— ..Да, — она отвела глаза. — Теперь я понимаю, что, возможно, мне вообще не стоило в это вмешиваться…
Ну хотя бы понимает.
— И почему же ты так думаешь? — в таких случаях всегда лучше перепроверять, чего они там напонимали, чтобы потом не получилось неловко.
Так что да, в своей собственной манере она не худшая мать из возможных, что я рационально полностью понимаю. Но спрашивать её о любви более-менее бессмысленно. И не потому, что она не честна со мной, но потому, что она редко бывает честна с собой.
И давай начнём с основ: да, есть категория людей, которые выражают симпатию через агрессию. И вообще все сильные чувства в тот же котёл, это не обязательно даже романтика, у них агрессия буквально ответ на всё, что они не знают, как интерпретировать… Причин у такого может быть несколько. Взросление, давящее на мозги, не особо здоровая атмосфера дома, часто включающая в себя семейные ссоры и прочее подобное веселье, ментальная нестабильность, неспособность идентифицировать слишком сильные чувства и правильно их выразить, социальная неловкость, наконец… Но это не правило. Это не нормально, выражать симпатию через хамство и издевательства, особенно в том градусе, который позволяет себе слава-яйцам-не-твой Гэвин. Далеко не все влюблённые или просто заинтересованные в ночи любви парни ведут себя так;
хамство и жестокость — это признаки внимания, да. Некоторым образом. Зачастую, правда, угол тут — самоутвердиться за твой счёт или тебя поиметь, но да, случаются и другие расклады. Однако, в конце сказки люди, которые проявляют интерес именно таким образом, часто опасны. И, Ван-Ван? Они редко исправляются. И если всё же случается, то исправление происходит через катарсис, и боль, испытанную и причинённую, и набитые шишки, и много грязи. И я хочу, чтобы ты запомнила следующее очень чётко: в ваших сказках, я так понял, исправление порой происходит силой любви. В реальности, любовь тут бессильна. Это просто работает не так, и всё. Что бы ты ни прочла об этом в своих книгах, они не отражают реальной картины. Их цель — доставить удовольствие, порадовать, развеселить, заставить сопереживать, оживить фантазии… И это хорошо, это важно, но на этом всё. Они не будут с тобой честны, рассказывая о любви.
— Я это вот к чему: да, терпение и упорство много могут, факт. И да, терпение обычно причисляют к главным добродетелям, особенно женским. Но я тебе, как твой фамильяр и учитель, вот что скажу: терпение — это сила. И, как любую другую силу на свете, его надо уметь правильно применять, чтобы оно не обернулось против тебя же.
Ребята прониклись и таки ускорились — подумаешь, трубку выкурили и трижды спросили цель приезда? По крайней мере, на обед не ушли, а для местных обед каждый час, а где не обед, там полдник: плевали в потолок эти ребята с талантом, тут не отнять.
И, говоря о чуде… Чудеса не приходят с доказательствами — только со страхом, тайной, инициацией и верой. Они не обязаны быть добрыми, исполнять желания и в целом соответствовать ожиданиям. Они ничего людям в общем-то не должны, кроме как существовать...
И просвещение, как бы хорошо и полезно оно ни было, не является панацеей от всех болезней. Более того, иногда можно быть даже слишком учёным — как минимум, если пытаться заменить наукой сердце, а свободу заботой о безопасности, это может очень быстро и очень плохо кончиться….
- Настоятельница, со всем моим глубочайшим почтением и пониманием я признаю, что никто не сравнится с вами в мудрости. Но всё же нижайше прошу ответить на один вопрос: какого хрена?
слепо верить и слепо не верить — две стороны одной глупости, где самое важное слово всё же “слепо”.
Проблема в том, что, как бы мы ни говорили о равенстве, надо также признать: есть вопросы, в которых последствия в первую очередь нести на себе именно женщине. Ей от них сбегать некуда, готова она или не готова.
