Временами вы рискуете переступить тонкую грань, отделяющую очаровательную настойчивость от несносного упрямства.
У каждого человека свои звезды. Одним – тем, кто странствует, – они указывают путь. Для других это просто маленькие огоньки. Для ученых они – как задача, которую надо решить. Для моего дельца они – золото. Но для всех этих людей звезды – немые. А у тебя будут совсем особенные звезды…
Не так много людей с щедрой душой, которым хочется всех приютить и обогреть, и это самый ценный человеческий дар. У большинства-то наоборот, впереди всего желание натаскать себе побольше добра, а до чужих бед им и горя мало.
-А ты не налетался?
-Без тебя крылья превращаются в тяжесть.
«Хорошо хоть дышать не забывает»
Что может быть романтичнее, чем обменивать поцелуи на блинчики?!
Тяжело дыша, я лежала положив руки на шею Максу, но пока они были ещё слишком слабы, чтобы полноценно задушить его. Пусть думает, что я его просто обнимаю.
Когда нас бьют без причины, мы должны отвечать ударом на удар, и притом с такой силой, чтобы навсегда отучить людей бить нас.
Так вот, когда тебе будет грустно или горько, думай о Нем. Например, посмотри на облака и думай. Думай о том, как Он близок к тебе, и, ты ведь знаешь, я буду думать о том же. И именно в это мгновение наши души встретятся. Встретимся и мы.
Народ чаще прислушивается к сочинителям, чем к вождям. Оттого и не любят вожди этих книжных пророков.
Те, кто любит солдата, счастливы сознавать, что сегодня не его черёд
Муре все смотрел и смотрел на армию подвластных ему женщин, толпившихся в этом пламенном зареве. Черные тени резко вырисовывались на белом фоне. Встречные течения разрывали толпу, лихорадка базара носилась подобно вихрю, волнуя беспорядочную зыбь голов. Начинался отлив, груды материй загромождали прилавки, в кассах звенело золото… Обобранные, изнасилованные, побежденные покупательницы удалялись, пресытившись и испытывая затаенный стыд, как после предосудительных ласк в какой-нибудь подозрительной гостинице. А Муре господствовал над ними: он подчинил их своей воле, добившись этого непрерывным потоком товаров, низкими ценами, обменом купленных предметов, любезностью и рекламой. Он завоевал даже матерей, он властвовал над всеми с самоуправством деспота; по его прихоти разрушались семьи. Он создавал новую религию; на смену опустевшим церквам и колеблющейся вере пришли его базары, отныне дававшие пищу опустошенным душам. Женщина бывала у него в праздные часы, в часы трепета и волнения, которые раньше проводила в сумраке часовен, ища выход своей болезненной страстности, прибежища в нескончаемой борьбе между божеством и мужем; она предавалась здесь культу тела, вводившему ее в мир небесной красоты. Если бы Муре вздумал закрыть двери, на улице началось бы восстание, раздался бы отчаянный вопль фанатичек, у которых отнимают исповедальню и алтарь.
Я плыву по реке сновидений,
Я листаю старинные книги.
Их страницы, истерты и ломки,
Мне раскроют все тайны, миг - и...
Произвольно меняю обличья.
Пролечу, проплыву, распластаюсь...
В каждом теле, с душою на выбор
Проживу, согрешу - и раскаюсь.
Взмою я в небеса вольным ветром,
Я обрушусь в пучину морскую,
Я теперь, как стихия, свободна...
Отчего же тогда я тоскую?
Я листаю старинные книги -
Их страницы истерты и тонки.
Не сокрыто в них тайн мирозданья,
Лишь возможного счастья осколки.
Я плыву по реке сновидений...
Где лишь морок, где явь - я не знаю.
И, в надежде найти все ответы
Я старинные книги листаю...
– Мистер Локвуд, думаю, мы закончили.
– Яма еще недостаточно глубокая, – говорит Ксандер.
– Знаю. Я говорю, что мы закончили.
Сначала по рации слышится какой-то шум, а потом мистер Локвуд говорит:
– Значит, я отправляю трактор?
– Да.
– Подожди, – говорит Ксандер, – трактор докопает яму за нас?
