Анжела ехала в троллейбусе. Она возвращалась домой от приболевшей мамы. У мамы третий день была ангина, и она сидела дома с шарфом на шее. Дома Анжелу ждала дочка десяти лет. С мужем Анжела развелась год назад. Тот завел любовницу. - Как доедешь, позвони обязательно, - попросила мама. - Все же час поздний.
Прохладные ночи сентября осыпали лёгким золотом верхушки деревьев. Бирюзовые краски неба в этом удалённом от мирской суеты краю, становились с каждым днём осязаемо ярче и прозрачнее. Лёгкие быстрые воды реки потемнели и успокоились. Полуденное солнце ещё сохраняло память о жарком лете, но холодное дыхание ранних вечеров неумолимо напоминало о наступлении осени.
Утро выдалось холодным и пасмурным. Выйдя из подъезда, Денис поежился. Моросил мелкий дождь. Старичок "Рено-Логан", оставленный накануне во дворе, не завелся. Только чихал и фыркал двигателем. - Вот же невезуха, - пробормотал Денис, понимая, что опоздает на работу и схлопочет нагоняй от начальства. Начальник ругал его часто.
Порочный. Мрачный. Разрушительный. Семнадцатилетняя Харпер Эллори знает, что руины прошлого — мрачное место для нового начала. Затем она встречает Антуана Мариньи и обнаруживает, насколько соблазнительной может быть тьма. После смерти своей сестры-близняшки Харпер мечтает о новой жизни. Но проклят не только особняк в Миссисипи, в который она переезжает, но и семейный дом Антуана Мариньи. Теперь он хочет его вернуть — любой ценой. Харпер видела слишком много смертей, чтобы испугаться...
Сумрак медленно сгущался, осторожно и тихо накидывая на засыпающую землю покрывало ночи. Но тишина обманчива. Серый филин, таящийся в глубине кроны одинокого дерева на берегу реки, бесшумно сорвался с ветки и тенью заметался над водой. Что вспугнуло ночную птицу? Как только она укрылась в расселине береговых скал, густой туман на опушке леса встревожено заклубился. Из его серой пелены темным призраком проявился силуэт человека.
Посетитель внешне совершенно не производил впечатления крутого человека. Эдакий худощавый, небольшого роста, с длинными волосами до плеч. Разве, что взгляд. Какой-то безжизненный. Как у трупа.
Меня похитили, продали, а потом я потерпела крушение на чужой планете… только для того, чтобы меня снова похитили. И знаете, что самое смешное? Мне вообще все равно. Я ничего не чувствую. Видите ли, я уже все потеряла. Когда вы делаете то, что любите, вы никогда не думаете, что это может быть в последний раз. Что кто-то может отнять у вас жизнь и бросить на планете, где большинство местных жителей охотятся за тобой. Сейчас я лежу здесь, вдали от дома, истекая кровью в ловушке,...
Упасть назад ему не давала спинка стула. Голова неестественно откинулась назад. Правая рука посиневшими пальцами сжимала клавиатуру. В полуоткрытых глазах застыл ужас.
Я был истребителем монстров в выжженной пустоши пока случайно не сдох. Правда, вместо адской кастрюли удалось попасть в другой мир. Российская Империя будущего, магия, кланы. Наконец-то начну мирную жизнь и обрету семью, которую потерял. Стоп, что за худая тушка вместо прежнего тела? Почему меня бьют об пол и пытаются накормить трусами??? Ооо, это вы зря, школота!…
Пятый роман в серии бестселлеров «Удержание», начатый с «Рифа Армагеддона», «Расколотого на части», «Ересей» и «Могучей крепости». Продолжат серию романы «Средь тяжкого труда и скорби», «Как Могучая Армия», «Основания Ада дрожат» и «В знак Триумфа». Итак, о чём этот роман? Чаризанская империя, рожденная в войне, всегда знала, что должна бороться за свое выживание. Однако большинство его субъектов даже сейчас не знают, насколько больше он борется. Император Кейлеб, императрица Шарлиан, Мерлин...
Книга представляет собой первое в российской науке комплексное исследование остракизма — важного института античной афинской демократии, внесудебного изгнания наиболее влиятельных граждан из государства сроком на десять лет. Рассматриваются все основные аспекты истории остракизма: происхождение этого института, время, причины и цели его учреждения; основные элементы процедуры, применявшейся при остракизме; место и роль остракизма в политической системе и политической жизни демократического...
Суровому и опасному труду моряков-минеров, их бескорыстной дружбе и чистой юношеской любви посвящена повесть Михаила Божаткина «Подвиг впереди». События, послужившие сюжетом для повести, развивались в послевоенные годы. Лейтенант-минер Шорохов раскрывает секрет ловушки-ликвидатора, от которой погиб его товарищ Бондарук, обезвреживает донную магнитно-акустическую мину. Очищая бухту Караташ, минеры и водолазы находят в конце концов и таинственную штольню, в которой немцы организовали подземную...