— пока ты юн и горяч, ты всерьёз думаешь, что уж ты-то сможешь всё сделать правильно, в отличие от (нужное подставить). Но потом случается жизнь, и в итоге единственное, что ты на самом деле можешь — смириться с несовершенством мира и пытаться выбирать из двух паршивых вариантов менее паршивый.
Если подумать, когда она говорила о любви и многих других вещах, она цитировала книги. Они стали её окнами в мир, к добру или к худу; у неё нет круга общения, нет ни единого нормального друга, потому книги для неё — советчики и друзья, опора и источник понимания мира. Которые иногда лгут, но давай честно: лгут все, вольно или невольно. Какую бы истину ты ни услышал, она не стоит ничего, пока ты не попробуешь её на зуб.
— Любить и быть удобным — разные вещи, — сказал я. — Любить и во всём соглашаться — тоже. Не вали всё в одну кучу, пожалуйста. Вообще бывают случаи, когда любить — и есть спорить. Когда споры прекращаются, значит, всё плохо.
— Я не совсем понимаю… Что плохо?
— Это значит, что другой стороне просто стало наплевать. Любовь перешла в свою подлинную противоположность, всё было пережито и пройдено, осталась лишь пустота. Спорить нет смысла, потому что больше уже не болит
...это реальность. Она иногда похлеще всяких галлюцинаций бывает…
— На самом деле, всегда, — подала вдруг голос леди Дэлль. — Галлюцинации ограничены нашим собственным знанием и воображением. У реальности нет таких ограничений.
— Я больше не принадлежу им, — на этот раз слова вырвались низким, полным ненависти шипением.
— Мы принадлежим тем, кому мстим, и тем, кому ненавидим. Умение отпустить — вот подлинное отсутствие принадлежности.
Любого очень легко свести с ума, подчинить и сломать, если он будет верить чужим определениям.
Этим часто пользуются демоны и хищники, а ещё — монстры, которых называют людьми.
Они часто называют других чудовищами, лжецами и прочим, просто чтобы разделить с кем-то свою собственную грязь, или подтвердить своё представление о реальности, или самоутвердиться.
Ты не знаешь, кто ты такая? Ладно. Может, никто не знает точно насчёт себя этого. Но ты знаешь, чего ты не делала. И кем ты не хочешь становиться. Так что не позволяй ей… Не позволяй никому лгать тебе об этом. Не давай никому такую власть над собой.
Котики, которых так любят бабы, обожают в тёмных уголках играть с добычей.
Дать надежду — и отобрать. Придушить — и отпустить. Поиграть в горячее и холодное…
Да, пожалуй, неудивительно, что бабы любят котиков.
замечаем ли мы, как много места занимают в нашей жизни близкие, до тех пор, пока не доводится оценить оставленную ими пустоту?
Пожалуйста, только не говорите мне, что его на мне зациклило. Только, блин, не это! Знаю я подобное дерьмо: если Тёмные Властелины чего-то хотят, пиши пропало. Он мир дотла сожжёт, чтобы получить желаемое… только чтобы убедиться, оно оно ему на хрен не надо.
Не в той степени, как у Цветов Любви…
— Вы делились на группы?
— Да, мы с Эллином были Цветами Кинжала. Были ещё Шёпот, Ключи и Яд.
— Вот как… То есть, переводя на с эльфийского на человеческий, это шлюхи, убийцы, соглядатаи, воры отравители? Обожаю вашу склонность к эвфемизмам.
страх - плохой советчик в таких делах, хуже, наверное, только зависть и мелочная злоба. Бояться смерти с судьбой, пытаться перехитрить их - это верный способ дождаться щелчка по носу. И как знать, каким он будет, этот щелчок.
наверх можно пробиться лишь тогда, когда имеешь покровителя...
И покровитель, как правило, имеет тебя.
Книги - отличные собеседники, но их стоит читать, когда есть сила окунуться в жизнь других и в голову автора.
- Мать, ты выглядишь так, как я себя чувствую, - сообщила Юльяна. - Тебе надо выпить.