— Любовь, — спокойно заметила Кэролайн, — существовала задолго до появления контрактов.
— Зато контракты, — вмешался Мартин, не скрывая ярости, — обладают гораздо большей юридической силой, чем любовь.
Священник опустил Библию. Поллетти увидел, что он заложил нужную страницу дулом автоматического «кольта» сорок пятого калибра.
«..ибо Церковь и люди в ней всякие бывают. Иные могут решить, что раз в их руках такая власть, то им и управлять не только путём в мир вышний, но и земным бытием, устраивая его по своему разумению..»
После того, как ты столько раз прошел через смерть, просто жить- это здорово.
А верно все же сказано: все будет, стоит только расхотеть…
как мало надо детям. Люби их — и они будут чувствовать, что весь мир у них в руках.
... любая гениальная идея, столкнувшись с реальностью, превращается в увлекательное приключение.
... женщину, решившую устроить генеральную уборку и переставить мебель нельзя... остановить в своём стремлении причинить всем чистоту и порядок.
Нельзя увидеть лишнее, если не знаешь, сколько положено.
— Вы что-то бледны, дитя моё. Велеть подать отвар?
— Благодарю, миледи. Просто задумалась о будущем.
— О будущем думать вредно. — Она откусила нитку. — Будущее делается само, если в настоящем всё делать правильно.
Вина у мужчин быстро превращается в уступки. Пусть копится.
Врать оказалось до смешного легко. Люди сами достраивают то, чего стыдятся не помнить.
— А я вам говорю, бешеный! Или наркоман! Сейчас и коты на наркотиках сидят, по телевизору показывали!
Танюха стояла чуть в стороне, скрестив руки на груди, и при виде нас с Дианой выдохнула с явным облегчением.
— Ну наконец-то! — Она ткнула пальцем в мечущегося Валеру. — Забирай своего психа! Я уже полчаса тут как дура стою, караулю, чтоб никто его не прибил!
Валера тем временем заложил очередной вираж вокруг детской площадки, огласив окрестности очередной руладой.
Я шагнул вперед и негромко позвал:
— Валера!
То, что произошло дальше, было похоже на фокус Куклачева.
Котенок моментально заткнулся. Просто раз — и тишина. Развернулся, засеменил ко мне на мягких лапках и принялся тереться о ногу, урча, как маленький мимимишный трактор.
— Мелки целы? — спросил я у девочки.
Она кивнула.
— Ну вот и хорошо. Что рисовала?
— Кошку, — тихо ответила она. — У нее были усы и хвост полосатый.
— А у меня дома есть кошка. То есть котенок. Валера. Он хулиган.
— А это Мурка, она любила поспать, — сказала девочка. — Мама сказала, она на радугу ушла.
Отдел кадров — это государство в государстве. Как Монако, Сан-Марино или Ватикан. В общем, там нужно правильно задавать вопросы, если хочешь получить хоть какие-то внятные ответы. Причем «правильно» — это не только про выбор слов, но и про интонации и даже мимику.
— Мать честная, — она аж присвистнула и покачала головой, опираясь на швабру. — А я думала, министр какой зашел. Или даже из бухгалтерии.
— Валера! Угомонись уже. Пожалуйста. Поговорить надо.
Валера заткнулся и посмотрел на меня одним глазом. Скептически так посмотрел. А второй прикрыл, видимо, изображая Кутузова...
— То, что я тебя пожалел и забрал из помойки, совершенно не означает, что ты тут теперь будешь мне диктовать условия.
Судя по тому, что одно ухо Валеры дернулось, он был со мной категорически не согласен, хотя от дискуссии пока воздержался.
"Там, где нет любви, нет тепла и уюта!
"Я не сержусь, что ты полюбил другую, а сержусь потому, что лгал. А ещё сержусь на себя — потому что позволила остаться, когда надо было бежать от тебя.
Когда паутина жизни начинает распускаться, как старый шерстяной свитер, в котором одна за другой рвутся нити, трудно вспомнить, когда был нанесен первый удар, оборвавший это изящное плетение.
Ты завела правильное дело на неправильного человека, поэтому груз совершенной несправедливости будет вечным бременем на твоей душе, независимо от того, выиграешь ты или проиграешь.
Время как сигарета. Когда вы берете сигарету и прикуриваете, она горит, пока не превратится в пепел, а дым, который вы вдыхаете, проходит через легкие и покидает вас с каждым выдохом.
...слово, не доверенное бумаге, не весит ничего. А записанное — весит как камень.
Тот, кто оправдывается, уже признает себя виновным. В столицу следует въезжать с победой.
Лесть была грубая, зато чистая правда, а правда в качестве лести работает безотказно.