Таврида… Так еще древние греки именовали Крымский полуостров. Это же название было принято и в Российской империи после присоединения Крыма в 1783 году. Благословенная крымская земля от века привлекала жадные взоры завоевателей. Полуостров, в первую очередь колыбель Черноморского флота Севастополь пережили две тяжелейшие войны в борьбе с иноземцами — Крымскую 1853–1856 годов и Великую Отечественную. Без преувеличения обильной русской кровью писалась эпопея Тавриды/Крыма в 1941–1944 годах,...
На страницах сборника воскрешаются события столетней давности — эпизоды героической борьбы за освобождение болгарского народа от турецкого ига. В этой борьбе выдающуюся роль сыграла бескорыстная братская помощь русского народа. Авторы сборника — советские и болгарские писатели, журналисты.
[Адаптировано для AlReader]
Кристоф Виллибальд Глюк (1714–1787) — один из гениев, определивших пути развития музыкального искусства второй половины XVIII века. Современники полагали, что он совершил революцию в музыке. Глюковская реформа оперного жанра была начала трогательной историей любви — «Орфей и Эвридика» (1762) и завершена грозной и страстной трагедией «Ифигения в Тавриде» (1779). Но путь к реформе был долгим и тернистым: в молодости Глюк служил в княжеских капеллах, работал в кочующих антрепризах, писал музыку для...
Франсиско Гойя-и-Лусьентес (1746–1828) — художник, чье имя неотделимо от бурной эпохи революционных потрясений, от надежд и разочарований его современников. Его биография, написанная известным искусствоведом Александром Якимовичем, включает в себя анекдоты, интермедии, научные гипотезы, субъективные догадки и другие попытки приблизиться к волнующим, пугающим и удивительным смыслам картин великого мастера живописи и графики. Читатель встретит здесь близких друзей Гойи, его единомышленников,...
Книга писателя О. М. Добровольского посвящена жизни и деятельности Анны Семеновны Голубкиной — выдающегося русского скульптора, ученицы Родена, творчество которой представляет собой одно из самых ярких и глубоких явлений в русской и мировой скульптуре XX века.
[Адаптировано для AlReader]
Книга крупнейшего знатока античности А. Ф. Лосева представляет со бой фундаментальное исследование древнегреческого эпоса, связанного но всей мировой культуре с именем слепого и мудрого певца Гомера. «Он, словно чародей, все в перлы обращает, И вечно радует, и вечно восхищает. Одушевление в его стихах живет…» Доскональное знание истории Гомеровского вопроса, блестящая интерпретация текста — это лишь некоторые отличительные особенности труда А. Ф. Лосева, не имеющего аналогов ни у нас, ни за...
В этой книге, представляющей классическую поэзию Китая с древнейших времен до «золотых» танского (VII—X вв.) и сунского (X—XIII вв.) периодов ее развития, собраны отдельные произведения и поэтические циклы знаменитых стихотворцев разных эпох; объединенные под одной обложкой, они последовательно развертывают перед читателем эволюцию поэтической мысли в Китае.
В почти столетнюю биографию писателя, публициста, общественного деятеля Даниила Гранина уместилось множество событий — первые пятилетки и Великая Отечественная война, хрущевская оттепель и горбачевская перестройка, споры «физиков» и «лириков», распад Советского Союза и трудное рождение новой России. Всё это Даниил Александрович сумел осмыслить, прочувствовать и воплотить в своих произведениях. О чем бы он ни писал — о жизни и труде ученых, о пережитых им трагических годах войны и блокады или о...
Фигура Данте окутана ореолом мистики, а его «Божественная комедия» беспрерывно продолжает будоражить умы. Современных писателей, кинематографистов и даже разработчиков компьютерных игр особенно вдохновляет тема ада. Это неудивительно: великий поэт упрятывал туда своих врагов, описывая подлинные обстоятельства их смерти. Описывая… а может быть, предчувствуя или даже создавая? Ведь время возникновения черновиков «Комедии» никому не известно. Зато сохранились документы судебного процесса XIV века,...
Эта книга — о народном поэте Абхазии Дмитрии Гулиа. А по существу — рассказ о становлении абхазской художественной литературы и культуры, о прошлом и настоящем абхазского народа. Представьте себе поэта, которому, прежде чем писать стихи, надо создать алфавит и букварь. Представьте себе руководителя театра, которому, прежде чем поднять занавес, надо написать пьесу и создать театр. Представьте себе ученого, решившего посвятить себя культуре своего народа, ученого, которому почти все приходится...
Критик и литературовед Петр Строков долгое время работал вместе с автором «Журбиных» Всеволодом Кочетовым, когда тот руководил журналом «Октябрь». Автор сумел создать образ художника-коммуниста, чья жизнь и творчество предстают в живом литературном процессе, как пример партийности, гражданственности, патриотизма.