Цитаты
286188
Кто сеет ветер, тот пожнет бурю.
Ариана осталась одна. Люциан покинул ее навсегда. Одержимая местью, Изара отправляется на поиски того, кто владеет информацией о ее возлюбленном. Главная цель Арианы – отец Люциана, могущественный демон, возглавляющий Верховный Совет. Оказавшись в западне, он приказывает одному из самых сильных брахионов убить девушку. Изара способна уничтожить любого врага. Однако в этой битве ей не победить…
Это смотря, что считать богатством, - посерьезнев, сказал Колтон, - Дом, семья, к которой можно вернуться... - кое-кому этого вполне достаточно
Книга о выживании, стремлении к свободе и помощи друг другу несмотря ни на что.
Сестры Уиддершинс – Бетти, Флисс и Чарли – при помощи трех волшебных предметов пытаются снять зловещее семейное проклятие. Но помогут ли эти предметы найти ответы на загадки, или навлекут на сестер новую беду?
Бетти была уверена: он тоже чувствует, что это приключение их странным образом сблизило, потому что ни один не справился бы без другого
Книга о выживании, стремлении к свободе и помощи друг другу несмотря ни на что.
Сестры Уиддершинс – Бетти, Флисс и Чарли – при помощи трех волшебных предметов пытаются снять зловещее семейное проклятие. Но помогут ли эти предметы найти ответы на загадки, или навлекут на сестер новую беду?
Если не знаешь, откуда кто-то взялся, - не бросайся к нему с распростетрыми объятиями
Книга о выживании, стремлении к свободе и помощи друг другу несмотря ни на что.
Сестры Уиддершинс – Бетти, Флисс и Чарли – при помощи трех волшебных предметов пытаются снять зловещее семейное проклятие. Но помогут ли эти предметы найти ответы на загадки, или навлекут на сестер новую беду?
Тот, кто пробудет, - побеждает
Книга о выживании, стремлении к свободе и помощи друг другу несмотря ни на что.
Сестры Уиддершинс – Бетти, Флисс и Чарли – при помощи трех волшебных предметов пытаются снять зловещее семейное проклятие. Но помогут ли эти предметы найти ответы на загадки, или навлекут на сестер новую беду?
- Бабушка до сих пор в постели, - рассеянно сказала Флисс. - Жалуется, что у нее ломит виски. - Пусть переставит ударение на первый слог - и поймет причину, - пробурчала Бетти
Книга о выживании, стремлении к свободе и помощи друг другу несмотря ни на что.
Сестры Уиддершинс – Бетти, Флисс и Чарли – при помощи трех волшебных предметов пытаются снять зловещее семейное проклятие. Но помогут ли эти предметы найти ответы на загадки, или навлекут на сестер новую беду?
«Иногда лучшие люди совершают самые ужасные поступки, а худшие, наоборот, самые благородные и героические»
Книга о выживании, стремлении к свободе и помощи друг другу несмотря ни на что.
Сестры Уиддершинс – Бетти, Флисс и Чарли – при помощи трех волшебных предметов пытаются снять зловещее семейное проклятие. Но помогут ли эти предметы найти ответы на загадки, или навлекут на сестер новую беду?
-Но люди будут говорить... -Они всегда что-то говорят. Может быть в следующий раз нас просто оставят в покое.
Книга о выживании, стремлении к свободе и помощи друг другу несмотря ни на что.
Сестры Уиддершинс – Бетти, Флисс и Чарли – при помощи трех волшебных предметов пытаются снять зловещее семейное проклятие. Но помогут ли эти предметы найти ответы на загадки, или навлекут на сестер новую беду?
Нет полностью хороших людей, нет целиком плохих.
Книга о выживании, стремлении к свободе и помощи друг другу несмотря ни на что.
Сестры Уиддершинс – Бетти, Флисс и Чарли – при помощи трех волшебных предметов пытаются снять зловещее семейное проклятие. Но помогут ли эти предметы найти ответы на загадки, или навлекут на сестер новую беду?
Чем ближе она узнавала людей, тем меньше ей нравилось человечество.
