Цитаты

...дружба людей могущественных дороже золота.

Если волки промеж собой грызутся, нам же лучше - значит, целы будем.

Кому это интересно? Кому надо, чтобы народ вообще имел свои мнения?

Пусть у меня нет счастья, зато у меня есть скипетр и королевство.

Но судьбы человеческие свершаются не вдруг, и никому не ведомо, какому из его случайных поступков суждено дать ростки, почки, ветви. Никому и в голову не могло прийти, что поцелую, которым обменялись влюбленные возле ржаного поля, суждено в один прекрасный день изменить историю Франции.

Люди, призванные сыграть важную роль в истории народов, по большей части не знают, каких событий они станут орудием.

Каждый человек отчасти склонен думать, что мир родился вместе с ним, и мучится, прощаясь с жизнью, так как ему кажется, что вместе с ним обрываются пути Вселенной.

Ведь я выдал вас замуж отнюдь не за мужчину, а за короля.

Мне стало обидно. Что охрана есть, а мне не сказали. Да разве стала бы я от них бегать? Дала бы ребёнка, чтобы несли, и пусть себе охраняют, пусть везут в больницу. И тащить добрый километр родную тяжёлую жопку на руках бы не пришлось! Ещё обидно стало, что так никакого сюрприза с подарками не будет. А потом вспомнила, почему никакой информации о нас нет – документов то не было. Да ещё и дату рождения и фамилию своего Львеныша я до сих пор не знаю, ладно хоть и не пытали там, видели, что в состоянии аффекта. Так что по всем их сводкам я, наверное, числюсь просто чокнутой мамашей.

Бандитский подкидыш

Ирка Шайлина

Что я знала о бандитах? Точно не то, что один из них подкинет мне своего младенца! Сначала в моей жизни появился самый опасный мужчина в мире, а потом, на пороге моего дома, малыш в люльке. И я знаю, что мне нужно делать – позвонить в полицию. Отдать его. Я не могу просто взять чужого ребёнка! Но в записке говорится о том, что ему грозит опасность… И, пожалуй, глядя в это маленькое личико, глаза, как у папы, я готова рискнуть всем. И вовсе не потому, что мне до сих пор снятся руки мужчины, имени...

Существуют женщины, чей взгляд говорит: "Я твоя, твоя с первой минуты, как тебя увидела", - но это обман, просто у них такой взгляд от природы; с тем же точно выражением глядят они на стул, на дерево, и в конце концов от них не добьешься даже поцелуя.

Он желал, чтобы его одновременно и боялись, и любили. Непомерно большое притязание...

Молодости свойственно быстро обретать вновь не только свои силы, но и свои иллюзии. Преодоленная опасность лишь укрепляет ее веру в себя, толкает на поиски новых приключений.

Чем богаче женщина, тем дороже она нам обходится.

Люди посредственные терпят около себя лишь льстецов, что и понятно: стараниями льстеца посредственность может не считать себя таковой.

Призвание, склонность – так называют страсть, когда хотят ее облагородить.

– Это чего это? – удивилась Катька.
– Ключи. От квартиры твоей новой.
Следующие десять минут я молчал, потому что слова вставить было некуда – Катьке нашлось, что сказать. Слушал и любовался ею, такой красивой и злой. Узнал много нового и интересного о себе. Ещё о том, что не все можно купить. Вот Катька – не продаётся. А я…а я вообще зажравшийся миллионер и бандюга, который думает, что все ему можно. На этом месте я с тоской подумал о том, что ничего мне не можно. Я вот Катьку целовать хочу, а нельзя. Ещё услышал, что красивые мужики наглые и бессовестные, покосился в крошечное зеркало над умывальник ом, мельком порадовался, что красивым меня считает.
– Всё сказала? – спросил я, когда она выдохлась, а она в ответ сердито блеснула глазами. – Тогда слушай теперь. Ты спасла моего сына. Он бесценен. Ты меня спасла, хотя я Льва, конечно же, куда дешевле. И ты посмел сравнивать какую-то жалкую квартирку с жизнью целого Львенка???

