— Лен, я сделаю все для того, чтобы ты выздоровела… Даю тебе слово, — мрачно говорит мне муж, держа мою руку. — Почему у тебя такой голос? — сиплю. — Потому что… Я так больше не могу. Я просто не выдерживаю. Морально и физически. — Что это значит, Андрей? — Это значит… Лен, у меня есть женщина. Я люблю ее. С ней я чувствую себя мужчиной. Наши дети сейчас с ней. Им с ней хорошо. Пока ты не выздоровеешь, они будут с ней. Если выздоровеешь… *** Я считала себя счастливой женщиной. Любящий муж,...
- Это кто? - спрашиваю у любимого мужчины. - Его законная жена, - отвечает вместо него женщина и фотографирует нас. Приходится срочно одеваться. - Какая еще жена? Он вдовец! - Ах, ты еще и убил меня?! - она оглаживает округлый животик. - Наташа, успокойся, ничего особенного не произошло. Марго, уйди, живо! - бросает он мне, и я врастаю ногами в пол. - Уйди? - переспрашиваю. - Ты мне вообще-то врал! У тебя есть жена, Громов. - Ушла, быстро! - повысил он голос, и я отшатнулась, впервые...
Возвращаюсь в гостиную, едва не падаю о начатую бутылку вина на подносе, что стоит на полу, и два бокала. На одном след от кроваво-красной помады. Поддаю ногой именно этот бокал, отправляя его в свободный полет через всю комнату. Тот разбивается о стену, осыпаясь осколками. — Что за хрень, — начинает приподниматься Тарасов, небрежно спихивая с себя секретаршу. — Получи, сволочь! — открываю масло и начинаю поливать эти обнаженные тела. Щедро так, смачно. — Ты чего творишь?! — рычит Тарасов и...
— Ты выбросил меня из своей жизни десять лет назад, растоптав мое сердце, — с болью в голосе сказала я, глядя в темные глаза некогда любимого мужчины. — Не лги мне, — искривил Алекс губы в усмешке. — Я все про тебя знаю. Не стоит строить из себя бедную овечку. — И что ты знаешь? — озадаченно протянула я. — Правду о твоем прошлом, о твоем нагулянном ребенке, от которого ты с радостью избавилась, — бил жесткими словами Чернов. — О деньгах, которые ты взяла у отца. — Но все было не так… —...
— Что здесь происходит?! — за спиной медсестры раздается грозный низкий голос. Девушка разворачивается, и я вижу за ней мужчину в деловом костюме, в накинутом на плечи белом халате. — Здравствуйте, Герман Денисович… — теряется медсестра. Я сижу абсолютно спокойно и продолжаю кормить второго малыша. Мужчина долго смотрит на нас. В глазах стоят слезы. В нем сейчас плещется боль, страдание и сильная любовь, и…благодарность. — Он ест? — наконец выдыхает он. Я отдаю медсестре сытого младенца...
— Расслабься, — спокойно сказал Артем Владимирович, надевая стерильные перчатки. Но в этом спокойствии звучала властная нотка, против которой спорить было просто невозможно.
— Я… я стараюсь… — прошептала я, но тело не слушалось.
Он пододвинул к себе табурет, и его колено случайно коснулось моей ноги. От неожиданного прикосновения я вздрогнула.
— Ты вся дрожишь, — он приподнял бровь. — Не бойся. Если будешь зажиматься, будет больно.
— Попалась, куколка! От меня не убежишь! Бандит появляется из темноты, хватает меня, прижимает к себе. Что он делает в моём доме? Как он сюда попал? — Отпусти! — кричу в ужасе. — Ты знаешь, кто я? — Да, — усмехается он, красивый и опасный, — моя послушная куколка, которую этой ночью я лишу невинности. Он запускает руку мне под юбку, рычит от возбуждения, подбираясь к самому запретному. — Не трогай… отец тебя убьёт… Вместо ответа бандит сминает мои губы поцелуем. И только потом говорит: ...
Никола Ланкастер проводит лето в Институте Сигела – интернате для умных, целеустремлённых, энергичных подростков, которые в течение 8 недель живут как студенты колледжа. У Ник есть друзья в театре и оркестре, но никогда не было просто друзей. И уж точно у неё никогда не было отношений. Но в первый же день она знакомится с Катриной, помешанной на компьютерах, Айзеком, "хорошим парнем", Кевином, "непонятным композитором" и… Баттл. Баттл Холл Дэвис - красивая белокурая танцовщица из Северной...
— Почему ты не сказала мне о сыне? — грубо бросает Дамир. — Давай начистоту? Ты бы не обрадовался этой новости после всего, что между нами случилось, — стараюсь говорить спокойно, хотя голос предательски дрожит. — Моему сыну почти десять, а я узнаю о нём только сейчас! — срывается он. — Ты обязана была сказать, как бы мы ни расстались. Я имел право знать! — Имел право? — в уголках губ появляется нервная улыбка. — Ты просто воспользовался мной. Тебе было скучно, и ты решил переспать с подругой...
Случайное столкновение с этим мужчиной – и моя жизнь изменилась навсегда. Он завладел моим сердцем, я не могу думать ни о чем кроме него. Только вот никаких шансов у меня нет. У нас разница в возрасте. Я не из его круга. А еще он отец моей подруги… Но разве сердцу прикажешь?
Сводный дядя и племяница.
Ей 17, она ещё маленькая, взрывная девчонка.
Ему 31,он взрослый и спокойный мужчина.
Она — Пламя, Он — Лёд.
Они разные, но созданы друг для друга.
Она обожает своего дядю, а он безумно влюблен в свою племяницу.
Я совершила ошибку. И совсем не хотела, чтобы он узнал об этом...
Теперь я очень хочу, чтобы он простил меня. Любой ценой.
В тексте есть: очень откровенно, мжм, принуждение, элемент драмы, авторский хэ 18+
Ты - с ними, я - с другим. Тогда почему наши взгляды не сходят с друг друга? Почему твои пальцы касаются тех девушек, но глаза продолжают исследовать меня? Почему ты всегда побеждаешь?
Как убедить оставленную когда-то девушку в своей любви? Сложное это дело. Но Артем не сдается, ведь пожив без Киры, он понял, что такое одиночество...
Новогодний рассказ.
Когда угоняешь машину, уж точно не ожидаешь обнаружить в ней девушку. Которая хотела… угнать её первой. Что связывает нас? Преступление? Страсть к скорости? Одна душная Питерская ночь? Ночные откровения? Когда наступит утро — она уйдёт или останется? Если бы я только знал ответ заранее…
– Что творится в Вашей голове, мисс Грейнджер? – С недавних пор я часто ловлю себя на мысли, что Вы наверняка в постели хороши. Жизнь слишком коротка, чтобы отказывать себе в удовольствии, профессор
Гарри и Гермиона не подозревали, чем закончится вечер воспоминаний. Но случайное убийство маглов, свидетелями которого они стали, перевернуло привычный мир с ног на голову, открыв тщательно охраняемую тайну: вампиры — это совсем не то, о чем рассказывали в школе.