На холодном скалистом берегу жил-был рыбак. Он и представить не мог, что когда-нибудь найдется женщина, которая согласится переехать к нему в такое мрачное место. Однажды вечером он вытянул свои сети и обнаружил в них девушку. С черными волосами, глазами, серыми, как штормовое море, и блестящим рыбьим хвостом вместо ног. Буря ее глаз проникла в сердце рыбака. При звуках его голоса девушка перестала биться и трепыхаться, хотя и не понимала ни слова. Но ее глаза заглянули ему прямо в душу, и...
Своенравных женщин, идущих наперекор традициям, часто обвиняли в ворожбе, ибо считалось, что такая дерзость присуща только ведьмам.
На холодном скалистом берегу жил-был рыбак. Он и представить не мог, что когда-нибудь найдется женщина, которая согласится переехать к нему в такое мрачное место. Однажды вечером он вытянул свои сети и обнаружил в них девушку. С черными волосами, глазами, серыми, как штормовое море, и блестящим рыбьим хвостом вместо ног. Буря ее глаз проникла в сердце рыбака. При звуках его голоса девушка перестала биться и трепыхаться, хотя и не понимала ни слова. Но ее глаза заглянули ему прямо в душу, и...
Наконец она поняла, что его не убедить, ведь он не в состоянии понять, каково это – быть не таким, как все, и постоянно терпеть попытки окружающих перекроить тебя на свой лад. Она обнаружила, что мужчинам такое недоступно в принципе, хотя от собственных жён они этого ожидают изо дня в день.
На холодном скалистом берегу жил-был рыбак. Он и представить не мог, что когда-нибудь найдется женщина, которая согласится переехать к нему в такое мрачное место. Однажды вечером он вытянул свои сети и обнаружил в них девушку. С черными волосами, глазами, серыми, как штормовое море, и блестящим рыбьим хвостом вместо ног. Буря ее глаз проникла в сердце рыбака. При звуках его голоса девушка перестала биться и трепыхаться, хотя и не понимала ни слова. Но ее глаза заглянули ему прямо в душу, и...
У океана есть дыхание, но нет сердца.
На холодном скалистом берегу жил-был рыбак. Он и представить не мог, что когда-нибудь найдется женщина, которая согласится переехать к нему в такое мрачное место. Однажды вечером он вытянул свои сети и обнаружил в них девушку. С черными волосами, глазами, серыми, как штормовое море, и блестящим рыбьим хвостом вместо ног. Буря ее глаз проникла в сердце рыбака. При звуках его голоса девушка перестала биться и трепыхаться, хотя и не понимала ни слова. Но ее глаза заглянули ему прямо в душу, и...
ибо женщины гораздо проницательней, чем хотелось бы мужчинам.
На холодном скалистом берегу жил-был рыбак. Он и представить не мог, что когда-нибудь найдется женщина, которая согласится переехать к нему в такое мрачное место. Однажды вечером он вытянул свои сети и обнаружил в них девушку. С черными волосами, глазами, серыми, как штормовое море, и блестящим рыбьим хвостом вместо ног. Буря ее глаз проникла в сердце рыбака. При звуках его голоса девушка перестала биться и трепыхаться, хотя и не понимала ни слова. Но ее глаза заглянули ему прямо в душу, и...
Храбрым быть легко, когда терять нечего.
На холодном скалистом берегу жил-был рыбак. Он и представить не мог, что когда-нибудь найдется женщина, которая согласится переехать к нему в такое мрачное место. Однажды вечером он вытянул свои сети и обнаружил в них девушку. С черными волосами, глазами, серыми, как штормовое море, и блестящим рыбьим хвостом вместо ног. Буря ее глаз проникла в сердце рыбака. При звуках его голоса девушка перестала биться и трепыхаться, хотя и не понимала ни слова. Но ее глаза заглянули ему прямо в душу, и...
Во имя веры люди готовы на всё – проповедовать с вершины самой высокой горы, собирать толпы единомышленников, даже убивать своих ближних.
