Парням-неофитам связали руки за спиной и заставили вытаскивать лопаты без помощи рук. Смотреть на изощрения был смешно всем, кроме участников.
Теперь всё это, казалось, в нём отмерло, придавленное грузом скорби и ненависти. Брендан и сам чувствовал себя так же — он был сыном священника, искренне верящим когда-то в идеалы добра и любви, но теперь весь его внутренний свет угас, захлебнувшись в ужасах войны. Он не мог совладать с собственными демонами и даже избегал теперь храмов — горящая в нём чёрная ненависть отравляла его насквозь. В душной этой ненависти не могли родиться слова молитв, в его горьком израненном сердце больше не было места для Бога.
И он, совершенно точно, не желал такой судьбы для Атьена, не хотел, чтобы Атьен тоже стал таким.
Хвоя с очередной ветки, которую он отвёл рукой, осыпалась за воротник, колкая и холодная, как его собственные мысли.
Превозмогая себя и своё внутреннее сопротивление, он спокойно сказал то, во что сам уже не верил:
— Отвечая на насилие насилием — ты только множишь зло. Иногда это неизбежно, — задумчиво пожевал он губами, — но теперь ты, кажется, можешь себе позволить великодушие.
Сделанного не воротишь, уроненной слезы не поднимешь...
Если хочешь поблагодарить меня...а ты хочешь, я знаю...
— Кира! — прыснул от смеха напарник. — Тебе нельзя писать либретто и сценарии. С твоей буйной фантазией — это будет нечто настолько шокирующее, что никто не сможет вынести сие без урона для собственной психики.
— Вот поэтому я читатель, а не писатель, — расхохоталась я, а потом спела: — Моя-я любо-о-овь, мой некрома-а-ант! Ты для меня-я не провиа-а-ант! Ведь я же зо-омби, а не упы-ырь!
Э-э… Ты-ды-ды-ды-ы…
Как быстро жизнь меняет полюса.
Женщины любят колебаться в борьбе, когда в их руках жизнь или смерть противника.
Один из уроков, который я усвоила, заключается в том, что, когда кто-то предлагает вам руку, вы должны за нее схватиться. Иногда трудно увидеть это предложение или принять его, но жизнь становится проще, когда соглашаешься.
Приведём несколько высказываний героев Достоевского о заочных анализах человеческой души, выражающих ту же мысль.В «Идиоте» Мышкин и Аглая обсуждают неудавшееся самоубийство Ипполита. Мышкин даёт анализ глубинных мотивов его поступка. Аглая ему замечает:«А с вашей стороны я нахожу, что все это очень дурно, потому что очень грубо так смотреть и судить душу человека, как вы судите Ипполита. У вас нежности нет: одна правда, стало быть — несправедливо» (VI, 484).Правда оказывается несправедливой, если она касается каких-то глубин чужой личности.Тот же мотив ещё отчётливее, но несколько сложнее звучит в «Братьях Карамазовых» в разговоре Алёши с Лизой о капитане Снегирёве, растоптавшем предложенные ему деньги. Рассказав об этом поступке, Алёша даёт анализ душевного состояния Снегирёва и как бы предрешает его дальнейшее поведение, предсказывая, что в следующий раз он обязательно возьмёт деньги. Лиза на это замечает:«Слушайте, Алексей Фёдорович, нет ли тут во всём этом рассуждении нашем, то есть вашем… нет, уж лучше нашем… нет ли тут презрения к нему, к этому несчастному… в том, что мы так его душу теперь разбираем, свысока точно, а? В том, что так наверно решили теперь, что он деньги примет, а?» Аналогичный мотив недопустимости чужого проникновения в глубины личности звучит в резких словах Ставрогина, которые он произносит в келье Тихона, куда пришёл со своею «исповедью»:«Слушайте, я не люблю шпионов и психологов, по крайней мере таких, которые в мою душу лезут».Нужно отметить, что в данном случае в отношении Тихона Ставрогин совершенно неправ: Тихон подходит к нему как раз глубоко диалогически и понимает незавершённость его внутренней личности.
Для Кейти смех был оружием, которое позволяло пережить случившееся
– Ты хочешь знать, думал ли я о тебе последние восемь дней, одиннадцать часов и – одну секундочку – сорок семь минут? Да, можно сказать, что иногда думал.
364 дня в году человек может быть полностью законопослушным, а на 365-й день преступить черту.
Почему я переживала, будто придется всем напропалую врать? Люди сами придумывали превосходные версии того, что со мной происходит.
В последнем случае у лэра оказалась слишком тонкая душевная организация. С такой не пo темным углам замужних красавиц зажимать, а валериану пить. Литрами. Настоянную на чистейшем гномьем самогоне. Впрочем, в том аптекарском рецепте корни лекарственного растения были не обязательным компонентом.
Мы настолько боимся быть непродуктивными, что всегда найдем, как совместить приятное сполезным.
- У нас полтора часа, - быстро соображает Янмаар и снова ложится рядом со мной. Потягивается от души, хрустит шеей и плечами, потом блаженно приваливается ко мне.
- Мы уснем.
- Обязательно.
- Но спать уже поздно.
- Согласен.
- Надо чем-нибудь заняться.
- Поддерживаю....
Только живой человек чувствует боль. И счастье тоже. Нельзя получить что-то одно, это комплект.
Здесь, в черной ледяной глубине, так отчетливо становится видны идеалы и ложные представления. Здесь не нужны сины, власть, достаток. Лишь глоток воздуха. Капля тепла. И самое главное — та, ради которой я готов отдать свою жизнь.
Здесь, в губительном безмолвии, отчетливо слышен стук сердца и ток крови. И становится таким понятным великий замысел lastfata. В первый раз я спас Тину, не зная, чем это грозит. Второй — сделал осознанно, понимая, что делаю, и всей душой желая этого.
Ничего не надо делать наполовину.
В этом мире неважно, сколько вы сделали. Самое главное - суметь убедить людей, что вы сделали много.
Секс? Сейчас Маша понимала, что даже из молодости своей ничего особенного или феерического не может вспомнить.
Да, было трудно. Маленькие дети. Нехватка денег, много работы.
Работы, блин!
Это было единственное, что она могла представить отчетливо. А что там по ночам, когда ты устала как собака и думаешь только о том, как бы не залететь снова. Какой волшебный секс? Ах да! Ему же надо выспаться, поэтому по-быстрому. А ты как-нибудь перебьешься.
- Неудовлетворенное желание, страсть, жажда обладания... Это страшные чувства. Они могут вынудить на безумные поступки.
А для совсем уж тяжелых случаев – ведунья Айза, старуха, что и заговорить болячку могла, и отвар какой сварить. Порою даже помогало. Либо вылечиться, либо отправиться в мир иной. Но помогало же.
– Пусть смотрят, лишь бы воду не баламутили и не носились вокруг с идиотскими воплями и комментариями.
Ишь ты, моль в юбке!