Все книги
«Речь идёт о том, что мы не даём стопроцентных гарантий. Более того, всё может закончиться плачевно для здоровья Мари. Но одновременно с этим хочу предупредить, что без помощи ваша дочь рано или поздно умрёт».
«Кердан ковырялся на дальнем краю криоцветной делянки, когда в околопланетном пространстве Казареса финишировал пират… Чужой корабль сноровисто, в один выхлоп, оттормозился и лег на круговую орбиту, укрытый пологом маскировочного поля, невидимый для всех, но оттого не менее опасный. Если не знать, где искать, ни за что не найдешь».
«Сначала исчезли пчёлы» — антиутопия, погружающая читателя в, по мнению автора, весьма вероятное недалёкое будущее нашего мира, увязшего в экологическом и, как следствие, продовольственном кризисе. В будущее, где транснациональные корпорации открыто слились с национальными правительствами, а голод стал лучшим регулятором поведенческих моделей, а значит и всей человеческой жизни. Почти всё население сосредоточено в мегаполисах, покинув один из которых, герои открывают для себя совершенно новый...
Хроника конца света глазами шестнадцатилетней девушки из российской глубинки. История апокалипсиса внешнего и внутреннего. День за днём одна из тех, кому повезло выжить, обращается к единственному, кто способен её понять в погибающем мире: «Дорогой Дневник, я ещё жива…».
Человек — это то, что с ним происходит. Или не происходит…
Записки репортера. Из жизни, работы и встреч в разных странах мира
«Сегодня мы должны показать Благодетелям, что их старания не были напрасны и что ракасы могут принять в дар их технологии и отплатить честным трудом. Триста сезонов назад они изменили нашу жизнь: принесли медицину, образование, истребили болезни, голод и положили конец войнам между племенами за место в горных поселениях. Сегодняшний экзамен определит достойных!»
«Resqum» — вообще отличная штука, если подумать. Серия операций, предназначенная для «спасения» организма. Конечно, наше Спасение — троекратное ура, аминь и ах!
Тебе выжигают больные клетки, ставят протезы, чистят мозг от всякой гнили. И вуаля! — ты больше не умирающий кусок мяса. Ты кусок вполне живой. Ты даже лучше всех прочих кусков. Память, реакция, мелкая моторика. Будешь долго-долго ходить по свету, будешь неприлично счастливым».
«Осенью здесь падали деревья. Они стояли голые, пока не пересыхали у самого корня. А потом налетал ветер, и в лесу начинался деревопад. Так было потому, что зима здесь длилась ровно четыреста дней, и каждый день был равен земному месяцу. Я бы сказал тебе, что зима длилась здесь тридцать три земных года, но это будет весьма относительной правдой. Ведь она длилась тридцать три года, три месяца, три дня, три часа, три минуты, три секунды… И вот так она делила всё на три, пока душа не остывала....
«…Его готовили специально для тебя, для твоих вкусов и пристрастий. Дизайнеры сознания отменно потрудились. Ты ещё долго будешь оставаться в плену его обаяния».
«Банкротство, нищета и смерть где-нибудь в смрадной подворотне — это, конечно, выход. Самое то для истого художника. Но Август слишком давно в фермерах… Поэтому следующим утром, ясным и нежарким, — ни клочка тумана — отыскал свежую рубашку, неуклюже, но старательно побрился, и долго принюхивался к ногтям, прежде чем на расхлябанном хрипящем «вульфиле» двинуть в город. Во «Внутренний мир», к начальнику отдела инноваций».
«Вы прекрасно знаете, как возникли терраны! Ни в каких пробирках нас никогда не выращивали, это пропагандистская ложь обструкционистов. Мы — результат селекции. Обструкционисты тоже не гнушаются делать ЭКО. Разница лишь в том, что мы позволяем исправлять генетические дефекты до рождения ребенка. Именно это сделало нас следующей ступенью эволюции. А ваши виды проиграли битву за власть и теперь вымирают из-за глупого упрямства и предрассудков».
«…Сестра, и без того не отличавшаяся весёлым нравом, стала ещё серьёзнее, чем обычно.
— Я решила, что проще будет обо всём рассказать сначала тебе, а потом маме с папой. В общем, у меня скоро будет ребёнок. <…> Да. Я давно на это решилась, и всё уже, так сказать, сделано».
«Город был щедр к своим жителям, внимателен и заботлив, давал все жизненно необходимое: еду, очищенную воду, одежду, жилище. Да, без излишеств, но нигде, кроме Города, и этого достать было невозможно. Город укрывал от враждебного мира. Снаружи бесновалась природа, впадала в буйство, наступала со всех сторон, стремилась напасть, сожрать, поглотить — отомстить всеми способами ненавистному Царю-тирану за тысячелетия насилия. <…> В Городе царил порядок. Природа по-прежнему подчинялась человеку:...
