кровать, заставляли млеть, но у меня вызывали исключительно раздражение. Когда с твоими желаниями никто не намерен считаться, это эгоизм и собственничество, и ничего более.
Рвать с тем, с чем хочется порвать, лучше сразу: пока не успел пустить корни – помимо ростков, и так уже успевших привязать тебя к слишком многим вещам.
Бежать от тьмы глупо. Лучше заглянуть в неё, познать её… и не падать в неё, но взять лучшее, что она может тебе дать. Врага надо знать в лицо, однако мы никогда не познаем того, чего боимся и что слепо себе запрещаем. А чтобы перестать бояться, для начала нужно это принять.
Только в книжках ничего не бывает просто так. Только в детективах вроде бы случайная смерть обязательно окажется неслучайной, – а в реальности люди умирают от того, что с крыши им на голову падает сосулька. Сама собой.
Если вы берёте пленного и не убиваете его, вы думаете, что оказали ему милость. А избиения, пытки, жестокость – всё это становится нормальным. Вот что страшнее всего. Тебя делают просто крохотной частью чего-то огромного, беспощадного, жуткого. Ты исполняешь приказы, идёшь вперёд, прокладываешь свой кровавый путь – не думая, не сомневаясь. И враги становятся всего лишь… цифрами. Единицами. Бесконечным списком тех, кого надо вычеркнуть, чтобы этот кошмар наконец закончился… Но однажды ты сбиваешься со счёта. Перестаёшь чувствовать радость, тепло, любовь, зато в полной мере ощущаешь ненависть, ярость, жажду крови. Желание отомстить за всех, кто уже погиб на твоих глазах. А когда война заканчивается, ты ещё долго не можешь улыбаться, и чувствовать всё то, что умел чувствовать раньше, – тоже. И тебя преследует только одно: осознание, что их больше нет. Тех, кого ты когда-то знал. Того, что ты когда-то знал. И мысль… А почему тогда всё ещё есть я?..
Ядовитые цветы часто выглядят безобидными в своей хрупкой красоте.
иногда милые мальчики вырастают в мужчин, которые способны на страшные вещи.
У каждого своя броня, которой он защищается от жестокого мира. У Фрайна и Фаника – улыбка, искренняя и светлая, а у Лода… бессердечная. Ведь чувства – слабость, и, обнажая их, ты всегда подставляешь себя под удар. Показываешь свою уязвимость. И можно ли тогда винить того, кто прячет эту уязвимость от окружающих?
Куда хуже приходится тому, кто прячет её от самого себя.
– Мы вообще часто называем любовью что-то другое. Можно быть прекрасными супругами и плохими любовниками. Можно быть прекрасными любовниками и плохими друзьями. А любовь должна включать в себя хотя бы два компонента, и без дружбы, без единения умов и душ, она – фальшивка, не более.
– Если бывает любовь с первого взгляда, то почему не быть дружбе с первого взгляда?
Убийство есть убийство. Всегда и везде. И нет никакой разницы, как ты убил кого-то: в бою по каким-то «правилам» или ножом в спину, – мой ответ прозвучал чуть резче, чем мне хотелось. – Кто-то оправдывает кровь на своих руках «честным поединком» и высокомерно осуждает тех, кто убивает тайно, в ночи. Но это гнусное лицемерие, ведь между ними нет никакой разницы. Оба – убийцы. Просто один принял это и не гнушается пользоваться наиболее эффективными методами, а другой прячется от неприглядной правды за своими «правилами». – Я откинулась на спинку кресла. – Можно жалеть о том, что ты убил невинного. Можно жалеть о том, что ты вообще убил кого-то. Но жалеть о том, как именно ты его убил, глупо и смешно.
улыбка растворяет боль, и если носить эту маску на лице как броню, то со временем она прирастает к коже, и ты действительно начинаешь смотреть на всё с улыбкой. Даже на самые плохие вещи.
Мы не выбираем, кого любить.
жизнь научила меня одной простой вещи: если человек, который ничем тебе не обязан, вдруг ведёт себя со сверхъестественной доброжелательностью, – скорее всего, за этим последует подстава.
Страх – хороший рычаг управления, но когда твой трон держится лишь на нём, в какой-то миг он начнёт шататься. Страх, уважение и любовь – они должны идти рука об руку.
Самый очевидный ответ редко бывает правильным.
для всякого правила обязано существовать подтверждающее исключение.
Упиваться собственными страдашками – самое контрпродуктивное занятие из всех возможных.
Память. Забавная штука. И со временем начинает выкидывать странные вещи. То, что было очень давно, не оставляет в покое, будто случилось вчера, зато многое из того, что произошло совсем недавно, отступает на второй план.
- Повелитель! Чужаки за городом! Мы их окружили, но они превратились в драконов, и не боятся нашего огня!
Айpимир быстро взглянул на Даниона.
- Это наши, мы разделились, – кивнул король и рассержено рыкнул: - Вы кидались в них огнём?
- Да чё им сделается, громилам? – обижено возмутился парень. - Они в ответ плюются, гады.
- Крайен! Это гости! Вернись и проводи их во дворец, в целости и сохранности, – строго приказал повелитель
– Мэтр, где таких красавиц выдают?
- Таких красавиц, молодой человек, похищают, - гордо поделился опытом маг, приобняв за плечи Дайру и совершенно не беспокоясь, что Дорган молодой орк, а не человек.
- Знаем, знаем, – заунывно прогундосил гном, - похищают и утаскивают за черту. С нами уже поделились опытом счастливой семейной жизни. Влюбился, женился и вперёд – освобождать драконов, исполнять пророчества или искать богов!
- Подожди, Каррочка, а как же его величество? – ехидно скорчил рожицу хитрый оборотень.
- А что его величество? – невозмутимо пожала плечами ворона. - Главное, что мой король рядом и это совсем не означает, что я должна теперь постоянно сидеть у него за пазухой. Да и опасно это.
- Чем это опасно? – округлил глаза Лаен, действительно не поняв о чём речь.
- Так ведь Тэйлочка может рассердиться приревновать и в два счёта ощипать меня как курицу, - беспечно пояснила ворона, вызвав своими словами целый взрыв смеха.
- Ты не имеешь права ему запрещать! – стояла на своём пернатая баронесса.
- Я не имею? - возмущённо зарычал золотистый дракон.
– Теперь, когда нашлись дети, не имеешь! Не надо заставлять взрослого мужчину делать выбор между сыном и долгом. Сам подумай, что он выберет? Ты хочешь сломать Трану жизнь? Он обязательно выберет сына, но ослушается повелителя, как ему потом быть?
- Я всё поняла, пусть женятся! Α что, такую жену ещё поискать. Я воспитанная, умная и красивая. Правда бестелесная немного и давно умерла, но у каждого свои недостатки. Ведь так?
Вот верно говорят – счастье есть, главное дождаться, когда оно привалит.