– Да, они уже давно не копают вручную. Я подумала, что будет весело.
– Я тебя убью.
– Это просто идеальное место.
Он делает мне подножку, выбивая почву из-под ног, но подхватывает и аккуратно укладывает на землю. Я хохочу, пока пытаюсь выбраться, но Ксандер, усевшись на меня и одной рукой прижав мои запястья над головой, крепко удерживает меня на месте. Другой рукой он черпает горсть земли и втирает ее мне в волосы.
Я смеюсь и продолжаю бороться, но потом понимаю, что он замер. Внезапно я начинаю очень остро ощущать каждое соприкосновение его тела с моим. Он встречается со мной взглядом, и его захват на запястьях ослабевает. У меня в груди зарождается паника, поэтому я хватаю немного земли и кидаю ему в лицо. Он стонет, скатывается с меня и ложится на бок, опираясь на локоть.
Некоторое время я лежу на мягкой земле. По шее пробегает холодок. Не знаю, действительно ли я что-то сейчас предотвратила или же это была лишь игра моего воображения.
– Все сильны задним умом.
Меня очень интересовало, о чем думает немецкая молодежь после падения Гитлера. Научило ли ее хоть чему-нибудь то, что происходило у нее перед глазами на ее родине? Уже после первых бесед с молодыми немцами я понял, что лишь меньшинство проклинает гитлеровский режим, большинство же только частично осуждает то, что происходило в Германии до поражения гитлеризма. Но все были единодушны в том, что политика Гитлера в отношении евреев была неправильной, и осуждали массовое уничтожение других народов. Но они утверждали, что об этом ничего не знали. Услышав такое, я сразу подумал о заключенных, убежденных в том, что Сталин ничего не знает о преступлениях Ежова, Берии и Абакумова.
Я люблю оказаться первым, кто с утра берется варить кофе. Распахиваю дверцу шкафчика в комнате отдыха, вскрываю жестяную баночку и глубоко вдыхаю, наполняя легкие запахом. Вдохнуть этот запах лучше, чем напиться кофе.
А потом он медленно разорвал надвое листы, что держал а руках.
-Располагай мной, Лев Аркадьевич!
(ухахаталась просто, как в красках лицо Яна представила:):))
Причины, по которым вы решили создать что-то, достаточные причины. Просто делая то, что вам нравится, вы можете и сами не заметить, как начнете нам помогать. («Нет такой любви, которая не стала бы помощью», – учил богослов Пауль Тиллих.) Так занимайтесь же тем, что помогает вам жить. Следуйте своим привязанностям, увлечениям и порывам. Доверяйте им. Создавайте то, от чего у вас в сердце происходит переворот.
Психологическая зрелость – это понимание того, как много вещей в мире не нуждаются ни в твоих комментариях, ни в твоём мнении.
- Никогда ничего не делай с желанием поскорей закончить; делай это, просто чтобы сделать. Люди из кожи вон лезут, трудясь ради будущего, и никогда - ради настоящего. Они только готовятся жить, а не наслаждаются своей нынешней жизнью. Запомни: ты пишешь свой рассказ здесь и сейчас, а не тогда, когда он будет закончен.
Вовсе не важно, насколько вы хотите избавиться от своего прошлого, потому что всегда остаются воспоминания, которые просто отказываются исчезать. А с этими воспоминаниями приходят эмоции, как будто все произошло только вчера.
Логику можно назвать инструментом для решения задач. Решение любой задачи - это сфера логического интеллекта.
И пальцы у него сухие и жесткие. Как там говорил Гюнтер, братец музыкант? Ну и ну, так можно и струны порвать, и клавиши отбить. Разве что он играет на барабане.
"Люди с начала времен размышляют над тем, что такое счастье. В чем оно состоит. В чем оно измеряется. Биологи настаивают, что все дело в гормонах, психологи говорят о состоянии души, религия утверждает, что истинное счастье – это Бог, экономисты связывают счастье с благосостоянием и деньгами. Подростки говорят, что счастье – это свобода. Старики считают, что счастье – это здоровье.
А я говорю, что счастье – это поцелуи. Счастье – это когда кто-то видит в тебе нечто настолько прекрасное, что хочет прикоснуться губами."