На холодном скалистом берегу жил-был рыбак. Он и представить не мог, что когда-нибудь найдется женщина, которая согласится переехать к нему в такое мрачное место. Однажды вечером он вытянул свои сети и обнаружил в них девушку. С черными волосами, глазами, серыми, как штормовое море, и блестящим рыбьим хвостом вместо ног. Буря ее глаз проникла в сердце рыбака. При звуках его голоса девушка перестала биться и трепыхаться, хотя и не понимала ни слова. Но ее глаза заглянули ему прямо в душу, и...
Ценность вещей зависит от их владельцев. Ценность картин – от художника.
На холодном скалистом берегу жил-был рыбак. Он и представить не мог, что когда-нибудь найдется женщина, которая согласится переехать к нему в такое мрачное место. Однажды вечером он вытянул свои сети и обнаружил в них девушку. С черными волосами, глазами, серыми, как штормовое море, и блестящим рыбьим хвостом вместо ног. Буря ее глаз проникла в сердце рыбака. При звуках его голоса девушка перестала биться и трепыхаться, хотя и не понимала ни слова. Но ее глаза заглянули ему прямо в душу, и...
..люди часто ценили бесполезные вещи, и не замечали того, что находилось у них под носом.
На холодном скалистом берегу жил-был рыбак. Он и представить не мог, что когда-нибудь найдется женщина, которая согласится переехать к нему в такое мрачное место. Однажды вечером он вытянул свои сети и обнаружил в них девушку. С черными волосами, глазами, серыми, как штормовое море, и блестящим рыбьим хвостом вместо ног. Буря ее глаз проникла в сердце рыбака. При звуках его голоса девушка перестала биться и трепыхаться, хотя и не понимала ни слова. Но ее глаза заглянули ему прямо в душу, и...
Единственное, что нам как виду стоило бы сохранить – и что на самом деле имело значение и могло бы мотивировать нас вставать по утрам, – заключалось в маленьких актах человеческой доброты по отношению друг к другу. В своем стремлении быть полезным, помогать другим, оказывать поддержку я нередко забывал быть добрым.Возможно, раньше я не был таким. Надя, понимаю, ты считала по-другому. Может, мы давно разучились быть добрыми. Может, в этом и заключается наша проблема. К чему нам всем стремиться без доброты?
Историк Джон Келлер находился на конференции в одном из отелей Швейцарии, когда ядерное оружие разрушило большую часть мира. Люди охвачены паникой. Но постояльцев пугают не только последствия катастрофы… У многих из оставшихся в живых есть свои тайны, которыми они не готовы делиться. Джон находит на крыше тело маленькой девочки.
Под подозрением – каждый из двадцати выживших.
В списке Дилана не значилось только его имя, и я добавил его в конце.
Натан Чепмен Адлер – австралиец, бармен (сотрудник)
Таня Иканде – англичанка-швейцарка, врач
Лорен Брет – француженка, род занятий неизвестен
Алекса Траверс – француженка, род занятий неизвестен
Питер Френе – француз, род занятий неизвестен
Николас Ван Шейк – голландец, род занятий неизвестен
Юка Иобари – японка, род занятий неизвестен
Хару Иобари – японец, род занятий неизвестен
Рёко Иобари – японка, ребенок
Акио Иобари – японец, ребенок
Джен (бывшая Хлоя) Лавелл – француженка, ребенок
Патрик Бернардо – француз, стоматолог
Корали Бернардо – француженка, стоматолог
Джон Келлер – американец, историк
Томисен Харкуэй – американка, докторант
Арран Уоррен – англичанин, род занятий неизвестен
Роб Кармье – англичанин, род занятий неизвестен
Миа Маркин – русская швейцарка, администратор (сотрудник)
Саша Маркин – русский швейцарец, официант (сотрудник)
София Абелли – швейцарка, шеф-повар (сотрудник)
Дилан Уик – швейцарец, начальник службы безопасности отеля (сотрудник)
Томи, американка, проходившая обучение в докторантуре в Лейдене, рассказала мне, что пишет об этом отеле диссертацию. Она жила здесь последний месяц перед концом света, брала интервью у персонала, фотографировала. Высокая, загорелая, спортивная, красивая, но агрессивная и жесткая, она вызывала у меня чувство дискомфорта. По-моему, она намеренно старается вызвать у других это чувство – так она держит все под контролем.
