Я вот в связи с этим придумал уникальный рецепт, как справиться со всеми жизненными трудностями. Надо все проблемы разделить на две части – разрешимые и неразрешимые. Разрешимые отбросить. Неразрешимые тоже разделить на две части - важные и неважные. Неважные отбросить. Важные тоже разделить на две части – срочные и несрочные. Несрочные отбросить. Короче, вот так все делить, делить проблемы, пока, наконец, не останется последняя, самая главная: где купить пива?
Где бы мы ни жили, у нас всегда должно быть свое любимое место. Такой укромный уголок… Точнее, своего рода опорный пункт, как при игре в пятнашки. Где ты можешь укрыться хотя бы на время и спрятаться от всех своих проблем. И где тебя никто не «запятнает» и не догонит.
Видео с котиками на YouTube столько, что можно смотреть до самого Апокалипсиса.
- Возможно, если объединить наши силы, вдвоем мы сможем больше. – К нам подошел Лэран. – Моя магия не может закрывать разрывы, но мы вместе с Таис…
Альвеир его перебил:
- Нет. Вместе с Таис вы не будете делать ничего.
- Если ты не заметил, у нас тут небольшой конец света.
О да. Обожаю темноту! Потому что в темноте я столь же страшен, как и любой другой ублюдок, который может сейчас скрываться неподалеку.
Если утром ты проснулся, значит это хороший день
Солнце светит на Землю и не переживает о том, кому достанутся его свет и тепло. Представьте себе, что Солнце вдруг начинает обижаться и заявляет: "Эти люди не ценят тепла, которое я им даю. Вон туда-то, в то место, я светить не буду!"
Ловцам снов не по вкусу хорошие грёзы— они для них слишком приторные, но они сходят с ума по кошмарам.
Когда живешь с таким сверхзаботливым родителем, приходится постоянно уверять его, что тебе все нипочем, не позволяя ему париться о том, насколько легко ты должна воспринимать происходящее. Это означает все время эмоционально висеть на волоске.
И не было рядом ни мудрого Жюля Верна, ни веселого Джеральда Даррелла, ни отличника Пети из секции юных натуралистов Замка – в общем, никого, кто объяснил бы мне: вот это, дескать, пустозвон мохнолистый, запоминай. Деревце по соседству называется криволом пупыристый, а над твоей башкой сейчас летает злокусачая муха-пипец.
Я бы сейчас с удовольствием побыла бы героиней «ромкома» – романтической комедии.
Она – немножко взбалмошная, немолодая, с характером. Он – брутальный, властный, но становится мягким няшечкой рядом с ней, потому что «любофф». Хорошо же, да?
В этот момент раздаётся знакомый стук в дверь, который разительно отличается от заискивания, с которым обычно обычно скребутся другие сотрудники. Заморская коза посредством азбуки Морзе по ту сторону называет меня ублюдком
В какой момент он понял, что измена — это для него норма? Потому что, сегодня смотря в его глаза, поняла: он не сожалеет. Его слова и мысли не являлись тождеством. Они просто были отдельно друг от друга.
глаза пока не научились врать – раз затемненные очки по-прежнему в моде, значит, нам всем по-прежнему есть что скрывать.
Каждому нужно что-то такое, ради чего стоит жить.
Только ты успеешь решить, что ты и есть вершина пищевой цепочки, как появляются желающие это оспорить
– Милый мой, все мы просто играем словами! Но всем нам кажется, будто словами своими мы способны придавить к земле то, что существует вокруг нас. Мы уверенно говорим о чем-то: «Это имеет место быть!» А откуда у нас такая уверенность?
Из привычки сквернословить развивается и склонность к совершению дурных поступков.
Какой смысл бояться, пока не началось? А когда начинается, бояться вообще смысла нет.
– Зачем нести котёнка на место преступления?
– Вася, ты невыносим.
– Вот именно, я невыносим! Не-вы-но-сим! А меня берут и выносят в холодную ночь, тащат в этот треклятый особняк, чтобы я обнюхивал трупы и брал след убийцы!
Не понимаю, почему все вокруг меня так отчаянно врут. Такое ощущение, что без вранья им просто не выжить.
– Это все Валерка, – попытался оправдаться Тим-сон. – Говорит: я историю пишу, должен все видеть. И за тобой хотел идти. Отвязал лодку с исад, и никаких. А немцы – трах в нас. И попали…
Валерка приоткрыл глаза, узнал Капку и силился улыбнуться.
– Капка, ты?.. Хорошо… а мне пулей… зеркало кокнуло, – с трудом проговорил он и снова закрыл глаза. – Ничего… сейчас… У меня сейчас это пройдет… Ты только маме не говори. А то мне такое будет!
"Меня всегда удивляло и удивляет, с каким удовольствием американские кинематографисты разрушают свои города. С особым наслаждением они уничтожают именно Нью-Йорк"
"слышали ли вы северную пословицу: человек наполняет свое ведро тем, что у него в избытке"
Влюбленность похуже стихийного бедствия или своры бешеных псов.