«В Федерации Семи Планет принято было давать звездолетам не названия, а имена. Меня зовут Морриган. <…> Я — смерть. Я — разрушитель миров. Быстрая, неотступная, безжалостная: псевдоживой организм в графеновой броне, колосс, длиною в двадцать километров — двигательный отсек занимает семь из них. Я — лучшее оружие, созданное человеком. Я могу срывать фотосферу со звезд, раскалывать на части планеты, могу снести их с орбиты и забросить в огненные горнила их солнц или вытолкнуть в открытый космос...
«…Меня регулярно похищают инопланетяне. Нет, правда. Я имею в виду не каких-то наркоманов-инопланетян из подъезда, а настоящих. Жёстких. С летающими тарелками, зловещим свечением. И с анальными зондами. Вообще, по жизни, анальный зонд — это самое главное доказательство серьёзности происходящего в любых ситуациях. Вот совсем в любых. Правильный пацан сразу понимает, если тебя похищают типы с анальным зондом — это мегасерьёзно, и шуток больше не будет. Никакого постмодернизма. Предстоит отчаянное...
«Нечаев напомнил бывшей учительнице географии про теорию академика Опарина. Если в кипящий бульон из камней разряжать мощный аккумулятор, там заведутся бактерии. <…>
…В огромном подвале с высоким потолком стояли чаны с бурлящей жидкостью, закрытые прозрачными выпуклыми крышками из толстого стекла. Иногда там мелькали синие и красные разряды. Клубы пара стремились вверх, отжимая тугие клапаны. Когда им удавалось выбраться из труб, раздавался тот самый ужасный вой».
«…Стоило отворить калитку, оказаться во дворе, случилась другая чертовщина. <…> Будто взорвалось что-то прямо у неё перед домом. Обрушилась поленница, повалился забор, сверкнуло красным в воздухе. А потом тишина, до того хрупкая, что и дышать страшно.
Она не решалась идти дальше. Легла, затаилась под рябиной, у сарая. Неспроста всё это, неспроста. На секунду почудилось, тень мелькнула во дворе, исчезла. Растворилась. А потом появились гости.
Двое. Нет, трое».
«Зачем жители При-Зона 6 устроили ту ловушку? Хотели отомстить? Но кому? И почему использовали роботов-убийц вместо более эффективных способов? Например, ряд направленных взрывов…»
«— Есть мнение, что люди впали в ступор неизвестной природы, причем одномоментно на всей планете. Если считать, что на целую Москву пока нашлось только три человека, то на всю планету примерно… около тысячи незамёрзших.
— Вы уверены?
— Да, к сожалению».
Знакомьтесь, Квентин П. — возможно, самый жуткий сексуальный маньяк и убийца из всех, кто встречался вам в художественной литературе. Знаменитый автор с пугающим мастерством уводит читателя в глубины разума бесчеловечного серийного убийцы, хладнокровно исследуя самые потайные механизмы безумия. Книга основана на биографии и преступлениях Джеффри Дамера, известного американского серийного убийцы 80-х годов. В одном из своих интервью Дамер однажды сказал: «Единственное, что мной всегда двигало —...
Книга «СДВГ ЛАЙФ или Записки из непоседского дома» – это рассказ о том, как живётся ребёнку и взрослому с СДВГ, что такое СДВГ и как нам выбраться из этой норы. Миссия проекта – повысить осознанность о СДВГ в обществе и спасти как можно больше Непосед и их родителей, супругов, детей. Аудитория: родители/супруги Непосед, Непоседы, учителя, социальные работники, все интересующиеся СДВГ.
Содержание
➢ Как Ватсон учился хитрости
➢ Благотворительный базар
➢ Человек с часами
➢ Исчезнувший экстренный поезд
➢ Шерлок Холмс выясняет всю правду о приграничных городах и о базаре в помощь мосту (дедуктивным методом)
➢ Дело о высоком человеке (Дело о долговязом)
➢ Роберт А. Каттер — Шерлок Холмс и дело высокого человека
«Унесенные ветром» — единственный роман Маргарет Митчелл, за который она — писательница, эмансипе и защитница прав женщин — получила Пулитцеровскую премию. А одноименная экранизация с Вивьен Ли и Кларком Гейблом в главных ролях завоевала 10 премий «Оскар» и стала одной из самых знаменитых лент в истории мирового кинематографа.Однако история Скарлетт О'Хара и Ретта Батлера описанная в романе оборвалась на полуслове, а миллионы читательниц всего мира не желали расставаться с полюбившимися...