Историк Джон Келлер находился на конференции в одном из отелей Швейцарии, когда ядерное оружие разрушило большую часть мира. Люди охвачены паникой. Но постояльцев пугают не только последствия катастрофы… У многих из оставшихся в живых есть свои тайны, которыми они не готовы делиться. Джон находит на крыше тело маленькой девочки.
Под подозрением – каждый из двадцати выживших.
– Вы, вероятно, знаете, этот отель прославился чередой самоубийств и необъяснимых смертей. В восьмидесятых и девяностых произошла даже пара убийств. Последние владельцы довольно подозрительные, о них почти ничего не известно. Из-за плохой репутации отель много раз продавался и перепродавался. А еще однажды здесь останавливался знаменитый серийный убийца. Моя работа, гм… то, что я планировала делать в отеле, в основном заключалась в написании биографий людей, которые умерли здесь.
– В отеле останавливался серийный убийца?
– Вообще-то здесь он никого не убил. Но поймали его именно в отеле.
Историк Джон Келлер находился на конференции в одном из отелей Швейцарии, когда ядерное оружие разрушило большую часть мира. Люди охвачены паникой. Но постояльцев пугают не только последствия катастрофы… У многих из оставшихся в живых есть свои тайны, которыми они не готовы делиться. Джон находит на крыше тело маленькой девочки.
Под подозрением – каждый из двадцати выживших.
Пелевин, возможно, продается не лучше других российских авторов, но определенно быстрее
Галина Юзефович к исходу «десятых» стала, пожалуй, самым популярным книжным обозревателем в России. Она успевает вести еженедельную колонку на «Медузе» и 40-тысячный блог в фейсбуке, записывать подкаст «Книжный базар» и выступать с публичными лекциями, воевать с отечественными фантастами и соблазнять пирогами подписчиков своего инстаграма, читать курс современной литературы в Высшей школе экономики и обсуждать книги с предпринимателями в Бизнес-школе «Сколково», но главное – неустанно и...
Харари довольно убедительно показывает, что гуманизм, ставший господствующей религией современности, далеко не так органичен и неизбежен, как мы привыкли считать.
Галина Юзефович к исходу «десятых» стала, пожалуй, самым популярным книжным обозревателем в России. Она успевает вести еженедельную колонку на «Медузе» и 40-тысячный блог в фейсбуке, записывать подкаст «Книжный базар» и выступать с публичными лекциями, воевать с отечественными фантастами и соблазнять пирогами подписчиков своего инстаграма, читать курс современной литературы в Высшей школе экономики и обсуждать книги с предпринимателями в Бизнес-школе «Сколково», но главное – неустанно и...
Количество интерпретаций античной мифологии - от феминистских до богоборческих и юнгианских - так велико, что писатель, желающий снова вторгнуться на эту истоптанную делянку, должен обладать либо выдающейся наглостью, либо не менее выдающейся изобретательностью.
Галина Юзефович к исходу «десятых» стала, пожалуй, самым популярным книжным обозревателем в России. Она успевает вести еженедельную колонку на «Медузе» и 40-тысячный блог в фейсбуке, записывать подкаст «Книжный базар» и выступать с публичными лекциями, воевать с отечественными фантастами и соблазнять пирогами подписчиков своего инстаграма, читать курс современной литературы в Высшей школе экономики и обсуждать книги с предпринимателями в Бизнес-школе «Сколково», но главное – неустанно и...
На смену одному типу императива («ты должен читать то, что мы считаем достойным, потому что мы умные и главные») пришел другой («ты должен читать то, что мы считаем достойным, потому что мы знаменитые, красивые и успешные»), и еще неизвестно, какой из них в большей степени способствует развитию полноценного читательского невроза.
Галина Юзефович к исходу «десятых» стала, пожалуй, самым популярным книжным обозревателем в России. Она успевает вести еженедельную колонку на «Медузе» и 40-тысячный блог в фейсбуке, записывать подкаст «Книжный базар» и выступать с публичными лекциями, воевать с отечественными фантастами и соблазнять пирогами подписчиков своего инстаграма, читать курс современной литературы в Высшей школе экономики и обсуждать книги с предпринимателями в Бизнес-школе «Сколково», но главное – неустанно и...