Бандитский подкидыш

Ирка Шайлина

Что я знала о бандитах? Точно не то, что один из них подкинет мне своего младенца! Сначала в моей жизни появился самый опасный мужчина в мире, а потом, на пороге моего дома, малыш в люльке. И я знаю, что мне нужно делать – позвонить в полицию. Отдать его. Я не могу просто взять чужого ребёнка! Но в записке говорится о том, что ему грозит опасность… И, пожалуй, глядя в это маленькое личико, глаза, как у папы, я готова рискнуть всем. И вовсе не потому, что мне до сих пор снятся руки мужчины, имени...

Молчит. А потом… Нет, лучше бы и дальше молчала, право слово.
– Давид, – начинает она, и моё сердце замирает. – У тебя не будет пару тысяч в долг? Не до зарплаты даже, работы у меня нет, но я копила на отпуск, у меня дома есть, я верну.
– Дура, – в сердцах говорю я. – Вещи свои собирай и поедем.
– Нет у меня вещей.
Теперь себе говорю – молчи. И не молчу…
– Он тебе ничего не купил? Я думал он щедр…к своим бабам.
Отшатывается назад, словно я пощёчину дал, а я ненавижу себя в этот момент, кажется, сильнее ненавидеть невозможно.
– Я думала, ты хороший, – тихо говорит Катя.

Бандитский подкидыш

Ирка Шайлина

Что я знала о бандитах? Точно не то, что один из них подкинет мне своего младенца! Сначала в моей жизни появился самый опасный мужчина в мире, а потом, на пороге моего дома, малыш в люльке. И я знаю, что мне нужно делать – позвонить в полицию. Отдать его. Я не могу просто взять чужого ребёнка! Но в записке говорится о том, что ему грозит опасность… И, пожалуй, глядя в это маленькое личико, глаза, как у папы, я готова рискнуть всем. И вовсе не потому, что мне до сих пор снятся руки мужчины, имени...

– Зачем к тебе приходит Рафаэль?
Вопрос словно между делом. Он и правда приходит. Как бы между делом. Я понимаю почему – ему просто любопытно. Он знал Давида много лет и никак не мог поверить, что тот доверил своего сына мне. И что я бросила ради этого ребёнка все. И отдам то последнее, что у меня осталось – свою жизнь.
– Может уже второй мужчина решил, что я лучше тебя, – наугад отвечаю я.
И попадаю чётко в цель. Она боится. Она ревнует. Может даже любить умеет, его одного, по своему. Или это просто ревность? Желание обладать человеком полностью?
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Ты смешная, – заключает наконец она, беря себя в руки.

Бандитский подкидыш

Ирка Шайлина

Что я знала о бандитах? Точно не то, что один из них подкинет мне своего младенца! Сначала в моей жизни появился самый опасный мужчина в мире, а потом, на пороге моего дома, малыш в люльке. И я знаю, что мне нужно делать – позвонить в полицию. Отдать его. Я не могу просто взять чужого ребёнка! Но в записке говорится о том, что ему грозит опасность… И, пожалуй, глядя в это маленькое личико, глаза, как у папы, я готова рискнуть всем. И вовсе не потому, что мне до сих пор снятся руки мужчины, имени...

