Как верно заметил классик, чтобы убить человека при помощи женщины, нужны очень большие деньги.
— В игре, именуемой жизнью, две фигуры не прощают промедления и колебаний. Только две, но их вполне достаточно, чтобы, промедлив или заколебавшись, проиграть всё. Эти фигуры — власть и женщина. Может быть потому, что правильно выбранная женщина — это тоже власть.
Сила личности измеряется в дураках, которым есть до нее дело!
Думайте и говорите обо мне, что пожелаете. Где вы видели кошку, которую бы интересовало, что о ней говорят мыши?
Никогда не угрожай человеку с автоматом...
Правильно говорят, любитель опасен своей непредсказуемостью.
— Ну… Если очень хочешь — всегда можно проковырять дырку чем-то более эффективным, а потом уже воткнуть в нее кол.
— Перфоратором? — задумался Сумароков.
...
— А что ты хотел, дорогой? Если хочешь наковырять в упыре дырок, придется постараться.
— Ну да… Без труда не вытащишь упыря из гнезда.
— Почему из гнезда?
— Потому что могила не рифмуется.
— Ковров-самолетов, извини, нет. Шерсть — материал исключительно нестойкий: и горит, и гниет, и моль ее жрет. Не дожили ковры до наших дней.
Человеку стоит вступать в брак, если партнер может что-то ему дать. Что-то, чего у человека нет; в чем он нуждается; и что он не может получить никаким другим способом, кроме как взвалив на себя подразумеваемые браком обязательства
Часто сам человек не знает, что за первым шагом будет и второй, но второй уже совсем непохожий на первый...
Похоже, блондинка ожидала какой-то другой реакции. Поэтому как-то неопределенно хмыкнула и удалилась из столовой.
Все-таки прав был дядюшка: обычная вежливость подчас может выступать самым надежным щитом при общении с неприятными людьми.
Нет лучше средства, чтобы утихомирить клокотание внутри, чем простая физическая работа. Грушу в зале околачивать — это для тех, кто не может сделать ничего полезного. Бесполезное Андрей презирал. А поэтому методично плюхал раствор, ровнял мастерком, клал кирпичи. Ей-богу, кирпичи созданы для того, чтобы мужик смог не сдохнуть, когда ему враз сворачивают мозг и жизнь.
человеку даны: глаза — два, рот — один. Как думаешь, зачем? А я тебе скажу. Затем, что смотреть надо вдвое больше, чем говорить.
Человек может бесконечно смотреть на огонь… Особенно, когда сжигает в нем чужое предательство.
Такова природа человека. Нам всегда всего мало. Возможно, это и заставляет нас созидать. Представь себе человека, который сидит в тёплом климате под пальмой и ест бананы, которые с неё сами подают. И его всё устраивает, ему больше ничего не надо. Разве он встанет из-под этой пальмы и пойдёт работать?
...удача любит упорных, а на случай надейся, а сам не плошай.
В отношениях, которые не регулирует закон и государство, действует закон джунглей: кто сильнее, тот и прав.
Люди создания сложные и неблагодарных людей встретить можно значительно чаще, чем благодарных.
"Я за тобой шагну во мрак, только бы с тобой навек!".
На перекрестке ста дорог
Стоим, расстаться мы не в силах.
Прости, тебя я не сберёг,
Прощу, что ты уйти решила.
Но может быть, ещё любовь жива,
И расставаться нам не надо?
Но посмотреть, глаза в глаза.
Понять, что мы друг с другом рядом.
Прости, любимый, я ждала,
Наверно, чуда неземного.
Любовь земною же была.
Но не хочу теперь иного.
Любовь- забота, боль и страх.
Не потерять ее, родную.
И я за ним шагну во мрак,
Лишь с ним - другие не волнуют.
(автор Ольга Шах)
Тетушка Энни посмотрела на меня с самым серьезным видом.
– Помни, доченька, хорошая женщина даже из мужчины может сделать человека!
Я достойна свободного мужчины, который не будет метаться между мной и другой женщиной
— Знаешь, как говорят американцы? Если ты такой умный, почему ты такой бедный?
— Я такой бедный, потому что я умный. Отвечают русские американцам. Счастье не в золотых слитках, не в деньгах, машинах и дачах! Оно в человеческом сердце…
... чудный период целомудренной влюбленности, когда ты точно знаешь, что умеешь летать, и с жалостью смотришь на других бескрылых людей.
- Чес, я серьёзно. Даже не думай подкатывать к ней. Моя.
Каким бы любителем женского пола я не был, женщина друга - табу.
- Она мне уже неинтересна и глубоко отвратительна. И вообще не женщина.
- Она прекрасна, - тут же взъерепенился Рейв.
- Хочу больше никогда не иметь таких пациентов! Только мужчин, которые, даже глядя на оторванную руку, сказали бы "Да, ерунда, две руки роскошь!"