Все книги
Тысячи лиц и тысячи превращений, тысячи масок и тысячи характеров, лирические слова о героях и остро отточенные стрелы, попадающие в цель, радость и боль человека, смех, ни на минуту не умолкающий в зрительном зале, — все это озарено светом жизни, думами и делами одного актера. И все эти тысячи лиц и тысячи актеров, ежедневно выходящих на сцену, имеют одно имя, — и это имя Аркадий Райкин.
Настоящее издание посвящено биографии и творчеству знаменитого артиста.
Что мешает нам быть счастливыми? Этот вопрос задает каждый человек на земле. Книга повествует о главной причине всех наших неудач. Это кривые зеркала, ломающие наши надежды и мечты, и которые не дают человеку развиваться. Найти себя в чистом отражении, увидеть себя таким, какой ты есть на самом деле, рассказывает книга «Тайна кривых зеркал». Только узнав эти секреты, каждый может открыть для себя всю мощь собственного Я и найти то, что так долго мы ищем в самих себе.
О, женщины из маленьких городков американского Юга!
«Настоящие леди» или «тупые красотки», «идеальные жены и матери» или «безмозглые куклы»?..
Сколько книг написано о них, сколько фильмов снято!
Великолепная книга Ребекки Уэллс, не уступающая по силе ни «Унесенным ветром» Маргарет Митчелл, ни «Жареным зеленым помидорам» Фанни Флегг, — возможно, лучший из романов о женщинах-южанках за последние десятилетия.
Почему?
Прочитайте — и поймете сами…
Дэвид Уильямс приезжает на остров Уайт ремонтировать старый викторианский особняк Фортифут-хаус, надеясь оправиться после неприятного развода с женой. Но в первую же ночь он слышит какие-то громкие шорохи на чердаке, днем видит призраки давно умерших людей у заброшенной часовни поблизости, а потом выясняет, что у местных жителей Фортифут-хаус пользуется дурной славой: вот уже целый век он связан с исчезновением детей по всей округе и с легендой о страшном чудовище по имени Бурый Дженкин. Только...
В Дануолле появляется странный человек, закутанный с ног до головы в тяжелые, диковинные одежды. Он владеет силами, которыми некогда обладал ассасин, известный под именем Дауд. Опасаясь, что вернулся их смертный враг, Эмили и Корво, очертя голову, бросаются в схватку со временем. Если им не удастся выяснить всю правду об этом таинственном человеке, последствия могут быть невообразимо чудовищны.
Он служил на звездном флоте космолетчиком-истребителем. Выгнали за «подвиги». Он пошел работать межзвездным «дальнобойщиком». Доработался то того, что «хронопортировали» в далекое прошлое (чтобы бед от него было меньше, говорил прокурор на суде). Княжеский кремль, дружинники, простолюдины и… прекрасная княжна. Что еще надо чтобы спокойно встретить старость. А он все рвался к любимым звездам…
Повесть «Законы царства мёртвых» посвящена светлой памяти М.А Булгакова. Некоторые читатели полагают, что это современная интерпретация романа «Мастер и Маргарита», но подобные позиции я считаю не совсем корректными. Впрочем, положив руку на сердце можно признать, что эти произведения имеют схожие детали. Повесть являет собой симбиоз событий, происходящих в современной России и древней империи славян. Она насыщена разнообразными сюжетами и персонажами. К любителям романтики придёт неземная...
«…В студенческие годы я работал в библиотеке МГУ. <…> Работало там странное существо, приблизительно мужского пола, по кличке Кентавр. Несуразное, нескладное и фантастически эрудированное. Иногда казалось, что он прочел все книги фондов МГУ, причем прочел на всех языках, окончил все факультеты и отделения крупнейших университетов мира…»
«…Однажды Ярослав и Виталик должны были сойтись в каком-нибудь поединке. Это чувствовали все. У жизни есть своя драматургия. И вот как-то на одном из семинаров по предмету, который казался большинству группы совсем не профильным, Виталик спросил у блестяще выступающего Ярослава:
– Почему делать золото из свинца – это чушь и алхимия, а делать всех людей навеки счастливыми, передав им вроде как в собственность орудия производства, – объективная наука и научный коммунизм?…»
«– Лишнего пригласительного не найдется? – бросился наперерез старик в кроличьей шапке.
– У меня только один.
Старик покорно отступил. Припорошенный, перед тяжелыми бронзовыми дверьми, асфальт чернел следами обуви. Я потянул створку, прошел. Так деловито, не теряя достоинства, не глазея по сторонам, торопятся те, у кого есть именной пригласительный. Швейцары, увидев плотную тисненую бумажку, расступились…»
«…Безусловно, представленные в сборнике тексты содержат ряд общих черт: молодость, солнце, безответственные лихие поступки, легкость, все сходит с рук, лучшая пора жизни. Все эти летние практики, смешные библиотекари, остроумные девушки с волосами, лезущими в глаза. И преподы Алевтинвасильны, и буфетчицы Зинаидстепанны. И аббревиатуры названий вузов, переделанные в смешные созвучия сокращенные, чисто студенческие именования предметов. Лично у меня еще со школы осталось словечко «литра», которым...