– Когда он родился, – Аделина словно понимает, о чем я думаю, угадывает. – У меня не было молока. Лев кричал, как голодный птенец, широко открывая рот. Другие младенцы спали, я специально смотрела, а этот кричал. И я радовалась, что он не будет меня есть. А потом молоко пришло. Я проснулась, а белье на мне мокрое, все в этих разводах молока, словно я не человек, а корова дойная. Мне так противно стало. Мы лежали в частной клинике, очень дорогой, отдельная палата. Лев проснулся, словно почувствовал запах моего молока, и начал кричать так, что я думала, он умрёт сейчас. И прибежала медсестра. Сказала, что нужно приложить его к груди. Я отказалась. Я хорошо ей заплатила, и она принесла мне лекарство из-за которого молоко просто исчезло. Конечно, Давид хотел, чтобы я кормила грудью, но этого он так и не узнал. У нас с тобой теперь есть маленький секрет, словно мы подружки. Я гадкая?

Бандитский подкидыш

Ирка Шайлина

Что я знала о бандитах? Точно не то, что один из них подкинет мне своего младенца! Сначала в моей жизни появился самый опасный мужчина в мире, а потом, на пороге моего дома, малыш в люльке. И я знаю, что мне нужно делать – позвонить в полицию. Отдать его. Я не могу просто взять чужого ребёнка! Но в записке говорится о том, что ему грозит опасность… И, пожалуй, глядя в это маленькое личико, глаза, как у папы, я готова рискнуть всем. И вовсе не потому, что мне до сих пор снятся руки мужчины, имени...

Дина поставила на столик блюдо, сдернула с него салфетку – пирога кусок. На вид весьма аппетитный, не сладкий, с мясом.
– Замуж я выхожу. Мужики поехали сватать и торговаться. Без меня, так положено. Вот и волнуюсь.
Я поставила себя на ее место – и правда, волнительно. И переживательно. И жалко её – выходи вот так замуж, когда твоего принца уже какая-то беспородная Мурка захапала. Я её погладила по волосам. Даже приобняла. Вот она какая, бабская солидарность.
– Все будет хорошо, – неловко утешила я.
– Наверное, – всхлипнула она в моё плечо. – А пирог ты ешь… Сама я пекла весь день пироги, положено у нас так…

Бандитский подкидыш

Ирка Шайлина

Что я знала о бандитах? Точно не то, что один из них подкинет мне своего младенца! Сначала в моей жизни появился самый опасный мужчина в мире, а потом, на пороге моего дома, малыш в люльке. И я знаю, что мне нужно делать – позвонить в полицию. Отдать его. Я не могу просто взять чужого ребёнка! Но в записке говорится о том, что ему грозит опасность… И, пожалуй, глядя в это маленькое личико, глаза, как у папы, я готова рискнуть всем. И вовсе не потому, что мне до сих пор снятся руки мужчины, имени...

Я хотел бы просто остаться с ней. Но я мужчина. Я не буду прятаться. Бросаю на стол свёрток. Катя открывает. Там – документы. Паспорт, свидетельство о рождении. От настоящих не отличить. Катю теперь зовут Татьяной. Лев её сын.
– Но…
– Никаких но. Это временно. Просто подожди и я все решу.
Она качает головой, словно понимая, что просто не получится. Лев просыпается, плачет, жалобно, словно тоже понимает все.

Бандитский подкидыш

Ирка Шайлина

Что я знала о бандитах? Точно не то, что один из них подкинет мне своего младенца! Сначала в моей жизни появился самый опасный мужчина в мире, а потом, на пороге моего дома, малыш в люльке. И я знаю, что мне нужно делать – позвонить в полицию. Отдать его. Я не могу просто взять чужого ребёнка! Но в записке говорится о том, что ему грозит опасность… И, пожалуй, глядя в это маленькое личико, глаза, как у папы, я готова рискнуть всем. И вовсе не потому, что мне до сих пор снятся руки мужчины, имени...

– Слушай, а давай! – радостно воскликнула я, за эту самую руку хватаясь. – У меня сто лет никого не было! С тех пор, как врач диагностировал у меня супер-гипер хроническую овуляцию.
– Это что?
– Постоянная овуляция, – печально вздохнула я. – И ничего не помогает. Никакая контрацепция. Меня мужики боятся теперь, хожу, одинокая и голодная, иди ко мне мой хороший…

Бандитский подкидыш

Ирка Шайлина

Что я знала о бандитах? Точно не то, что один из них подкинет мне своего младенца! Сначала в моей жизни появился самый опасный мужчина в мире, а потом, на пороге моего дома, малыш в люльке. И я знаю, что мне нужно делать – позвонить в полицию. Отдать его. Я не могу просто взять чужого ребёнка! Но в записке говорится о том, что ему грозит опасность… И, пожалуй, глядя в это маленькое личико, глаза, как у папы, я готова рискнуть всем. И вовсе не потому, что мне до сих пор снятся руки мужчины, имени...

Ребёнок уже не плакал – он орал. Он видел перед собой большого человека, ну, относительно себя большого и требовал, чтобы его, такого маленького, взяли на руки. На руки страшно. Но неискоренимая бабская жалость все же побеждает иррациональный страх. Касаюсь крепко сжатого кулачка. Он распрямляется так резко, словно крошечные пальчики пытаются за меня ухватиться. Подавляю вздох. Беру ребёнка на руки, потому что единственное, что я сейчас понимаю, так это то, что ребёнка нужно успокоить в любом случае.
– Хватит кричать, – попросила я ребёнка. – Ты что, не видишь, что я тебя боюсь сильнее, чем ты меня?

Бандитский подкидыш

Ирка Шайлина

Что я знала о бандитах? Точно не то, что один из них подкинет мне своего младенца! Сначала в моей жизни появился самый опасный мужчина в мире, а потом, на пороге моего дома, малыш в люльке. И я знаю, что мне нужно делать – позвонить в полицию. Отдать его. Я не могу просто взять чужого ребёнка! Но в записке говорится о том, что ему грозит опасность… И, пожалуй, глядя в это маленькое личико, глаза, как у папы, я готова рискнуть всем. И вовсе не потому, что мне до сих пор снятся руки мужчины, имени...

Достала телефон, связи нет, но как фонарик использовать можно. Посветила… и тихонько осела прямо на землю у крыльца.
Это было что-то вроде корзинки. С ручкой. А в ней…в ней копошился младенец. Яркий свет фонарика ему не понравился, он щурился, морщил нос, и как будто даже собирался плакать, но ещё не был в этом уверен. Один кулачок выбрался из одеяльца, в которое он был завернут. Я все ещё не нахожу слов. Мало того – я не нахожу даже мыслей. Просто свечу телефоном и смотрю. Младенцу моё бездействие надоедает, он открывает крошечный ротик и плачет. Горько, так же, как утром.

Бандитский подкидыш

Ирка Шайлина

Что я знала о бандитах? Точно не то, что один из них подкинет мне своего младенца! Сначала в моей жизни появился самый опасный мужчина в мире, а потом, на пороге моего дома, малыш в люльке. И я знаю, что мне нужно делать – позвонить в полицию. Отдать его. Я не могу просто взять чужого ребёнка! Но в записке говорится о том, что ему грозит опасность… И, пожалуй, глядя в это маленькое личико, глаза, как у папы, я готова рискнуть всем. И вовсе не потому, что мне до сих пор снятся руки мужчины, имени...

Любить не больно. Больно терять того, кого любишь больше всего на свете. Ведь жизнь, сука, непредсказуемая. Бьёт острым лезвием кинжала в самое сердце. Без предупреждения. Не жалея.

Сердце бандита

Дана Стар

Страшная авария отобрала у меня всё. В ту роковую ночь я потеряла не только любимого мужа, но и свое дитя. А потом появился он... Безумный дьявол с горящими, как ад, глазами. Он похитил меня и сказал, что я принадлежу ему. Он сумасшедший. Он опасный и жестокий бандит. Он одержим мною. Но почему? Зачем я ему? Если я вижу его впервые в жизни. Ответ спрятан там... В сердце. Опасного, не знающего жалости монстра.