«Выполняя свои прямые обязанности, она везла лауреата на вокзал. Накануне он выступил с докладом, а сегодня торопился дальше – премию ему вручили всего три месяца назад, и спрос на него был еще высок. Она выбрала красивую дорогу, через центр, решив, по обыкновению жительницы маленького городка, что провинциальная парадность забитых грязными автомобилями улиц для гостя интереснее запущенных объездных переулков. Она даже устроила небольшую экскурсию: здесь она в хорошую погоду совершает пробежку,...
«Иерусалим. Святые места. Впервые здесь. Сняли комнату у глухого старика. Когда договаривался с ним по телефону, жена спросила, чего я так ору. Ору, потому что он каждое слово переспрашивал.
Приехали. Еврейская часть Старого города. Дом вроде нашли, но никак не поймем, где дверь. Вокруг все такое древнее. Зато отделение полиции сразу видно. Здоровяки в синем, увешанные стрелковым оружием и переговорными устройствами…»
«На следующий день после праздника Крещения брат пригласил к себе в город. Полгода прошло, надо помянуть. Я приоделся: джинсы, итальянским гомиком придуманные, свитерок бабского цвета. Сейчас косить под гея – самый писк. В деревне поживешь, на отшибе, начнешь и для выхода в продуктовый под гея косить. Поверх всего пуховик, без пуховика нельзя, морозы как раз заняли нашу территорию…»
«– Я беременна! Слышишь?! Я беременна!
Разбудила, прыгнула в постель, тормошит:
– Две полоски! Я беременна!
Он трет глаза. Фокусируется. Две красные полоски. Как на австрийском флаге. Или двоится спросонья? В самом деле – две. Целует ее бархатный нос, щеки, лоб, колющие ресницами глаза, мягкие белые волосы…»
Сказка для детей дошкольного и младшего школьного возраста. Сказка о приключениях девочки и мамонтёнка, о том, как их дружба и их верность друг другу помогают победить врагов и преодолеть самые невероятные трудности.
«…Тысячу лет я не заглядывал в этот Биржевой переулок – смесь складских задворок со скромным классицизмом. На месте сарая, которому вечно требовались загадочные галтовщицы и каландровщицы, возводится что-то фешенебельное, помесь сундука с аквариумом, но Славка с Женькой предстали передо мною как живые. Мы шагаем из общаги ко всем Двенадцати коллегиям и, перемигнувшись со Славкой на углу Среднего и Тучкова, вопреки очевидности уверяем негодующе фыркающего слюной через сломанный передний зуб...
В шестой том вошел роман «Сокровище Серебряного озера».
Здесь читатель вновь встречается с Виннету, Олд Шеттерхэндом, которым в 70-е годы приходиться вступать в неравный бой с отребьем Среднего Запада — так называемыми трампами.
«…Андрей сел за скрипнувший от неожиданности стол, оглядел старенькие стеллажи темного дерева, от пола до потолка укрывшие стены и от пола до потолка набитые корешками переплетов, втянул библиотечный воздух и даже зажмурился от предвкушения. Студент… Я студент. Взрослая жизнь, настоящая жизнь, несбыточным миражом сверкавшая где-то впереди весь проклятый последний школьный год, все тревожное абитуриентское лето, настала. Новые, не обкатанные языком слова – стипендия, аудитория, семинар – звучали...
Ясунари Кавабата — один из крупнейших японских писателей нашего времени, чьё творчество ярко выделяется своей приверженностью к традициям многовековой национальной культуры. Наиболее известные произведения писателя, такие, как «Тысячекрылый журавль» и «Снежная страна», неоднократно отмечались литературными премиями и прочно вошли в современную литературу Японии.
В настоящее издание вошли две повести: «Тысячекрылый журавль» и «Снежная страна», а также новеллы, рассказы и эссе.
В настоящее издание вошли наиболее значительные произведения Александра Чаковского: трилогия «Это было в Ленинграде» и роман «У нас уже утро». Трилогия «Это было в Ленинграде» (1944) — первое художественное произведение Александра Чаковского. Трилогия посвящена подвигу Ленинграда в Великой Отечественной войне. Своеобразный лирико-публицистический стиль трилогии нашел дальнейшее развитие в романе «У нас уже утро» (1949; Государственная премия СССР, 1950), проникнутом пафосом...
В сборник вошли два романа: «Неоконченный портрет» — о жизни и деятельности тридцать второго президента США Франклина Д. Рузвельта и «Нюрнбергские призраки», рассказывающий о главарях фашистской Германии, пытающихся сохранить остатки партийного аппарата нацистов в первые месяцы капитуляции.
Эрвин Канн, когда-то известный всей галактике как Вычислитель, сумел всё же дойти до Счастливых Островов. И сытое одиночество на них стало едва ли не худшим наказанием. Могучий мозг требует задач, а для этого нужно вернуться к людям и снова перейти гибельное Саргассово болото. Только по силам ли такая задача даже Вычислителю? Появляется немало факторов, иногда — опасных, не укладывающихся в жёсткие рамки формул. Да и способность справляться с задачами отступает под угрозой смертельного риска… Но...
Автор книги — известный русский историк профессор Евгений Севастьянович Шумигорский (1857-1920), состоявший долгие годы чиновником в ведомстве учреждений императрицы Марии Федоровны. Основная область его исторических интересов — эпоха Павла I. По этим изданиям он наиболее известен читателям, хотя является и автором многих статей в исторических журналах своего времени, анализирующих разные периоды русской истории. Примером может быть эта книга, изданная к юбилейной дате — 100-летию Отечественной...